Idx.       

Альфред Ван Вогт. Оружейники

Глава 1

Хедрук почти забыл о подсматривающем луче, который продолжал рисовать на экране картину императорской комнаты совещаний так же четко, как обычно. Там все еще находились люди, низко склонившие- ся к руке молодой женщины с холодным лицом, которая сидела на тронном кресле. Отчетливо были слышны звуки их голосов. Все было, как всегда. Для Хедрука, тем не менее, весь интерес в этой дворцовой ко- мнате и этой придворной сцене пропал. Ледяные слова молодой жен- щины раздались снова, хотя уже прошли минуты, как она произнесла их. - При данных обстоятельствах, - сказала она, - мы не можем дальше рисковать с этим ренегатом-перебежчиком от Оружейных Мага- зинов. То, что случилось, слишком важно. Поэтому, генерал Гролл, вы, исключительно в качестве меры предосторожности, арестуете ка- питана Хедрука через час после ленча и повесите его. Именно в этой последовательности, чтобы он, как обычно, сидел за моим сто- лом во время ленча, а также потому, что я хочу присутствовать при казни. - Хорошо, Ваше Величество. Хедрук ходил взад и вперед перед своим подсматривающим уст- ройством. В конце концов, он снова уставился на экран, который в своем развернутом состоянии занимал весь угол комнаты. Он увидел, что молодая женщина все еще была в комнате совещаний, теперь од- на. Она сидела со слабой улыбкой на удлиненном лице. Улыбка про- пала, когда она коснулась механизма на своем кресле и начала дик- товать ясным звонким голосом. На мгновение Хедрук позволил списку рутинных дворцовых воп- росов, которые она обсуждала, проникнуть в его мозг, затем он пе- реключил свое внимание. В его мозгу была одна цель - крепнущая решимость не соглашаться со своим провалом. Очень осторожно он начал регулировать устройство. Сцена, показывающая молодую Импе- ратрицу, пропала. Экран мелькал бесформенными пятнами и, наконец, показал лицо мужчины. Хедрук сказал: - Объявите Высший Совет Оружейников. - Это потребует много времени, - мрачно сказал человек на экране, - собрать всех советников к их аппаратам. Хедрук кивнул. Он вдруг занервничал. Его голос был достаточ- но устойчив, но у него было чувство, что он может вдруг задро- жать. Он сознательно расслабился. Когда он снова взглянул на эк- ран, на нем была дюжина членов Совета с решающими голосами. Он тотчас стал рассказывать о смертном приговоре, вынесенном ему. Он закончил словами: - Нет сомнения, что происходит что-то важное. Снова и снова в течение последних двух недель во время императорских совещаний меня отвлекали мелочными беседами со старшими офицерами, не давая мне вернуться в мои комнаты. Для меня, тем не менее, важен фактор времени, упомянутый в приказе. Заметьте, что я не должен быть арестован раньше часа после ленча, то есть, через три часа от на- стоящего момента. И к тому же мне было позволено вернуться в свои апартаменты как раз вовремя, чтобы услышать вынесение приговора. Если они знают Оружейные Магазины, они должны понять, что, полу- чив за три часа предупреждение, я буду иметь достаточно времени, чтобы убежать. - Не собираетесь ли вы остаться? - спросил резко советник Питер Кадрон. Холодное жесткое чувство вернулось к Хедруку. Когда он снова заговорил, его голос чуть подрагивал, хотя сами слова были точны- ми и, по сути своей, уверенными. - Вспомните, Кадрон, что мы анализировали характер Императ- рицы. Аномальные социотехнические воздействия нашего века сделали ее такой же беспокойной и склонной к приключениям, как девятнад- цать биллионов ее подданных. Она хочет перемен, возбуждения, но- вых впечатлений. Но сверх того она - это императорская власть, представитель консервативных сил, направленных против перемен. В результате - постоянное напряжение в мозгу, опасное состояние не- уравновешенности, которое делает ее самым трудным противником Оружейных Магазинов за многие столетия. - Повешение, без сомнения, - сказал холодно другой советник, - даст щелчок ее измученным нервам. На несколько мгновений, пока вы дергаетесь и подпрыгиваете в петле, ее жизнь будет казаться ей менее скучной. - Что я хотел предложить, - сказал спокойно Хедрук, - это, чтобы один из наших А-людей обдумал различные факторы и посовето- вал насчет возможностей мне остаться. - Мы проконсультируемся с Эдвардом Генишем, - сказал Кадрон. - Теперь, пожалуйста, потерпите, пока мы обсудим этот вопрос. Они удалились, но не визуально, так как их лица остались на экране, и, хотя Хедрук мог видеть движение их губ, голосов не бы- ло слышно. Беседа продолжалась довольно долгое время, в ней был кажущийся бесконечный период, когда что-то объяснялось кому-то за экраном. Время тянулось так долго, что в конце концов Хедрук сто- ял с плотно сжатыми зубами и стиснутыми кулаками. Он вздохнул с облегчением, когда молчание кончилось, и Питер Кадрон сказал: - Мы должны с сожалением доложить, что А-человек Эдвард Ге- ниш заявил, что здесь известно недостаточно факторов для его ин- туиции. Это оставляет нам только логику, и поэтому мы хотим за- дать один вопрос: с какого момента ваши шансы вырваться из дворца начнут резко падать? Сможете ли вы остаться на ленч? Хедрук держал себя в руках, стараясь изгнать из головы шок от сообщения о заключении интуициониста. Он и не предполагал, как он надеется на этого высокотренированного гения интуиции в вопро- се о его жизни или смерти. В одно мгновение ситуация стала неоп- ределенной и опасной сверх его предварительной оценки. Наконец, он сказал: - Нет, если я останусь на ленч, я обречен. Императрица любит играть в кошки-мышки, и она наверняка сообщит мне о приговоре во время еды. У меня есть план, учитывающий ее эмоциональные реакции и основанный на факте, что она будет искать оправдания самой се- бе. - Он помолчал, хмуро глядя на экран. - Каково ваше заключе- ние? Мне нужна любая возможная помощь. Советник Кендлон, круглолицый мужчина, произнес: - Как вы знаете, Хедрук, вы находитесь во дворце для двух целей: одна - защищать Оружейные Магазины от неожиданной атаки во время данного, всеми признанного опасным, периода для нашей циви- лизации. Другой вашей целью является, конечно, ваш собственный любимый план установления дружеских связей между Оружейными Мага- зинами и Императрицей и императорским правительством. Следовате- льно, вы являетесь шпионом только в минимальном смысле. Любая другая информация, которую вы можете добыть, принадлежит только вам. Мы не хотим ее. Но постарайтесь вспомнить: слышали ли вы что-нибудь, что может подтвердить вашу теорию о том, что готовит- ся что-то ужасное? Хедрук медленно покачал головой. Внезапно у него исчезли все эмоции. У него возникло ощущение физической отрешенности. Нако- нец, он произнес как бы из отдаленного холодного района - точно, ровно, утвердительно: - Я вижу, джентльмены, что вы ничего не решили, хотя не от- рицаете, что вам не хотелось бы лишиться меня здесь. И нет сомне- ния в вашем желании узнать, что скрывает Императрица. К тому же, как вы сказали, имеется мой любимый план. Поэтому я решил