Idx.       r0-basta.html
...............
(о создании Эстарниена. Новый вариант. Дагаев с коррекцией Яковлева)
   Они спешили, они очень спешили. Никто не задавался вопросом
почему - ведь они видели, как капля за каплей утекает
драгоценное время, и приближается неотвратимое.
   ...Велико могущество Хранителей, но есть границы и у него. И
есть предел их умению проникать в будущее. То, что должно
свершиться, было увидено, и было найдено решение, но так мало
времени оставалось для работы... Те, чье знание и мастерство
должны были дать жизнь задуманному, услышали Зов и откликнулись
на него, но далеки пути, связывающие миры, и поняли идущие, что
беда успеет раньше их. И увидели те, кто послал зов о помощи, что
лишь четверо успеют до назначенного срока, и сказали они
остальным: "Пусть каждый, кто захочет, отдаст им часть своего
умения и могущества, ибо тяжела и непосильна их ноша, и не в
силах будут они поднять ее без вашей помощи".
   Сами же они открыли свои души, отдав умение видеть и понимать
сотканное Норнами, отдав страшное знание, открытое их взгляду и
отдав понимание единственного пути спасения.
   ***
   Четверо лучших мастеров Средиземья собрались здесь, в лагере
войска валар вечером последнего дня Войны Гнева.
   Светлый эльф Мехтен, учитель Феанора, один из немногих, кто
обладал даром соприкосновения душ...
   Гном Телхар, мастер-оружейник - из его рук вышел Нарсил, меч
Элендила. Оружие, созданное им, в бою умножало силу и разум
владельца, ибо обладало собственным разумом.
   И темный эльф, брат Эола. Ему было ведомо многое из
того, что для других скрыто во тьме и глубине материала.
   И Эрендил, ворвавшийся в битву на "Вингилоте" и переломивший
сражение к победе валар. Он был человеком - и уже потому Норны
не были безраздельно властны над ним. Он повернул свою судьбу,
став первым из смертных, кто ступил на землю Валинора, но мог
повернуть и чужие судьбы.
          И легли на них непосильной ношей всего два слова: миры
расходятся. И ни подвиги, ни жертвы, ни чудеса не в силах были
удержать мириады готовых разорваться в любой миг нитей.
   И если бы поражением валар закончилась Война Гнева, то
растаяли и ушли бы последние силы, противостоящие Разрушению.
Победа не остановила эту беду, но дала последнюю надежду,
добавила лишнюю пригоршню песка в дымчатую воронку часов Судьбы.
Не было способа сохранить Кольцо Миров, но еще можно было
сохранить память, сохранить образ всех тончайших нитей и связей,
которые неисчислимые времена прокладывались и плелись между
мирами. Чтобы тем, кто придет после них, не пришлось заново
проходить все тупики, терять жизни, коверкать свои и чужие
судьбы.
   Оставалось только выбрать надежное хранилище, ибо слишком
памятна была четверым судьба сильмариллей - беззащитного цветка
в вихре страстей. И решено было, что им станет меч - грозное и
благородное оружие.
   Необычна была работа, необычен был и металл. Из самых
глубоких недр За извлек его в незапамятные эпохи Ауле, из самого
сердца мира. "Живое - в живом" - так говорят законы. И только
хоранг мог сохранить душу Кольца Миров, только он мог удержать
его память, даже если распадется оно само.
   Неистовая спешка и кропотливая неторопливость - вот чем была
их работа. Не было дела, равного тому, что творили они, а
отпущено им было - от начала до конца - всего одна ночь. Только
в свете всех трех сильмариллей мог быть выкован меч-хранитель,
только их свет мог соединить в одно целое металл, мастерство
четверых и образ Кольца Миров. И только до утра суждено
сильмариллям быть вместе, прежде чем разойдутся навсегда их
судьбы - так сказали Хранители.
   Все свое искусство вложил в клинок Телхар, и знал он, что
никогда не будет в Средиземье меча, равного этому. Но не
знал он, что, вкладывая душу в свое создание, отдает ему и свою
жизнь. Так начертали Норны, и так свершилось.
   Властью Хранителей дано было Мехтену увидеть Кольцо Миров,
слиться с его душой и вложить тончайшее кружево связей в клинок.
Но, вкладывая в меч душу Кольца, он вложил слишком много и от
своей души, отдавая клинку жизнь. Так начертали Норны, и так
свершилось.
   Судьбы вещей и судьбы их обладателей неразъединимы. Так было
во все века, и никто не противился. Но слишком горьким стал путь
сильмариллей, когда сыновья Феанора связали его со своим. И
слишком легко оказалось именем света и красоты убивать и
уничтожать...
   Он был неподвластен судьбе - Эрендил - но он был еще и наделен
даром - многократно умноженным сейчас - делать неподвластными
Норнам творения своих рук.
   А темный эльф, имя которого не называют никакие легенды,
знал, как сделать металл меча неуязвимым для любой
угрозы: оружия, огня, недобрых рук. Только от одного он не мог
защитить - от недоброй судьбы. Не мог - до сегодняшней ночи.
Талант Мастера, умение отдавших ему свою силу, знание Хранителей
породили редкий и неповторимый дар. Теперь его создание было не
просто свободно от чужих судеб, как это сделал Эрендил, но и
само управляло своей судьбой, само сплетало ее нить и соединяло
с другими нитями.
   Но свежа была в памяти бесконечная боль о том, какие беды
приносят порой прекрасные создания великих мастеров. И кузнецы решили
предотвратить хотя бы то, что было доступно их предвидениям.
   Так на меч легло заклятие, которое должно было остановить
любого, кто решит ранить или убить этим мечом своего
родственника - этот воин тут же терял всю полученную от меча
силу и способность владеть оружием.
   И вот труд их был завершен. Последний штрих надписи, видимой
лишь в свете сильмариллей, был нанесен, а Эрендил ступил на свой
корабль. И в этот момент Маэдрос и Маглор, последние сыновья
Феанора, не отказавшиеся от клятвы своего отца, напали на лагерь
валар. Они перебили почти всех, кто оказался у сильмариллей, и
захватили камни. Так произошло последнее убийство эльфов
эльфами во имя клятвы Феанора. Убиты были Телхар и Мехтен, и
лишь темный эльф чудом остался жив, хотя и был тяжело ранен. К
моменту, когда он выздоровел, войска валар ушли обратно в
Валинор, люди, эльфы и гномы разошлись по домам. И он тоже
отправился в родные леса. Но по дороге крупный отряд недобитых
орков напал на одинокого путника. Он попытался отбиться мечом,
но ведь орки были родственниками эльфов. И он растерялся,
неожиданно потеряв силу, данную мечом, и был взят в плен. Один
из орков взял меч в руки и ощутил его великую силу. И хотя ему
трудно было держать в руках изделие эльфов, он обрадовался.
Увидев его лицо, пленный эльф расхохотался:
   - Зря радуешься, гнусный орк! Не принесет тебе удачи это
оружие!
   - Почему? - удивился тот.
   - А вот этого я тебе не скажу! - ответил эльф, и ни