Idx.       

Михаил Пухов. Рассказы

Михаил Пухов. Окно в футурозой

Ист. Техника-молодежи (номер неизвестен) OCR / spellechecking by Wesha the Leopard, wesha@iname.com Михаил Пухов, фантаст, а по образованию физик (счастливое сочетание!), родился в 1944 году, первый фантастический рассказ опубликовал в 1968 году, в 1977 году выпустил первый авторский сборник. Большинство его произведений переведено на языки народов СССР и социалистических стран. Мы помещаем здесь два рассказа из книги "Звездные дожди", над которой М. Пухов сейчас работает. Посветив фонарем, Климов нашел звонок. Никакой реакции. Он надавил кнопку снова и прижался шлемом к гладкой поверхности купола. Ничего не слышно. Заледеневший за ночь металл холодил даже сквозь мех скафандра. Спят они там? Безобразие. Климов опять нажал кнопку и не отпускал ее по крайней мере минуту, когда вдруг дверь тамбура сдвинулась, и в хлопьях воздуха на пороге появился человек. Несколько секунд он стоял неподвижно, задрав застекленное лицо к небу. Небо было и впрямь замечательное, усыпанное звездами сплошь. - Красота-то какая! - сказал человек с чувством, и стало ясно, что это действительно Николаенко. - Но вам, Женя, этого не понять. Вы человек черствый, и поэзия вам недоступна. - Доброе утро, Саша, - сказал Климов. - Нужно думать, ты звезды видишь впервые. - Точно! - обрадовался Николаенко. - Ведь они когда? Ночью, Женя. А ночью я сплю. Не надо ругаться. Женя. Разве мы куда-то торопимся? Они не прошли и десятка шагов, когда над невидимой головой Сфинкса возникла звезда ярче других. Она разгорелась, увеличилась, стала краем слепящего диска. Потом Солнце оторвалось от головы Сфинкса. Как всегда на экваторе, восход продолжался минуту. Миллион лет назад рассвет на Марсе выглядел по-иному. Но флюктуация солнечной активности привела к снижению температуры; облака исчезли, атмосфера частью вымерзла, частью рассеялась. В результате здешние зори рекордны по краткости. Марс почти лишен атмосферы и быстро вращается. Одна флюктуация - и такие последствия. Поверить трудно. Или правы те, кто связывает исчезновение атмосферы с деятельностью вымерших марсиан? К сожалению, следов марсиан нет. Их нельзя считать даже гипотезой, но когда смотришь на Сфинкс, не верится, что это работа ветров. И по-другому относишься к рассказам Вильгельма Штоффа - единственного пока человека, побывавшего внутри Сфинкса. - Приффет, коммунисты! Штофф собственной персоной стоял на боевом посту, в скафандре и с микрокомпьютером в руках у фундамента будущей Станции и что-то высчитывал. - Привет капиталистам! Штофф опять оторвал глаза от компьютера, посмотрел недоверчиво. На шлеме блеснуло солнце. - Какой теперь капитализм? Фот раньше... Куда тфижетесь? - У нас выходной, - пояснил Климов. - Идем к Сфинксу, в пещеры. Проверять ваши данные, Вильгельм Карлович. - Проферяйт, - презрительно повторил Штофф. - При капитализм фы бы у меня поплясайт. Ф-фыход-ной... Штофф опустил глаза. Разговор окончен, можно двигаться дальше. - Ф-фанатик, - сказал Климов. - Неужели он все придумал? - Вряд ли. Немцы врать не умеют. Тем более западные. Два года назад, когда выбирали место для строительства, кто-то предложил устроить поселок в пещерах внутри Сфинкса. Потом от идеи отказались, но Штофф по частной инициативе совершил вылазку. Вернулся он с подробным