остать- ся. Они не сразу согласились. Странный беспокойный характер Им- ператрицы предполагал возможность, что малейшее неправильное сло- во с его стороны может стать роковым. Детали - они обсуждали их с кропотливой дотошностью. Имел значение тот факт, что он был пер- вым в истории предателем Оружейных Магазинов, который, тем не ме- нее, отказался дать какую-либо информацию любопытному правительс- тву. Его впечатляющая внешность, блестящий ум и сильный характер уже очаровали Императрицу и продолжали очаровывать дальше. Следо- вательно, исключая факт, что она занята чем-то секретным и важ- ным, угроза повешения является тестом, продуктом подозрений. Но надо быть осторожным. Если будет нужно, можно дать секретную ин- формацию общего характера об Оружейных Магазинах, чтобы возбудить у нее аппетит для большего, и... В этом месте звонок в дверь прервал беседу. Вздрогнув, Хед- рук выключил связь. Затем, осознав, что он позволил себе стать нервозным, он решительно снял обыкновенную золотую булавку со своего галстука и наклонился над столом. На нем лежало зеркало, небольшое, красивой формы, его декоративная верхняя часть предс- тавляла собой точную копию устройства, формирующего подсматриваю- щий луч, которое воспроизводилось в полную силу энергией от кро- шечного атомного источника внутри кольца. Быстрее было бы воспо- льзоваться автоматическим рычажком, который был прикреплен к ко- льцу, но его собственное нервное состояние было более важно. Это была такая же деликатная задача, как вдевание нитки в иголку. Три раза его рука чуть дрогнула и пропустила почти невидимое углубле- ние, которого нужно было коснуться. На четвертый раз он попал в него. Подсматривающее устройство исчезло, как вспышка света, и не осталось никаких следов, кроме пустого воздуха. Там, где оно сто- яло на углу стола, было только одеяло, которое он использовал, чтобы не оставить царапин на крышке стола. Хедрук убрал одеяло назад в спальную комнату и постоял нем- ного в нерешительности с кольцом в руке. Наконец он положил его в металлический ящичек с тремя другими кольцами и установил контро- льное устройство ящичка на уничтожение колец в случае попытки от- крыть его. На его пальце осталось только одно боевое кольцо, ког- да он, наконец, спокойно пошел ответить на настойчивый звонок. Хедрук узнал в высоком мужчине, который стоял в коридоре, одного из посыльных Императрицы. Мужчина кивнул ему приветливо и сказал: - Капитан, Ее Величество просила меня сообщить вам, что ленч уже сервирован, так что не будете ли вы добры прийти сейчас. На мгновение у Хедрука появилось отчетливое впечатление, что он является объектом явной шутки и что Императрица Иннельда уже играет свою маленькую возбуждающую игру. Не могло так быстро нас- тупить время ленча. Он взглянул на ручные часы. Маленький циферб- лат показывал 12.35. С момента, когда он услышал смертный приго- вор, прошел час. Фактически ему не надо было уже решать вопрос, остается ли он на ленч или нет. Его действительное положение стало ясным, по- ка он шел мимо отрядов солдат, которые стояли в каждом коридоре на его пути к королевскому обеденному залу, и эта действитель- ность была именно в том, что он остается. Это было настолько окончательным, что Хедрук постоял немного на пороге огромной комнаты, саркастически улыбаясь, и стал самим собой. Спокойно, все еще улыбаясь, он прошел среди столов шумных придворных и опустился на свое место за пять кресел от Императри- цы во главе стола.

Глава 2

Очередь коктейля и супа уже прошла. Хедрук сел, более спо- койный теперь, когда он не двигался физически, ожидая, что будет дальше. Он рассматривал людей вокруг стола, молодых, сильных, вы- сокомерных, умных, лет тридцати, которые образовывали личную сви- ту Ее Императорского Величества. Он почувствовал приступ сожаления, что все это должно теперь прекратиться. Он наслаждался шесть месяцев среди этого блестящего сборища. Его волновало снова наблюдать, как молодые люди вкушают плоды ошеломляющей власти, неукротимое наслаждение весельем, ко- торое напоминало его собственное далекое прошлое. Хедрук криво усмехнулся. Было в его бессмертии качество, которое он не должен был позволять себе - растущее пренебрежение риском во время кри- зиса, чувство беспечности по отношению к опасности. Он знал, ко- нечно, что рано или поздно он встрянет в ситуацию сверх его тай- ного могущества. Сейчас, так же, как и в прошлом, только его выс- шая цель, совершенно отличающаяся от того, что думали о нем люди, была важнее всего. Голос Императрицы возник первый раз над гулом разговоров и оборвал его раздумья. - Вы, кажется, очень задумались, капитан Хедрук? Хедрук медленно повернул голову в ее сторону. Он хотел бро- сить на нее более долгий взгляд, чем он позволял себе до этого. Но он чувствовал ее зеленые глаза, наблюдающие за ним с момента ее прихода. У нее было впечатляющее, почти благородное выражение лица, высокие скулы и твердый подбородок знаменитого семейства Ишеров. Не было сомнений, что это был один из самых молодых, но не последних членов звездной человеческой линии. Своенравие и не- ограниченная власть исказили ее красивое лицо. Но было уже видно, что сумасбродная, ослепительная Иннельда, подобно всем замечате- льным мужчинам и женщинам, которые были ее предками, устоит перед коррупцией и интригами, несмотря на дефекты характера, и что вы- дающееся семейство Ишеров продлится еще не одно поколение. Самая важная вещь сейчас, подумал Хедрук с резкой отчетливо- стью, - это заставить ее открыться при самых выгодных для него обстоятельствах. Он сказал: - Я думаю, Иннельда, о твоей прабабушке, очаровательной Га- ниэли, золотоволосой Императрице. Исключая ваши коричневые воло- сы, вы очень похожи на нее, какой она была в свои юные годы. Зеленые глаза стали озадаченными. Императрица сжала губы, а затем приоткрыла их, как бы говоря что-то. Прежде, чем она заго- ворила, Хедрук продолжал: - Оружейные Магазины имеют полное описание ее жизни. То, о чем я думаю, мысль, скорее печальная, что когда-нибудь вы тоже будете только жизнеописанием в каком-нибудь Информационном Цент- ре. Это был сильный удар. Он знал, что эта молодая дама не выно- сит мысли о старости или о смерти по отношению к себе самой. Гнев засверкал в ее глазах и проявил, как это было не раз в прошлом, то, о чем она на самом деле думала. - Вы, во всяком случае, - резко произнесла она ломким, но звонким голосом, - не будете живы, чтобы увидеть какое бы то ни было описание моей жизни. Вам, может быть, интересно будет уз- нать, мой дорогой капитан, что ваша шпионская работа здесь была обнаружена, и вас должны повесить сегодня. Эти слова ошеломили его. Одно дело - теоретизировать загодя, что здесь не будет ничего, кроме хитрого зловещего теста, попытки заставить его раскрыться, и совсем другое - сидеть рядом с этой женщиной, которая может быть такой жестокой и безжалостной, и ка- ждый каприз которой - закон, и слышать, как она произносит смерт- ный приговор. Против этого тирана во