Станислав ЛЕМ

СУММА ТЕХНОЛОГИИ


[ Титульный лист ] [ Содержание ] <= Глава шестая (b) ] [ Глава шестая (d) =>

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ФАНТОМОЛОГИЯ

             
(c)  ПЕРИФЕРИЧЕСКАЯ И ЦЕНТРАЛЬНАЯ ФАНТОМАТИКА   
     
     Фантоматику можно поставить  в  один  ряд  с  известными  из  истории
способами более или менее специфического воздействия на человеческий  мозг
при помощи периферических раздражителей ("периферическая  префантоматика")
или  раздражителей,  действующих  на  мозг  непосредственно  ("центральная
префантоматика").
     К первым относятся разработанные в совершенстве (особенно  в  древних
цивилизациях) ритуалы доведения людей до состояния  своеобразного  экстаза
при помощи таких раздражителей, как моторные (например, ритуальные танцы),
слуховые ("раскачивание" эмоциональных процессов ритмичными импульсами:  в
процессе  своей  эволюции  человек  стал  воспринимать  ритм  раньше,  чем
мелодию),  зрительные  и  т.д.  Эти  ритуалы  доводили  группы  людей   до
затемнения индивидуального сознания или,  вернее,  до  сужения  его  поля,
сужения, которое всегда  наблюдается  при  очень  сильных  эмоциях.  Такое
кульминирующее коллективное возбуждение современный  человек  связывает  с
"массовым  распутством",  с  оргией,  однако  в  человеческих  коллективах
прошлого подобный массовый экстаз служил средством  общения  с  добрыми  и
злыми духами, общения, при  котором  в  обстановке  массового  возбуждения
изливались индивидуальные эмоции, тогда как элементы сексуальных  ощущений
отнюдь не преобладали. Более того,  эти  обряды  привлекали  людей  скорее
своей  таинственностью,  тем,  что  высвобождали   скрытые   в   человеке,
неизвестные ему из повседневного опыта силы.
     К способам второго вида относится  употребление  таких  веществ,  как
мескалин,  псилоцибин,  гашиш,  алкоголь,  отвар  из  мухоморов   и   т.п.
Воздействуя на химические процессы в мозгу, эти вещества вызывают ощущения
экстаза, упоения, которые бывают обращены  либо  к  эстетическим  сторонам
человеческого духа, либо к эмоциональным. Впрочем, люди  нередко  сочетали
приемы обоих видов, чтобы достичь наивысшего "постижения". С  фантоматикой
такие приемы связывает активное воздействие на вводимую в мозг  информацию
с целью привести его в состояние, к которому стремятся не потому, что  оно
адекватно как регулятор отношения человека к окружающей среде,  а  потому,
что оно приносит наслаждение или эмоциональную  встряску  (катарсис 1),  то
есть, попросту говоря, сильные и глубокие ощущения.
     Являлись  ли  эти  обряды  проявлением  коллективного   садизма   или
мазохизма? А может  быть,  они  носили  культовый  характер  или  же  были
зачатками того "искусства масс", в котором нет деления на  исполнителей  и
зрителей и все являются совместными творцами "действа"? Почему это  вообще
нас интересует?
     Дело  в  том,  что  эта  проблема   некоторым   образом   связана   с
классификацией самой фантоматики.
     Психоаналитики  различных  школ  склонны  отыскивать   причину   всех
человеческих действий в  элементарных  источниках  побуждений.  При  таком
подходе как на пуританскую аскезу, так и на  самую  крайнюю  распущенность
наклеивают ярлыки "мазохизма" или "садизма". Дело не столько даже  в  том,
что это неверно, сколько в том, что подобные истины слишком  тривиальны  и
потому бесполезны для науки. Дискуссии на темы пансексуализма и  т.п.  так
же бесплодны, как был бы бесплоден спор о том,  является  ли  половой  акт
проявлением солнечной активности. В конечном счете это,  несомненно,  так.
Поскольку жизнь возникла благодаря солнечному  излучению,  то,  анализируя
длинные цепочки причин и следствий, связывающие нашу звезду с земной корой
и  идущие  далее  через  весь  процесс  эволюции,  можно   показать,   как
энергетическое вырождение квантов солнечного света в растениях, являющихся
в свою очередь пищей для животных (к которым относится также  человек),  в
конце концов приводит  на  некотором,  уже  весьма  далеком  от  источника
энергии этапе к половым актам, благодаря которым весь этот  процесс  может
продолжаться (потому что без размножения все организмы вымерли бы).  Точно
так же можно сказать, что половое влечение  сублимируется  в  произведение
искусства. Такое утверждение является скорее метафорой, чем  истиной,  тем
более научной истиной. Ведь  не  всякая  истина  является  научной:  океан
тривиальностей, несущественных переменных таков, что он свободно  поглотил
бы океан глупости, а это уже кое-что да значит.
     Когда  цепочки  причинно-следственных  связей  становятся  достаточно
длинными,  любая  попытка  связать  отдаленные  друг   от   друга   звенья
приобретает  характер  скорее  метафоры,  чем  научного  утверждения.  Это
особенно относится к сложным системам, вроде нейронных  сетей,  где  из-за