планом лабиринта и рассказал удивительные вещи. Коридор, поднимающийся в голову Сфинкса, завершался просторным гротом, отгороженным от внешнего пространства гладкой стеной. Стеной не простой. Вначале сквозь нее ясно различалась равнина. Но она не была унылым каменным заповедником, как сейчас. Она была как миллион лет назад, когда Марс не потерял атмосферу. Над равниной синело небо, белели облака, сама она зеленела деревьями, над лесами и парками возвышались прекрасные здания, а в воздухе носилось множество марсиан. Это длилось несколько секунд, потом стена стала матовой, едва пропускающей свет. Штофф, естественно, предположил, что стена - это не просто стена, а искусственное сооружение, своеобразный хроновизор, созданный древними марсианами, чтобы хоть изредка заглядывать в прошлое. Некоторое время он ждал, но явление не повторилось. Тогда он свернул назад. Его рассказ выслушали недоверчиво. Через неделю с Земли прилетел архитектор Минский с проектом купольного поселка, очень дешевым, и о пещерах забыли. Начались будни, и даже сам Штофф ни разу не удосужился подняться пещерами к голове Сфинкса. - Странный человек, - сказал Климов. - Специалист прекрасный, но... Вот раньше, вот прежде, вот до... Всегда одна песня - Естественно, Женя. Общественное сознание развивается. Мир не стоит на месте. Когда-то человек, совершая поступок, спрашивал себя: что сказали бы предки? Потом: что говорят современники? Наконец: что скажут потомки? Штофф - представитель прошлого, их надо прощать. Они миновали границу участка. Впереди лежали ночь и холод, тень Сфинкса. Скала выглядела зловеще: черный силуэт, окаймленный светящейся линией. Почему скалу назвали "Сфинкс"? Откуда на Марсе лев с человеческой головой? Вероятно, ветры, ваявшие статую, учились у фараонов. Если Сфинкса строила Природа, она подражала Разуму. Если Разум - он советовался с Природой. Солнце впереди поднималось, но люди шли быстро, и голова Сфинкса заслоняла Солнце. - Жалко мне Марс, Женя, - сказал Николаенко. - Ну, построим мы Станцию, дадим терроформисгам энергию. Они восстановят атмосферу. Сюда ринется поселенец. Последнюю пустыню загадит. Разве не жалко?.. Вокруг воцарилась ночь. Сразу запылали фары на шлемах скафандров. Наконец их лучи уперлись в отвесное подножие Сфинкса. Его голова нависала на высоте километра. Они двинулись в обход каменного постамента. У входа в пещеру остановились. С пригорка поселок строителей казался стадом больших черепах. Сплошные купола - защита от метеоритов и низких давлений. За поселком, на горизонте, тянулась гряда. Характерный рисунок - крепостная стена, украшенная башнями. Из-за стены выползла яркая звезда и начала восхождение по черному небу. - Фобос? - сказал Климов. - Скорее ТФС. Климов кивнул. Да, это станция терроформистов. Главная марсианская база - на Фобосе. Но терроформисты, повторяя опыт Венеры, привели сюда собственную станцию, ТФС. Они одинаковы: и у Марса, и возле Венеры. Недалек час, когда такие же станции появятся в окрестностях близких звезд, чтобы подготовить для колонистов тамошние планеты. Терроформисты считают Марс и Венеру научным экспериментом, подготовкой к настоящей работе. Правда, после этого опыта земляне получат сразу две планеты, пригодные для человеческой жизни. Если бы и другие науки давали такой же выход!.. Они вступили в пещеру.