плоти и крови вся логика бы- ла непрочной, все теории - нереальными и фантастическими. Внезапно стало трудно понимать причину, которая поставила его в такое затруднительное положение. Он мог бы легко подождать еще одно поколение или два, или больше, женщины в линии Ишеров. Конечно, это было самое логическое время, биологически и истори- чески. Он переборол мрачное настроение и заставил себя расслаби- ться и рассмеяться. В конце концов он вытянул эти слова из нее прежде, чем она сама бы захотела объявить приговор. В некотором роде это была психологическая победа. Еще несколько побед, вроде этой, и он подготовит ее к первому срыву. В огромной обеденной комнате все еще продолжались разговоры, но не за королевским столом. Это заставило Хедрука оглядеться. Некоторые из молодых людей сидели, уставившись на Императрицу. Другие глядели то на Хедрука, то на Императрицу, то снова на Хед- рука. Все были явно озадачены и казались неуверенными, была ли это плохая шутка или одна из чертовски реальных жизненых драм, в которых Императрица участвовала время от времени, по-видимому, с единственной целью испортить всем пищеварение. Сейчас важно, чет- ко подумал Хедрук, что он овладел полным вниманием людей, от ко- торых он ожидал спасения. Императрица первая нарушила тишину. Она произнесла мягко, с насмешкой: - Штраф за ваши самые последние мысли, капитан. Она не могла подыграть ему лучше. Хедрук подавил безумный смешок и сказал: - Мое заявление все еще в силе. Вы очень похожи на милую, темпераментную, вспыльчивую Ганиэль. Основное различие в том, что она никогда не спала с живой змеей, когда ей было шестнадцать. - Как это? - спросил придворный. - Иннельда спала со змеями? Это символически или буквально? Но посмотрите, она краснеет. Это было так. Холодный взгляд Хедрука изучал малиновощекое смущение Императрицы с удивленным любопытством. Он не ожидал по- лучить такой сильный отклик. Через мгновение, конечно, произойдет прилив холодного раздражения. Это не смутило бы большинство из смелых молодых людей, каждый из которых по-своему нашел средний путь между подталкиванием и проявлением индивидуальности, которые молодая женщина требовала от всей своей личной свиты. - Продолжайте, продолжайте, Хедрук, - сказал усатый принц дель Куртин. - Не собираетесь же вы придержать эту интересную но- вость для себя. Я полагаю, что ее источник находится также в опи- саниях Оружейных Магазинов. Хедрук молчал. Его подтверждающая улыбка, казалось, была на- правлена на принца, кузена Императрицы, но на самом деле он почти не смотрел на него. Его взгляд и внимание были сконцентрированы на единственной персоне в комнате, которая имела значение. Импе- ратрица Ишер сидела молча, румянец на ее лице медленно переходил в гнев. Она медленно встала, ее глаза опасно сверкали, но в ее голосе была только доля той ярости, которая охватила ее. Она зло- веще сказала: - Это очень умно, капитан Хедрук, изменить тему разговора, как это вы сделали, но я уверяю вас, что это ничуть не поможет вам. Ваша быстрая реакция просто подтвердила, что вы заранее зна- ли о моем намерении. Вы - шпион, и мы не можем больше рисковать с вами. - О, Иннельда, - сказал один придворный. - Не собираетесь же вы сыграть жалкую шутку, вроде этой? - Поосторожней, мистер, - огрызнулась женщина. - Или вы при- соединитесь к нему на эшофоте. Люди за столом обменялись значительными взглядами. Некоторые покачали неодобрительно головами, а затем все принялись разгова- ривать друг с другом, игнорируя Императрицу. Хедрук ждал. Это было то, ради чего он старался, но сейчас, когда получилось, это казалось недостаточным. В прошлом остракизм людей, которых она ценила, оказывал огромный эмоциональный эффект на правительницу. Дважды со времени его прибытия он видел его ра- зрушающее воздействие. Но не в этот раз. Он понял это окончатель- но, пока наблюдал за женщиной, опять опустившейся в свое кресло и сидящей там с длинным красивым лицом, искаженным иронической улы- бкой. Затем улыбка исчезла, она мрачно произнесла: - Извините, джентльмены, за то, что я вызвала у вас такие чувства. Я сожалею о любых признаках гнева, которые могут быть истолкованы так, что мой приговор капитану Хедруку вызван личными причинами. Но я очень расстроена моим открытием, что он шпион. Это впечатляло и звучало убедительно. Частные беседы, кото- рые замерли, пока она говорила, больше не возобновились. Хедрук откинулся назад в своем кресле, чувство поражения усиливалось в нем с каждой проходящей секундой. Стало ясно то, что стояло за приговором - очень большое, очень важное, чтобы можно было пере- вести его простой ловкостью. Решительное, опасное и смертельное действие требовалось для этого. Он ненадолго сосредоточился на своих мыслях. Длинный стол, покрытый гладким белым шелком, золотые блюда, две дюжины красивых молодых людей отошли на задний план перед его мрачной перспекти- вой. Ему нужны были слова, которые изменили бы целиком ситуацию, плюс действие, которое могло бы закрепить ее. Он осознал, что принц дель Куртин говорит в это время: - Вы не можете только заявить, что человек шпион, и ожидать, что мы поверим этому. Мы знаем, что вы можете много и изобретате- льно лгать, когда это вам выгодно. Если бы я заподозрил, что го- товится, я бы присутствовал на совещании кабинета этим утром. Как насчет маленького факта? Хедрук почувствовал нетерпение. Люди уже смирились с приго- вором, хотя, казалось, не поняли этого. Чем быстрее они прекратят разговор, тем лучше. Но надо быть сейчас осторожнее. И ждать, по- ка Императрица не заговорит. Она сидела напряженно, с мрачным вы- ражением, без улыбки. Затем она спокойно сказала: - Я боюсь, что я должна буду просить вас довериться мне. Во- зникла очень серьезная ситуация. Она была единственным предметом совещания сегодня. Я уверяю вас, что решение казнить капитана Хе- друка было единодушным, и я лично удручена этой необходимостью. Хедрук сказал: - Я, в самом деле, лучше думал о вашем уме, Иннельда. Не планируете ли вы опять один из ваших тщетных налетов на Оружейные Магазины и не думаете ли вы, что я могу обнаружить это и доложить Совету Организации? Ее зеленые глаза сверкнули на него, голос был подобен стали, когда она резко ответила: - Я не скажу ничего, что может дать вам ключ. Я не знаю, ка- кого рода система связи у вас со своим руководством, но я знаю, что она существует. Мои физики часто регистрировали на своих при- борах мощные волны крайне высокого диапазона. - Исходившие из моей комнаты? - мягко спросил Хедрук. Она уставилась на него с сердито поджатыми губами, затем не- хотя сказала: - Вы никогда не осмелились бы прийти сюда, если бы все было так очевидно. Я сообщаю вам, сэр, что мне не интересно продолжать эту беседу. - Хотя вы и не понимаете этого, - ровным тоном сказал Хед- рук, - я уже сказал вам все, что нужно, чтобы доказать свою неви- новность, когда я открыл вам, что я знаю, что в возрасте шестнад- цати лет вы спали с живой змеей. - А! - воскликнула Императрица. Ее тело