множества  внутренних  соединений  и   петель   обратных   связей   трудно
установить, что служит следствием, а что - причиной. Поиск "первопричин" в
такой сложной системе, как человеческий мозг, является априоризмом  чистой
воды. Хотя психиатр-психоаналитик будет это отрицать, из  его  рассуждений
вытекает, что строгий наставник и  садист-детоубийца  отличаются  друг  от
друга только как два автомобиля, у одного из которых намного лучше тормоза
и поэтому он не давит людей. Сотни  лет  назад  религиозные  и  магические
обряды, зрелища и развлечения не были так отделены друг от  друга,  как  в
наше время. Мы  называем  фантоматику  "техникой  развлечения",  поскольку
генетически она связана с современными развлечениями, что, конечно,  никак
не предопределяет ее грядущих, быть может универсальных, функций.
     В нашей системе классификации периферическая фантоматика определяется
как  опосредствованное  воздействие  на  мозг  -   в   том   смысле,   что
фантоматические  раздражители   сообщают   мозгу   только   информацию   о
ф_а_к_т_а_х;  аналогичным образом на него воздействует  окружающая  среда.
Фантоматика всегда определяет состояния внешней среды,  но  не  внутренние
состояния человека, потому что чувственная констатация о_д_н_и_х  и  т_е_х
ж_е фактов (например,  того,  что  началась  буря,  что  мы  находимся  на
пирамиде)  независимо  от  реальности  или  искусственности  этих   фактов
вызывает у различных людей неодинаковые ощущения, эмоции и реакции.
     Возможна также "центральная фантоматика",  то  есть  непосредственное
возбуждение определенных центров мозга, вызывающее приятные  ощущения  или
чувство наслаждения. Эти центры находятся в среднем мозгу и стволе  мозга.
Очень  близко  от  них  расположены   также   центры   гнева   и   тревоги
(агрессивно-оборонительных реакций). Работа  Олдса  и  Милнера  стала  уже
классической. Животное (крыса) с хронически (то есть навсегда)  вживленным
в  промежуточный  мозг  электродом  помещалось  в  клетку.   Крыса   могла
раздражать этот участок мозга электрическим током, нажимая лапкой  педаль,
которая замыкала контакт.  Отдельные  животные  делали  это  непрерывно  в
течение двадцати четырех часов с частотой, доходившей до  8000  нажимов  в
час, то есть более двух раз в  секунду.  Если  электрод  ввести  несколько
глубже, то крыса, вызвав один раз раздражение,  больше  никогда  этого  не
делает. Как пишет Г.  Мэгун,  можно  полагать,  что  в  этой  части  мозга
находятся два  противоположных  нервных  механизма  -  "вознаграждения"  и
"наказания". "Не находятся ли, - спрашивает Мэгун, -  рай  и  ад  в  мозгу
животного?" 2.
     Джаспер и Якобсен обнаружили аналогичные связи в мозгу человека;  при
этом в зависимости от места раздражения человек испытывал то  беспокойство
и  страх  (как  перед  припадком   эпилепсии),   то   приятные   ощущения.
"Центральная  фантоматика",  основанная  на  этих  анатомо-физиологических
предпосылках, была бы чем-то вроде "мозгового  онанизма",  хотя  ощущения,
испытываемые при  раздражении  окрестностей  гиппокампа,  не  тождественны
сексуальной кульминации (оргазму). Конечно,  мы  склонны  осуждать  такого
рода "припадки наслаждения", вызываемые  электрическим  раздражением,  как
самый обыкновенный онанизм. С другой стороны, кибернетики, и  в  частности
уже упоминавшийся Стаффорд Вир, вполне понимают необходимость  включить  в
структуру сложного  гомеостата  механизм  вознаграждения  и  наказания.  В
простом гомеостате (например, в состоящем из четырех элементов  гомеостате
Эшби)   такой    специальной    подсистемы    не    требуется;    подобный
"альгедонический" 3 контроль необходим только в очень сложных  системах  со
многими равновесными состояниями, системах, которые  могут  стремиться  ко
многим целям по многим самопрограммируемым путям.
     Ведь и до сих пор люди не перестали использовать средства, вызывающие
"приятные состояния", в том числе ядовитые вещества (алкалоиды, алкоголи и
т.д.),  поэтому  нельзя  исключить  возможность  возникновения  в  будущем
"центральной   фантоматики"   только   потому,   что,   будучи   "техникой
облегченного наслаждения", она вызывает моральное осуждение. Как бы то  ни
было, "искусством" этот вид фантоматики  признать  нельзя:  это  такое  же
"искусство", как и употребление наркотиков или алкоголя. Совсем иное  дело
периферическая фантоматика, которая в определенных условиях могла бы стать
искусством - и вместе с тем полем всевозможных злоупотреблений.
       
1  Катарсис - очищение (греч.). Термин, введенный впервые Аристотелем. Восприятие произведений искусства "очищает душу" от эмоций гнева, сострадания, страха. - Прим. ред. 2  Г.Мэгун, Бодрствующий мозг, изд-во "Мир", 1965. 3  Альгедонический - слово-гибрид, происходящее от греческих слов алгос - боль и эдонэ - наслаждение. - Прим. ред.

[ Титульный лист ] [ Содержание ] <= Глава шестая (b) ] [ Глава шестая (d) =>