x x x

- Тут развилка. - Лучи фонарей освещали каменный грот. В стенах темнели проходы. Один вел влево, другой почти прямо. Сверившись с планом, они свернули в левый коридор. Жутко было идти в темноте по неровному полу. Туннель постепенно сужался. Кроме дыхания - собственного и Николаенко, - Климов слышал в наушниках какие-то шорохи. - Откуда шуршит. Женя? - Эхо, Саша. Остановись. Они замерли. Но что-то шелестело еще минуту, потом затихло, и стал различим новый звук - журчание невидимого ручья. - Откуда вода. Женя? - Не знаю. Ничего не знаю. Подземный Марс. Здесь все по-другому. Неспроста думали построить поселок здесь. Поэтому и Штофф сюда ходил, не из любопытства... Дальше. Опять извилистые туннели, мертвая красота под лучами. Громадные сталактиты: о них Штофф тоже докладывал. Но начались будни, стало не до красот. И шорохи, шуршание в нишах. Что-то бегает там. Страшно, хоть и нет жизни на Марсе. Но ведь когда-то была. А теперь? Где-то нет, а здесь, в пещере?.. Дальше. Шорохи усиливаются. Жуткие шорохи. Из всех ниш, из всех нор, из всех ответвлений и тупичков. Кто-то шепчется в нишах, решая судьбу пришельцев. Тени минувшего? И вода будто льется. Откуда вода? Нет на Марсе воды. Но ведь раньше была? Теперь нет - на поверхности. А здесь, в пещерах?.. Дальше. Вновь темнота, уступающая лучам фонарей, яркая игра стен, шорохи, плеск невидимой влаги. И вдруг: - Выруби свет, Женя. Климов остановился. Черно - кажется, выколи глаз, ничего не изменится. Нет, не сплошная тьма. Впереди свет - совсем слабый. - Скоро конец, Женя. Они шли последний переход. Поднимались с выключенными фонарями по наклонному коридору. Чары пещеры угасли, исчезла игра блистающих стен. Кристаллы будто пропали, но свет победил, и они вышли в светлый каменный зал. Он был просторен. Позади в ровной стене зиял туннель, из которого они появились. Перед ними в такой же стене было другое отверстие, гораздо больше: дыра, заливавшая грот светом. За прозрачной стеной было синее небо с клочьями облаков. Внизу на сотни километров простиралась равнина, поросшая лесом, и редко среди деревьев возвышались строения. Одно колоссальное, что-то напоминавшее. Белый куб без окон, окруженный сиянием. Пейзаж был марсианский. Солнце обычного здешного размера, и силуэт гор на горизонте тот самый, из-за которого недавно выплыла звезда терроформистов. Пейзаж был живой: облака ползли, а среди деревьев и зданий вились крылатые фигурки. Живой марсианский пейзаж, отражавший другую эпоху Люди смотрели: Штофф не солгал, у него не было галлюцинаций. Они смотрели на панораму: вдруг одна крылатая точка ринулась прямо к ним. Она приблизилась быстро: они увидели длинные серебряные крылья и глаза, совсем человеческие. Но уже на гладкой стене появилась сеть чужеродных пятен, потом цвет пропал, изображение стало тускнеть, как в телевизоре, когда падает напряжение. Через секунду перед ними осталась лишь поверхность каменного экрана, равномерно светившегося. Но метаморфозы не кончились: по камню вновь побежали пятна, изображение восстановилось, но небо теперь было черное, равнину покрывали купола поселка, слева угадывался фундамент Станции, а из-за горизонта вставала звезда - то ли Фобос, то ли ТФС. Просто прозрачная стена, и за ней настоящее. - Ты понял?.. Климов кивнул. Сияющий куб с предыдущего изображения был неотличим от макета, виденного не раз. На просмотренном куске далекой эпохи была Станция, заложенная сейчас. Они видели не прошлое Марса; за стеной было будущее после конца работ. И сделали эту стену, естественно, не марсиане. Вы ошиблись, Штофф. Окно в минувшее - вот что вы увидели здесь. Подвела интуиция, ориентированная в обратную сторону. Если привык оглядываться, станешь видеть прошлое всюду. Даже в будущем, которое строишь сам.

Михаил Пухов. Спасение жизни