затрепетало от триу- мфа. - Начинаете признание. Итак, вы ожидали, что нужно будет за- щищаться, и приготовили эту маленькую речь! Хедрук пожал плечами. - Я знал, что что-то готовится для меня. Мои комнаты обыски- вались каждый день в течение недели. Меня подвергали длинным ску- чным монологам со стороны главных болванов в штабе Армии. Я был бы простаком, если бы не подумал, что все это значит. - Чего я не понимаю, - сказал один из молодых людей, - так это случая со змеей. Почему вы думаете, что ваше знание его дока- зывает вашу невиновность? Это слишком глубоко для меня. - Не будь таким ослом, Маддери, - сказал принц дель Куртин, - это просто означает, что Оружейные Магазины знали интимные де- тали жизни Иннельды задолго до того, как появился капитан Хедрук. Это показывает существование шпионской сети более опасной, чем все, что мы подозревали, и главное обвинение против капитана Хед- рука - это то, что он пренебрег рассказать нам о существовании этой сети. Хедрук подумал: не сейчас, нет еще. Кризис должен прийти не- ожиданно, и тогда его действия должны быть быстрыми, точно рас- считанными и решительными. Вслух он холодно произнес: - Почему вы должны беспокоиться? Три тысячи лет доказывают, что у Оружейных Магазинов нет намерения сбросить Императорское правительство. Я знаю точно, что шпионские лучи используются с большой осторожностью. И никогда не применялись ночью, за исклю- чением того случая, когда Ее Величество утащила змею из дворцово- го террариума. Любопытство принудило двух женщин-ученых, обслужи- вающих подсматривающую машину, продолжить наблюдение. История бы- ла, конечно, слишком занимательная, чтобы держать ее в папках, и вам, может быть, будет интересно, Ваше Величество, узнать, что об этом были написаны две психологические статьи, одна нашим вели- чайшим из живущих А-человеком, Эдвардом Генишем. Уголком глаза Хедрук вдруг увидел, что изящное гибкое тело женщины наклонилось вперед, ее губы слегка приоткрылись, глаза расширились от интереса. - Что, - прошептала она, - он сказал обо мне? Неожиданно Хедрук понял, что наступил лучший момент. Сейчас, подумал он, сейчас! Он затрепетал. Но он не обращал никакого внимания на свое физическое состояние, это было безразлично ему. Человек, которому угрожает смерть, должен быть возбужденным, иначе его будут счи- тать человеком слишком холодным - и несимпатичным. Его голос под- нялся над гулом болтовни с соседних столов немного резко и стра- дальчески. Но это тоже было хорошо для женщины, смотревшей на не- го широко раскрытыми глазами, женщины, которая наполовину была ребенком, наполовину гением, и которая жаждала всей своей эмоцио- нальной натурой странного и необычного. Она сидела с сияющими глазами, пока Хедрук говорил. - Вы, должно быть, сумасшедшие, все вы, или вы все время не- дооцениваете Оружейные Магазины и их специализированно развиваю- щихся знаний. Что за мелкая идея, будто я пришел сюда как шпион, будто я любопытствую насчет маленьких правительственных секретов. Я здесь только с единственной целью, и Ее Величество отлично зна- ет, с какой. Если она убьет меня, она намеренно уничтожит свою лучшую, более величественную часть, а если я знаю что-нибудь о линии Ишер, в конечном счете, они отступают перед самоубийством. Императрица выпрямилась, нахмурившись. - Ваша самонадеянность, - резко ответила она, - равна вашей ловкости. Хедрук не стал обращать внимания на эти слова, чтобы не по- терять инициативу. Он продолжал: - Очевидно, что вы все забыли свою историю, или закрываете глаза на действительность. Оружейные Магазины были основаны нес- колько тысяч лет назад человеком, который решил, что непрерывная борьба за власть различных групп - это безумие, что гражданские и другие войны должны быть прекращены навсегда. Это было время, ко- гда мир только что вышел из войны, в которой погибло более милли- арда людей, и он нашел тысячи последователей, которые согласились идти за ним до самой смерти. Его идея была - не больше не меньше - что какое бы правительство ни было у власти, оно не должно быть сброшено, но эта организация должна была установить такое положе- ние вещей, при котором было самое главное: гарантировать, что ни- какое правительство никогда не получит снова полную власть над своими людьми. Человек, который почувствует, что ему причинено зло, должен иметь возможность пойти куда-нибудь и купить оружие для защиты. То, что сделало это возможным, - это изобретение электронной и атомной системы контроля, которая позволила создать неуничтожимые Оружейные Магазины и производить оружие, которое могло быть испо- льзовано только для защиты. Последнее покончило со всеми возмож- ностями, чтобы оружие Оружейных Магазинов использовалось гангсте- рами и преступниками и морально оправдывало передачу смертоносно- го инструмента в руки любого, кто нуждается в защите. Сперва люди думали, что Магазины были своего рода антиправи- тельственной Организацией, которая будет сама защищать их от зла. Но постепенно они поняли, что Магазины не вмешиваются в жизнь Ишеров. Это было дело каждой личности или группы личностей - спа- сать свою жизнь. Идея была такой, что личность должна научиться постоять за себя, и что, в конце концов, силы, которые обычно пы- тались бы поработить ее, будут сдержаны знанием, что человек или группа могут быть подчинены только до определенных пределов. И таким образом был установлен великий баланс между теми, кто пра- вит, и теми, которыми управляют. Оказалось, что необходим следующий шаг: не защита от прави- тельства, а борьба против хищных частных предприятий. Цивилизация стала настолько усложненной, что средняя личность не может защи- тить себя против хитроумных устройств тех, кто рвется к ее день- гам. Соответственно, была организована система судов Оружейных Магазинов, в которые люди должны были обращаться, когда они почу- вствуют себя обиженными в этом отношении. Уголком глаза Хедрук увидел, что Императрица стала беспокой- ной. Она не была почитательницей Оружейных Магазинов и, так как его целью было показать абсурдность ее подозрений, а не изменить ее основную позицию, он продолжал в следующем духе: - Что не понято ясно правительственными силами - это то, что Оружейные Магазины являются благодаря своим научным достижениям более сильными, чем само правительство. Они понимают, конечно, что если бы они были достаточно глупы, чтобы свергнуть Императри- цу, они не получили бы необходимой поддержки населения и фактиче- ски они нарушили бы стабильность, которая делает возможным их присутствие. Тем не менее, превосходство является фактом. По этой единственной причине обвинение Императрицы против меня бессмыс- ленно и должно иметь какое-то другое обоснование, чем то, которое она изложила. Хедрук почувствовал, что здесь надо остановиться. Его основ- ная точка зрения была изложена, но обстановка была такой напря- женной, что ему нужно было отвлечь внимание на что-то, целиком находящееся на другом уровне и, тем не менее, являющееся частью целого. Он продолжал: - Чтобы дать вам какое-то представление о великих научных достижениях Оружейных Магазинов, я могу сказать вам, что у них имеется прибор, который может предсказать момент смерти любого человека. Прежде, чем я пришел во дворец шесть месяцев назад, я из собственного любопытства узнал моменты смерти почти любого че- ловека за этим столом и членов Императорского Совета. Теперь он их заполучил. Он видел это по их напряженным ли- цам, которые смотрели на него с лихорадочным ожиданием. Но он все еще не мог позволить себе утратить контроль над разговором. С усилием он заставил себя поклониться побледневшей правительнице. Затем он поспешил сказать: - Я счастлив объявить, Ваше Величество, что у вас длинная и почетная жизнь впереди. К несчастью, - его голос принял мрачный тон, когда он продолжал, - к несчастью, здесь присутствует джент- льмен, который обречен умереть через несколько минут. Он не стал ждать, чтобы увидеть, какой эффект произвели его слова, а развернулся в кресле по-тигриному быстрым движением, так как уже не было времени ждать. В любое мгновение его блеф мог быть разгадан, а эта сцена окончиться нелепым провалом. Его голос перекрыл пространство, отделяющее его от стола, где сидела дюжина мужчин в военной форме. - Генерал Гролл! - Э! - Офицер, который должен был выполнить приговор, повер- нулся кругом. Он изменился в лице, когда увидел, кто его звал. Хедрука поразило, что его выкрик вызвал полную тишину в ком- нате. Люди за всеми столами перестали есть, прекратили разговари- вать и смотрели на королевский стол и на него. Чувствуя на себе общее внимание, Хедрук напрягся, повысил голос и задал звенящий вопрос: - Генерал Гролл, если бы вы должны были умереть в данную ми- нуту, то какова была бы причина? Мужчина медленно встал. - У меня отличное здоровье, - прорычал он. - О чем вы гово- рите, черт побери? - С вашим сердцем все в порядке? - настаивал Хедрук. - Абсолютно. Хедрук отодвинул назад свое кресло и поднялся на ноги. Он не мог позволить произойти неудаче из-за неудобной позиции. Резким жестом он поднял руку и ткнул пальцем в сторону генерала. - Вы - генерал Листер Гролл, не так ли? - Правильно. А теперь, капитан Хедрук, объясните мне... Хедрук прервал его: - Генерал, с сожалением я заявляю, что согласно данным Ору- жейных Магазинов вы должны умереть сегодня точно в час пятнадцать от сердечного приступа. Сейчас эта минута и эта секунда. Теперь останавливаться было нельзя. Единым точным движением Хедрук согнул палец, точно обхватил ладонью бластер, материализо- ванный в невидимой плоскости кольцом на пальце. Это не был обычный невидимый бластер, продающийся в розницу, а специальный, неограниченный, никогда не продаваемый на прилав- ках, никогда не выставляемый, никогда не используемый, кроме экс- тренных случаев. Он поражал мгновенно вибрационным путем невидимо для человеческого взгляда, и, как только мускулы генеральского сердца были охвачены парализующей силой, Хедрук разжал руку. Не- видимый бластер дематериализовался. В последовавшем затем вавилонском столпотворении Хедрук по- дошел к тронному креслу во главе королевского стола и склонился к Императрице. Он не мог подавить порыв восхищения, так как она была совер- шенно, ненормально спокойной. Она была эмоциональной, чувственной женщиной, но в момент истинного волнения, во время принятия жиз- ненных решений, вся огромная фундаментальная устойчивость, кото- рая была ее наследием Ишеров, выступала наверх. Это было то самое качество крайнего здравомыслия, к которому он взывал, и которое, подобно драгоценному камню, сияло перед ним из спокойных мерцаю- щих глаз. Наконец она сказала: - Я полагаю, что вы понимаете, что фактически сознались во всем, убив генерала Гролла. Он знал, что лучше ничего не отрицать перед той сверхличнос- тью, какой она стала в этот момент. Он сказал: - Мне был вынесен смертный приговор, и кем-то он должен был быть приведен в исполнение. - То есть, вы соглашаетесь с ним? - Я принимаю все, что вы желаете, до тех пор, пока вы пони- маете, что у меня в сердце ваши важнейшие интересы. Она посмотрела недоверчиво. - Человек Оружейных Магазинов, которые борются со мной на каждом шагу, говорит о моих интересах? - Я не являюсь, никогда не был и никогда не буду человеком Оружейных Магазинов, - ответил подчеркнуто Хедрук. В ее лице появился испуг. - Я почти верю этому. Что-то есть странное и чуждое в вас, что я должна понять... - Когда-нибудь я расскажу вам. Я обещаю. - Вы, кажется, очень уверены, что у меня нет больше никого, чтобы повесить вас. - Как я уже сказал раньше, Ишеры не совершают самоубийств. - Опять вы на старую тему со своей невозможной амбицией. Но это не имеет значения. Я собираюсь позволить вам жить, но на вре- мя вы должны покинуть дворец. Вы не сможете убедить меня, что су- ществует всеобъемлющая подсматривающая система. - Не могу? - У вас, может быть, была такая машина, шпионившая во двор- це, когда мне было шестналцать, но с тех пор весь дворец был ос- нащен защитными экранами. Они могут быть преодолены только двухс- торонним связным устройством. Другими словами, здесь, внутри, до- лжно быть такое же устройство, как и снаружи. - Вы очень умны. - Что касается претензии, - продолжала Императрица, - по по- воду умения Оружейных Магазинов заглянуть в будущее, позвольте мне информировать вас, что мы знаем не меньше их о путешествии во времени и так же об ограничениях, связанных с этим. Но опять-та- ки, это неважно. Я хочу, чтобы вас не было два месяца. Я могу по- звать вас и раньше, в зависимости от обстоятельств. Между тем, вы можете передать это сообщение Совету Оружейных Магазинов: то, что я делаю, ни в малейшей степени не ущемляет Оружейные Магазины. Я клянусь в этом моей честью. Несколько мгновений Хедрук пристально смотрел на нее. Нако- нец, он мягко сказал: - Я собираюсь сделать очень важное заявление. Я не имею ни малейшего понятия, что вы делаете или собираетесь делать, но в вашей взрослой жизни я заметил одну вещь. Во всех ваших важнейших политических и экономических поступках вы руководствуетесь консе- рвативными мотивами. Не делайте этого. Перемены должны наступить. Пусть они наступят. Не боритесь против них, направляйте их. Доба- вьте новые лавры престижа к знаменитому имени Ишеров. - Благодарю вас за ваш совет, - холодно ответила она. Хедрук поклонился и сказал: - Я буду ждать вести от вас через два месяца. До свидания. Гул возобновившегося разговора остался позади него, когда он прошел через украшенную дверь в дальнем конце комнаты. Затем, ус- корив свой шаг, он достиг эскалаторов, торопливо шагнул на один из них, ведущий на крышу. Это было длинное путешествие, и в нем росло напряжение. В любую минуту, в любую секунду настроение Им- ператрицы могло измениться. Он вышел на крышу и увидел группу мужчин. Они шагнули вперед и мгновенно окружили его. На них была простая одежда, но сразу было понятно, что это полиция. В следующее мгновение один из мужчин сказал: - Капитан Хедрук, вы арестованы.