Ист. Техника-молодежи (номер неизвестен) OCR / spellechecking by Wesha the Leopard, wesha@iname.com - Погодите, не делайте этого! - донеслось откуда-то сверху. Юрий Воронцов отнял указательный палец правой руки от кнопки на левом плече скафандра и поднял глаза к ядовито-синему небу. К нему опускалось белое облачко, туманная оболочка, кокон, в котором кто-то сидел. Кокон приземлился и стал невидим, как бы растворясь в ядовитом воздухе. Его пассажир, оставшись без прикрытия, сразу направился к Юрию Воронцову. От человека он почти не отличался, лишь иллюминатор скафандра походил скорее на телеэкран с изображением человеческого лица. Впечатление усугублялось тем, что черты иногда начинали дрожать и смещаться, как в телевизоре, когда сбивается настройка. - Служба охраны жизни, - представился человек-инопланетец (языковой барьер для него, как видно, не существовал). - Мы занимаемся спасением жизни от несчастных случаев. Помощь подоспела, что называется, вовремя. Посадить корабль, правда, Юрию Воронцову удалось, но поднять его в космос теперь не смог бы никто. Изувеченный звездолет возвышался на фоне безрадостного ландшафта: ядовито-белые облака, ядовито-желтое солнце и плесень на скалах, довершавшая однообразие пейзажа. Больше здесь не было ничего, если не считать смертоносных бактерий, которые нес в себе отравленный цианидами ветер. Положение было вполне безнадежным. Кнопка на левом плече, которую Юрий Воронцов собирался нажать, управляла забралом шлема. Надави он кнопку, ядовитый ветер и полчища смертоносных микробов тут же ворвались бы в скафандр, неся с собой мгновенную смерть. Сделать так следовало, ибо ждать помощи было неоткуда. Но она почему-то пришла. - От несчастных случаев, - повторил инопланетец и задрал голову. Проследив за его взглядом, Юрий Воронцов обнаружил, что еще одно облако остановило свой бег и теперь снижается как аэростат, повинуясь незаметной команде инопланетца. - У вас хорошая специальность, - сказал Юрий Воронцов, чувствуя, как возвращается настроение. - Мне просто повезло, что вы оказались поблизости. - Повезло? Ошибаетесь. Мы контролируем всю Галактику. Наши посты есть во всех планетных системах. - Неужели во всех? - Без исключения. - Странно, - сказал Юрий Воронцов. - Почему же я раньше ничего о вас не слышал? Ведь несчастные случаи происходят все время. - Вы заблуждаетесь, - самоуверенно заявил инопланетец. - Мы работаем эффективно. На моей памяти ни с одной жизнью ничего не случилось. Я сам спас их больше десятка. Нос инопланетца сдвинулся к уху тут же, впрочем, вернувшись на старое место. Облако, похожее на аэростат, остановилось. Из его недр вынырнул объемистый красный куб и, в свою очередь, стал плавно опускаться, как бы держась на невидимом тросе. Он походил на жилой блок или на контейнер с тяжелым грузом. Красный куб опускался прямо на Юрия Воронцова, так что ему пришлось вскочить и посторониться. Камень, на котором он только что сидел, захрустел и рассыпался в прах. Инопланетец ткнул контейнер кулаком, и тот беззвучно раскололся на две половины, обнажив аппарат непонятного назначения. Освободившаяся красная оболочка по сигналу инопланетца тут же взлетела, скрывшись внутри застывшего в поднебесье облака. Оставшийся на земле аппарат представлял собой металлический цилиндр на массивной треноге. В одном из торцов цилиндра зияло отверстие диаметром с человеческий череп. - Отлично, - удовлетворенно произнес инопланетец. Он прошелся вокруг аппарата, встал на колени, заглянул под треногу. Потом поднялся, брезгливо стряхнул со скафандра налипшую уже плесень и развернул металлический цилиндр отверстием на Юрия Воронцова. В глубине цилиндра прятался мрак. Затем инопланетец ухватился за незаметную ранее рукоятку и с натугой ее потянул, из-за чего она удлинилась, почти упершись в грудь Юрия Воронцова. - Готово, - сказал инопланетец. - Самая надежная машина. Никогда не подводит. - И что теперь будет? - полюбопытствовал Юрий Воронцов. - Все будет в порядке. Если вы нажмете рычаг, одно ваше желание осуществится. - Любое желание? - усомнился Юрий Воронцов. - Зачем же любое? Исполнится желание, владеющее вами в данный момент. - Ну это все равно, - усмехнулся Юрий Воронцов. - Здорово! Он загадал желание и положил ладонь на рычаг. - Не торопитесь, - сказал инопланетец. Его лицо задрожало, глаза