Глава 3

Он стоял на крыше дворца, глядя на этих людей, и его ум, на- строившийся на победу, не мог принять ужасающее поражение. Здесь было достаточно народу, чтобы справиться с любыми его попытками освободиться. Но это не могло остановить его. Исходя из самых ху- дших предположений, Императрица должна была знать, когда она да- вала приказ перехватить его, что он будет бороться всей мощью, которая была в его распоряжении. Время для изображения оскорблен- ной невинности и хитрой игры прошло. Его глубокий баритон громко раздался в тишине. - Что вы хотите? В истории мира были великие моменты, когда его властный го- лос подавлял волю к действию лучших людей, чем стояли здесь перед ним. Сейчас такого эффекта не произошло. Хедрук почувствовал удивление. Его мускулы, почти готовые к бегу через ряд мужчин, пока они стояли бы ошеломленные, напряг- лись. Большой карплан, который казался таким близким моментом ра- ньше, дразнил его теперь всего в двадцати пяти футах. Его цель - добраться до него - отступила перед опасностью ситуации. Один че- ловек с одним бластером против двадцати бластеров! Правда, его бластер был неограниченным, и подобно всем видам оружия Оружейных Магазинов проецировал защитное поле, полуокружающее его владельца и достаточное, чтобы отразить огонь восьми обычных бластеров, но он никогда не переоценивал возможностей этого оружия. Его мрачное взвешивание шансов своего положения окончилось, когда крепко сложенный молодой мужчина, который объявил его арес- тованным, шагнул вперед и четко произнес: - Не делайте ничего поспешного, мистер Джон-Оружейник. Лучше идите спокойно. - Джон! - сказал Хедрук. Это слово вызвало шок, потом смяг- чило его, почти успокоило. Шок и облегчение. На мгновение брешь между его первоначальным предположением и действительностью каза- лась слишком огромной, чтобы преодолеть ее без какого-либо сверх- человеческого усилия воли. В следующую секунду он овладел собой и напряжение прошло. Его взгляд скользнул по дворцовой охране, ко- торая находилась за группой этих людей в простой одежде и предс- тавляла собой скорее заинтересованных зрителей, чем участников. И он вздохнул незаметно, так как их лица не выражали никакого подо- зрения. Хедрук ответил: - Я пойду спокойно. Мужчины столпились вокруг него и проводили его в карплан. Машина поднялась с креном, настолько быстро она стала маневриро- вать в воздухе. Хедрук опустился на сиденье рядом с мужчиной, который назвал ему пароль Оружейных Магазинов на этот день. - Очень смело выполнено, - тепло произнес он через минуту. - Очень смело и эффектно. Я могу сказать это, хотя вы испугали ме- ня. Он засмеялся при воспоминании и хотел было продолжать гово- рить, когда странный факт, что его слушатель не улыбнулся ему дружески в ответ, поразил его. Его нервы, все еще неестественно чувствительные, отметили этот маленький дисгармонирующий факт. Он медленно сказал: - Вы не возражаете, если я спрошу ваше имя? - Пелди, - вежливо ответил мужчина. - Кто догадался послать вас? - Советник Питер Кадрон. Хедрук кивнул. - Я понял. Он подумал, что если я должен буду пробиваться на крышу, мне понадобится помощь. - Я не сомневаюсь, - ответил Пелди, - что это часть объясне- ния. Он был сдержан, этот молодой человек. Холод его личности по- действовал на Хедрука. Он мрачно уставился вниз через прозрачный пол. Карплан, поднимаясь, медленно направился в центр города. На- пряжение его беспредельной цели, требовавшей держать в тайне от всех людей его бессмертие, на мгновение стало труднопереносимым. Наконец, Хедрук собрался с силами и спросил: - Куда вы меня везете? - В гостиницу. Хедрук задумался. Гостиница "Королева Ганиэль" была городс- кой штаб-квартирой Оружейников. То, что его везли туда, означало, что произошло что-то серьезное. Гостинице "Королева Ганиэль" было уже почти двести лет. Она оценивалась, если он точно помнил, в семьсот пятьдесят биллионов кредитов. Ее массивное основание занимало четыре городских квар- тала. От него она поднималась пирамидальными ярусами, спроектиро- ванными в соответствии с архитектурным стилем своего века - сти- лем "падающей воды". На высоте тысячи двухсот футов она выравни- валась в сад размером восемьсот футов, ограниченность которого была искусно сглажена различными иллюзиями. Он построил ее в па- мять замечательной женщины, которая тоже была Императрицей Ишер, и в каждой комнате установил устройство, которое, будучи соответ- ственно активировано, обеспечивало мгновенное исчезновение вибра- ционным методом. Активирующим приспособлением, к сожалению, являлось одно из трех колец, которые он оставил во дворце. Хедрук кривился от досады, пока направлялся вместе со всеми от карплана к ближайшему лифту. Были и другие кольца в секретных панелях в различных помещениях гостиницы, но он сомневался, чтобы у человека, сопровождаемого двадцатью охранниками в часть здания, занимаемую штаб-квартирой Оружейников, появилась возможность для посторонней прогулки. Его размышления были прерваны, когда лифт остановился. Его вывели в широкий коридор к двери, на которой сияли буквы: "Метеоритная корпорация" Главное управление Хедрук знал, что надпись только наполовину была фальшивой. Гигантский трест был подлинной фирмой, занимающейся обширным ме- таллодобывающим и обрабатывающим бизнесом. Он также являлся непо- дозреваемым филиалом Оружейных Магазинов, который был в стороне от основной деятельности, за исключением, как в настоящий момент, случаев, когда его многочисленные отделы служили ширмой, за кото- рой грани мира Оружейных Магазинов сияли непрерываемой, не встре- чающей помех активностью. Когда Хедрук прошел в огромный зал, из непрозрачной двери в пятидесяти футах от него вышел высокий, приятный, средних лет му- жчина. Узнавание было почти мгновенным. Мужчина чуть поколебался, затем подошел с дружеской улыбкой. - Ну, мистер Хедрук, - сказал он, - как поживает Императри- ца? Хедрук напряженно улыбнулся. Колебание А-человека не усколь- знуло от него. Он сказал: - Я счастлив сообщить, что она в добром здравии, мистер Ге- ниш. Эдвард Гениш засмеялся сочным смехом. - Я боюсь, что имеются тысячи людей, у которых всегда порти- тся настроение, когда они слышат это. В настоящий момент, напри- мер, Совет пытается использовать мою интуицию, чтобы выведать се- крет Императрицы. Я изучаю ПП-диаграммы известных и потенциально великих людей. Очень мало данных, менее, чем десять процентов то- го, что мне нужно. Хотя и добрался я еще только до буквы М, я пришел к выводу, к пробному заключению. Если это изобретение, то относящееся к межзвездным путешествиям. Но это пока не совсем оп- ределенно. Хедрук нахмурился. - Межзвездные путешествия! Она будет против этого... - Он остановился. Затем продолжал громким голосом: - Вы правы! Быстро, кто изобретатель? Гениш снова засмеялся. - Не так быстро. Я должен просмотреть все данные. Мое внима- ние привлек ученый по имени Дерд Кершав, если вам интересно. Его смеющиеся глаза вдруг помрачнели. А-человек смотрел, на- хмурившись, на Хедрука. - Какого дьявола, Хедрук? Что вы сделали? Офицер секретной полиции Пелди быстро вышел вперед и сказал: - В самом деле, мистер Гениш. Арестованный не может... Гордое лицо А-человека повернулось к молодому мужчине. - Это уже сделано, - сказал он. - Отойдите назад, я хочу по- говорить с мистером Хедруком наедине. Пелди поклонился. - Я прошу прощения, сэр. Я забылся. Он отступил назад и начал теснить своих людей подальше. Ме- нее чем через минуту Хедрук был один на один с А-человеком. Пер- вый шок ослабел в серии коротких умственных болевых приступов. Арестованный! Он знал это, конечно, в некотором смысле, но он старался думать о себе, как о человеке, находящемся только под подозрением, и он надеялся, что если он притворится, что не знает об этом, то руководители Оружейных Магазинов могут не поставить вопрос в открытую. Гениш быстро заговорил снова. - Хуже всего, что они отказались слушать, когда я предлагал, чтобы все дело поручили только мне, чтобы разобраться с помощью моих способностей А-человека. Это плохо. Ты не можешь что-нибудь подсказать мне? Хедрук покачал головой. - Все, что я знаю, это то, что два часа назад они беспокои- лись, что я могу быть убитым Императрицей. Они фактически послали спасательные силы, но это обернулось моим арестом. Гениш постоял, задумавшись. - Если бы только я мог осадить их каким-нибудь образом, - сказал он. - Я недостаточно знаю об индивидуальных психологичес- ких чертах советников или о самом обвинении, чтобы вывести одно из моих интуитивных мнений, но, если ты сможешь свести дело к об- суждению доводов и контрдоводов, это была бы частичная победа. Они ведь только представители власти, несмотря на их мнение, буд- то они от самого Бога. Он пошел, нахмурившись, к дальней двери, а к Хедруку подошел Пелди. - Этой дорогой, сэр, - сказал молодой человек. - Совет при- мет вас немедленно. - Да, - ответил Хедрук. Чувство тепла от дружеского внимания А-человека пропало. - Вы имеете в виду, что Совет в местной пала- те? Ответа не было, но он и не ожидал его. Держась прямо, он по- следовал за офицером секретной полиции к двери в палату Совета. Люди, сидящие за U-образным столом, подняли глаза и устави- лись на него, когда он переступил порог комнаты. Дверь за ним за- крылась со слабым щелчком, когда он прошел вперед к столу. Стран- но было подумать, что два года назад он отказался бороться за ме- сто в Совете. Советники были разного возраста, начиная с замеча- тельного тридцатилетнего исполнителя Ансила Каре до седоголового Бэйда Робертса. Не все лица были ему знакомы. Хедрук сосчитал их, думая о том, что сказал ему А-человек. "Преврати это в суд!" Это означало вывести их из самодовольного настроения. Он кончил подс- чет и ужаснулся. Тридцать! Полный Совет Оружейников! Что они об- наружили про него, чтобы собрать их всех здесь? Он представил этих советников в их близких и дальних штаб-квартирах, которые считались достойными владельца, всюду - на Марсе, Венере, на спу- тниках, - советников, входящих в местные вибрационные передатчики и мгновенно прибывающих сюда. Все из-за него. Это снова и ужаснуло его и успокоило. Расп- равив плечи, зная о своей львиной голове и явно благородной внеш- ности и думая о поколениях людей, таких, как эти, которые жили и умерли со времени его рождения, Хедрук нарушил тишину. - В чем вы меня обвиняете? - звучно спросил он. И в эти слова он вложил все свое искусство, огромную мощь своего тренированного голоса, своего обширного опыта в делах с любым типом и любой группой человеческих существ. Вдоль сияющ его стола возникло шевеление. Ноги зашаркали по полу. Люди повернулись, чтобы вопросительно посмотреть друг на друга. Человеком, который в конце концов поднялся на ноги, был Питер Кадрон. - Меня попросили руководить заседанием, - спокойно произнес он. - Это я первый обвинил вас. - Он не стал ждать ответа, а мед- ленно повернулся, чтобы посмотреть на людей за столом, а потом мрачно произнес: - Я уверен, что любой из присутствующих здесь почувствовал личность мистера Хедрука. Интересно отметить, как точно это проявление скрываемой силы подтверждает то, что мы об- наружили. Я должен признать, к моему собственному удивлению, ее очевидную мощь. - Это также относится и ко мне, - прервал его Дим Лили. - До этой минуты я думал о Хедруке, как о мягкоговорящем, сдержанном человеке. Сейчас неожиданно он загнан в угол и сверкает огнем. - Нет сомнения, - сказал юный Ансил Каре, - что мы открыли нечто замечательное. Мы будем бороться за тщательное выяснение. Это было лишним. Весь его поступок в целом был понят не так, как он хотел, искажен надеждой, что он не является тем, кем пока- зался. - В чем вы меня обвиняете? - спросил Хедрук снова величест- венно. Молчание. Затем Питер Кадрон сказал: - Вы узнаете это в должное время. Но сперва - мистер Хедрук, где вы родились? Итак, они докопались. Он не чувствовал страха. Он стоял, немного опечаленный, пол- ный удивления, что его вечные страхи, наконец, оправдались. Воз- можно, что он стал слишком неосторожным. Он ответил: - У вас есть мое дело. Я родился в Централии, Средние Озер- ные Штаты. - Вы слишком долго думали, прежде чем ответить на этот воп- рос, - резко возразил советник. Кадрон сказал: - Как звали вашу мать? Хедрук смотрел на их лица немного озадаченно. Вряд ли они ожидали смутить его чем-нибудь настолько простым. Он ответил: - Дельмира Марлтер. - У нее