разъехались в разные стороны. - Сначала я должен удалиться на необходимое расстояние. Юрий Воронцов снял руку с рычага и внимательнее посмотрел на инопланетную машину для исполнения желаний. Она напоминала какую-то музейную древность. Телескоп? Нет. Ракетный двигатель? Пожалуй. Но скорее что-то другое. По знаку инопланетца рядом с ним возникла полупрозрачная оболочка летательного кокона. Инопланетец ступил внутрь. Летающий кокон лениво двинулся вверх. - Эй! - крикнул Юрий Воронцов. - Погодите!.. Он вдруг понял, что загадочное устройство сильно смахивает на орудие, посредством которого в древности решали демографические проблемы. Кокон вернулся на землю. - Не получается? - заботливо спросил инопланетец. - Если вам трудно, я переставлю регулятор на меньшее усилие. Вот так. Но не торопитесь. Вы должны понимать, что наши желания не совсем совпадают. Юрий Воронцов с нарастающим сомнением глядел на инопланетное демографическое орудие. - Вы действительно уверены, что эта штуковина исполнит любое мое желание?.. - А вы действительно разумное существо? - поинтересовался инопланетец. - Ясно, что никто не в состоянии удовлетворить все желания всех обитателей нашей звездной системы. Сколько, по-вашему, в Галактике разумных существ? Юрий Воронцов покачал головой; тут же ему показалось, что и демографические орудие шевельнулось, отслеживая это движение. - Не знаю. - Очень много, - сообщил инопланетец. - Поэтому нас интересуют лишь желания, имеющие отношения к нашей работе. Мы их фиксируем и по мере сил выполняем. Например, недавно вы пришли к решению, угрожавшему жизни. Естественно, мы не могли не вмешаться. - Какое решение вы имеете в виду? Рот инопланетца расширился до ушей, в лице все смешалось, и лишь минуты через полторы оно вернулось к нормальному виду. - Вы же разумное существо. Есть вещи, говорить о которых не принято. Но раз вы настаиваете... Несколько минут назад вы решили, извините за выражение, умереть. Ваше желание угрожало жизни... - Понятно. - ...поэтому я привез необходимое оборудование. Кстати, вам известно, сколько энергии стоит срочная доставка такого дезинтегратора? - Так это... дезинтегратор?.. - Называют по-разному. Дезинтегратор, уничтожитель, убиватель... Кому как нравится. - Значит,- сказал Юрий Воронцов, - если я нажму на рычаг, то... - Ваше желание осуществится, - кивнул инопланетец. - Но вы же собирались меня спасти! - Вас? Мы? - Инопланетец задумался. Черты его лица извивались как змеи. - Вы что-то путаете. Во-первых, это противоречит вашим желаниям, а смерть, извините за непристойность, - это личное дело каждого. Во-вторых, существ, даже разумных, слишком много. Спасение умирающих - дело самих умирающих. Извините еще раз. - И это - спасение от несчастных случаев? - Естественно, - кивнул инопланетец. - Ведь мы охраняем жизнь. В Галактике много жизней. В каждом мире она своя, и ей всегда что-нибудь угрожает. Вот вам, извините, вздумалось умереть. Ваше право, но какой способ вы выбираете? Самый варварский - открыв шлем скафандра. Значит, полчища бактерий из-под вашего шлема вырвутся на свободу, и местной жизни будет нанесен непоправимый урон. Возможно даже, что она погибнет совсем. - Местная жизнь? - сказал Юрий Воронцов. - Местная жизнь, - сказал инопланетец. - Эта серая плесень? Или это... не плесень? - Почему же? Плесень, бактерии, микроорганизмы. Вы что-то имеете против? - Нет, - сказал Юрий Воронцов, - но как же так получается? Перед вами выбор. С одной стороны - разумное существо, человек, венец творения. С другой - какие-то микробы. Разве можно сравнивать? - Нельзя, - согласился инопланетец. - Что человек? Гибель отдельных существ, в том числе разумных, предусмотрена эволюцией. Каждая самостоятельно возникшая жизнь бесценна, потому что невоспроизводима. Нет бедствия ужаснее, чем смерть живого в масштабах целой планеты. По-моему, это очевидно. - И если я открою скафандр... Так вот в чем дело! - обрадовался Юрий Воронцов. - По-моему, я начинаю вас понимать. - Одного понимания мало. Нужно еще и действовать. Но что вы делаете вместо того, чтобы воспользоваться дезинтегратором, который не только исполнит ваше желание, но и убьет, извините, всю нечисть, сидящую под колпаком вашего шлема? Что вы делаете? Затеваете бессмысленный разговор. Вам не кажется, что он затянулся?.. Инопланетец шагнул к своему кокону. - Погодите! - крикнул Юрий Воронцов. - Я же не хочу умирать! Туманная оболочка вокруг инопланетца сгустилась, потеряла прозрачность. - Я хочу жить! - крикнул Юрий Воронцов. - Жить!! - Живите, - отозвался инопланетец. - Это ваше законное право. Кокон взлетел к облакам. Черное жерло дезинтегратора смотрело точно в лицо. Юрий Воронцов сделал шаг в сторону. Массивный ствол шевельнулся, держа его на прицеле, следя за каждым движением. - На помощь!!! - отчаянно закричал Юрий Воронцов. Минуту спустя инопланетец вновь стоял перед ним. - Зачем кричать? Я же сказал вам - живите. - Здесь? Но я... - Где угодно. Например, если вы улетите к себе, мы будем очень признательны. - Как же я улечу? - Юрий Воронцов показал на свой искалеченный звездолет. Инопланетец повторил его жест. - Вероятно, так же, как прилетели. - Вы что, смеетесь? Он же совсем разбит. Управление, двигатель, даже обшивка. - А почему вы не хотите его починить? - Смеетесь? - повторил Юрий Воронцов. - Как же его починишь? Глаза у инопланетца от этих слов полезли на лоб. - Вы не можете отремонтировать свой корабль?? Пойдемте посмотрим. Юрий Воронцов положил руку на стартовый рычаг. Инопланетец стоял вдалеке, среди скал, облокотясь на дезинтегратор. Все еще боялся, что землянин опять передумает. Корабль дрогнул и тронулся вверх. В обзорных экранах Юрий Воронцов как бы впервые видел планету, куда его занесла судьба. Видел ее синее, быстро темнеющее сейчас небо, белые облака, вровень с которыми он поднимался, и дикие скалы, уходящие вниз. Нет, это он улетал, остальное оставалось на месте - и небо, и облака, и скалы. И плесень на скалах - древняя жизнь с еще не изведанным будущим.

Михаил Пухов. Планета за миллион


Файлы с книжной полки Несененко Алексея http://www.geocities.com/SoHo/Exhibit/4256/
Глаза Мак-Грегори, когда он услышал эту цифру, загорелись. Он не был пьян - просто прикидывался. - Сто тысяч? Так дорого? Видимо, это что-то особенное?.. - Хорошая планета, - подтвердил Билл, моргая мутными от виски глазами. - Осточертела, а то б никогда не стал продавать. - Там есть ценное сырье? - Голос Мак-Грегори дрогнул. - Уран, золото, нефть? Другие ископаемые? - Нет, - сказал Билл. - У нас и гор-то нет. Мой дом, а кругом болото. - А остальное? - спросил Мак-Грегори. - Древесина, пушнина, продовольственные культуры? - Не, - сказал Билл. - Болото, в болоте трава. Над травой - комарье. В траве лягушенции прыгают. Он ткнул пальцем в клетку. Рептил с планеты Вилла, действительно похожий на жабу, пялился на спартанскую обстановку моей однокомнатной квартиры. Ничего лишнего - три кресла да стол. На столе - бутылка виски и три рюмки тяжелого темного стекла. Я раздобыл их у одного парня из Космического департамента. Полезно иметь много приятелей. С Биллом я познакомился месяц назад и еще тогда решил свести его с Мак-Грегори, только раньше это не удавалось. Мак-Грегори отвернулся от клетки. - За что же сто тысяч? За болото и за этих страшилищ? - По-моему, дешево, - сказал Билл. - Хорошая планета, по-честному. Там одного "воздуха мильнов на тридцать. - Где ты подцепил эту дубину? - спросил у меня Мак-Грегорн, когда Билл удалился в туалет. - Сто тысяч? Да судя по его описанию, эта планета - единственная, которая не стоит этой громадной суммы! - Сам он купил ее тысяч за пять с половиной. - А мне хочет всучить за сто, - сказал Мак-Грегори. - Не такая уж он дубина! - Друг, а спекуляция - штука выгодная? - поинтересовался Билл, вернувшись из туалета. Мак-Грегори закатил глаза. - Повторяю - перепродажей имущества я не занимаюсь. Постарайтесь это запомнить. Я ищу планету подешевле, чтобы на ней работать. - Пахать? - простодушно спросил Билл. - Думать, - оскорбленно заявил Мак-Грегори. - Между прочим, я доктор философии. Это была правда, но его основные доходы поступали из других источников. - А плотят сколько? - Билл чуть не выпал из кресла. - Достаточно, - гордо произнес Мак-Грегори. - Я специалист высокой квалификации. Сейчас я занимаюсь телепатией в телекинезом. - Телекинеза? - клюнул Билл. - Это что за штуковина? - Телекинез, - это гипотетическая способность перемещать материальные предметы усилием воли, - снисходительно усмехнулся Мак-Грегори. - Я работаю в одной комиссии. В последнее время развелось несчетное множество шарлатанов, якобы обладающих парапсихологическими способностями. Комиссия, в которой я работаю, выводит шарлатанов на чистую воду. - Разве ж их не видно? - изумился Билл. - На это они в шарлатаны, - объяснил Мак-Грегори. - Прибегают к самым изощренным ухищрениям. Вот свежий пример. Некто на расстоянии пять метров передвигал по столу вилки и прочее. Знаете, как он это делал? - Ну? - спросил Билл. - У него был стол с двойной крышкой, - сказал Мак-Грегори. - Между крышками на колесиках перемещался радиоуправляемый электромагнит. В кармане у "телепата" был радиопередатчик. Манипулируя вращающимися рукоятками, он мог включать и выключать магнит, а также перемещать его в любую точку стола. - А что он на этом имел? - спросил я. - Ничего, - объяснил Мак-Грегори. - Все телепаты - честные мистификаторы. Скорее можно обнаружить парапсихологические способности у какого-нибудь животного. Но их почти не исследуют. Била опять вышел. Я курил у окна, глядя в темноту. Сосредоточиться было трудно, в голове шумело. За моей спиной Мак-Грегори выбирался из-за стола, сдвигая кресла. На определенной стадии он всегда лез проверять парапсихологические способности у кошек, собак и других домашних животных. - Например, этот зверь, - сказал Мак-Грегори. - Сидит он на кочке среди болота. Вверху комары. Как их достать? Без телекинеза не обойдешься. - Он помолчал. - Послушай, тварь, не могла бы ты передвинуть вон ту бутылку?.. Последовала долгая пауза. Потом я почувствовал, что он трясет меня за плечо. Я обернулся Билл еще отсутствовал. Лицо Мак-Грегори было бледное. - Он ее передвинул. - Он показал на стол. Бутылка с остатками виски стояла на самом краю. Рептил вращал глазищами за прутьями клетки. - Невозможно, - сказал я. - Ты знаешь, сколько за него отвалят? - Он отдал новое приказание. Рептил хлопнул глазами. Бутылка на краю стола дрогнула и поползла в центр. Потом задвигались рюмки. Потом дверь распахнулась, и в комнату ввалился Билл. - Послушайте, старина, - вкрадчиво обратился к нему Мак-Грегори. - У меня есть брат - коллекционер. Завтра у него день рождения. Вы не продадите мне это животное?.. Билл отрицательно мотнул головой. - Сколько вы за него хотите? - настаивал Мак-Грегори. - Хотите, я дам за него сто долларов?.. Билл расхохотался. - Не, - сказал он, - совесть не позволяет. Я же не спекулянт. У меня на планете этих лягушенций знаете сколько? Мак-Грегори размышлял. - Много, - продолжал Билл, едва не выпадая из кресла. - Планета хоть и хорошая, но небольшая, с Марс. Сплошное болото. В болоте - кочки. Расстояние между кочками метр. На каждой кочке сидит лягушенция и жрет комарье. Покупайте планету, и все это будет ваше. Лицо Мак-Грегори приобрело мечтательное выражение. - Вообще в этом что-то есть, - задумчиво произнес он. - Болото, болото до самого горизонта. Вы шагаете по нему, перепрыгивая с кочки на кочку, и вдыхаете чистый воздух, не отравленный ни радиацией, ни смогом, ничем. В этом что-то есть. Сколько, вы говорили, стоит ваша планета?.. В темноте за окном взревел мотор автомобиля. Потом звук затих вдалеке Билл стоял у окна, разглядывая чек. - Как ты думаешь, мы не продешевили? - Не знаю, - сказал я. Билл устало опустился в кресло. Недопитая бутылка стояла посередине стола. - Выпить хочется, - пожаловался он. - А встать сил нет. Я извлек из кармана радиопередатчик и, манипулируя вращающимися рукоятками, передвинул бутылку к Биллу. Он оторвал ее от стола и разлил в рюмки то, что в ней оставалось. - За ваше великолепие, - сказал Билл. Рюмки были тяжелые - магнитные, стекло пополам с железом.