были трое других детей? Хедрук кивнул. - Мои два брата и сестра умерли еще в детском возрасте. - А когда умерли ваши отец и мать? - Мой отец умер восемь лет назад. Мать - шесть. Неожиданно ему стало не по себе. Трудно было использовать эти слова для двух приятных, среднего возраста людей, которых он никогда не видел, но о которых он заставил себя узнать как можно больше. Он увидел, что кадрон с мрачным удовлетворением улыбается другим советникам. Кадрон сказал: - Итак, джентльмены, что мы имеем: человек, у которого нет живых родственников и который менее чем десять лет назад после того, как вся его семья умерла, вступил в Организацию Оружейных Магазинов обычным путем. И с помощью талантов, казавшихся необыч- ными даже тогда, когда мы не знали, как много он скрывает о себе, быстро достиг положения большого доверия. После этого он уговорил нас поручить ему его настоящее дело. Мы согласились на это пото- му, что стали тревожиться, не причинит ли нам Императрица вред, если мы не будем наблюдать за ней более тщательно, чем прежде. Одним из важнейших факторов, который необходимо рассмотреть сей- час, является сомнение, что из всей нашей Организации с ее десят- ками тысяч способных людей, может быть найдена личность, способ- ная поддержать интерес Императрицы Иннельды целых шесть месяцев. - И даже теперь, - прервал Хедрук, - только временно изгнан из ее окружения. - Он закончил язвительно: - Может быть, вам интересно, но это было результатом сумато- хи сегодня во дворце. Упомянутое время, могу я добавить, - два месяца. Питер Кадрон вежливо кивнул ему, затем повернулся к молчав- шим людям за столом. - Держите это в уме, пока я буду спрашивать мистера Хедрука о его образовании. Его взгляд сверкнул на Хедрука. - Ну? - спросил он. - Моя мать, - ответил Хедрук, - была университетским профес- сором. Она обучала меня частным образом. Как вы знаете, это было обычной практикой в этой среде в течение сотен лет. Контролирую- щим фактором являлись периодические экзамены. Вы найдете сведения о них в экзаменационных ведомостях, которые я представил вместе с моим заявлением о приеме в Организацию. Мрачная улыбка снова появилась на лице Кадрона. - Семья на бумаге, образование на бумаге, вся история жизни подтверждается только документами. Это выглядело неважно. Хедруку не нужно было смотреть на ли- ца советников, чтобы понять, насколько это плохо. Фактически, ко- нечно, этого было не избежать. Не существовало альтернативного метода. Доверить живым людям истинные факты о своей личности во время кризиса было самоубийством. Люди, как бы дружески ни отно- сились они к нему, всегда могли быть заставлены сказать правду. Но никто не мог даже заподозрить что-нибудь в хорошо выполненном документе. Он отказывался поверить, что они хоть немного догады- вались о настоящей правде. - Подумайте! - сказал он. - Что вы пытаетесь доказать? Если я не Роберт Хедрук, тогда кто я? Он получил небольшое удовлетворение от озадаченного выраже- ния, появившегося на лице Кадрона. - Это, - резко ответил тот в конце концов, - и есть то, что мы пытаемся узнать. Тем не менее, еще один вопрос. После того, как ваши родители поженились, ваша мать не поддерживала контакта со своими университетскими друзьями или с бывшими коллегами? Хедрук поколебался, смотря прямо в глаза советника. - Это подозрительно, не так ли, мистер Кадрон? - спросил он напряженным голосом. - Но вы правы. Мы жили в гостиницах. Работа отца заставляла нас переезжать каждые несколько месяцев. Сомните- льно, чтобы вы могли найти кого-нибудь, кто мог бы вспомнить о встрече с ним или со мной. Мы действительно жили неприметно. Кадрон произнес: - Мы признаем, мистер Хедрук, что это не доказательство, но мы здесь и не для этого. Оружейные Магазины не устраивают судов в обычном смысле. Они только объявляют решения. И единственным кри- терием является не доказательство вины, а сомнение в невиновнос- ти. Если бы вы занимали менее высокое положение в Организации, наказание было бы очень простым. Вам дали бы амнезию и освободили бы от службы. Но вы знаете слишком много о нас, и, соответствен- но, кара должна быть очень суровой. Вы знаете, что в нашем поло- жении мы не можем поступить иначе. К счастью, для нашего успокое- ния у нас имеется больше, чем подозрение. Возможно, у вас есть что добавить к тому, что уже сказано? Он стоял очень спокойно, давая уму вникнуть в ситуацию. Ког- да-то тайным нажимом он уговорил Метеорную корпорацию разместить учреждения около крыши гостиницы "Королева Ганиэль", потому что, казалось ему, их столичная штаб-квартира будет в большей безопас- ности в его здании, чем где-нибудь еще. Из соображения осторожно- сти он удалил из этой части здания все кольцевые активаторы и ви- брационные устройства, в которых он сейчас так отчаянно нуждался. Если бы не эта его предусмотрительность, за той панелью теперь лежало бы кольцо. Питер Кадрон продолжал говорить, излагая, наконец, обвине- ние. Хедруку трудно было сначала сосредоточиться на его словах. - После принятия Советом решения психологи произвели быст- рую, но тщательную проверку его психологической карты. Именно эта проверка вскрыла необычный факт. Питер Кадрон сделал паузу. Его взгляд остановился на лице Хедрука и на мгновение показалось, что он изучает черты его лица в поисках скрытой информации. Он веско продолжал: - Имеется различие между вашим мужеством в действиях и пси- хологическими данными о вашей потенциальной храбрости. Соответст- вуя ПП-диаграмме, вы никогда даже не задумались бы остаться на этот опасный ленч во дворце. Кадрон остановился, и Хедрук ждал, когда он закончит. Шли секунды, и он с испугом заметил, что люди напряженно наклонились вперед, вперив в него взгляд. Они ждали его реакции. Все было окончено. Это было обвинение. Техника ПП-записи! Хедрук пытался сосредоточиться на воспо- минании, что он слышал об этой машине. Это было одно из оригина- льных изобретений, сделанное много тысяч лет тому назад. Вначале оно было подобно Императорскому Умственному Контролю. Затем время от времени в него вносились усовершенствования - расширение диаг- ноза, мощность оценки ума, эмоциональной стабильности и другие вещи. Но это никогда не беспокоило его, потому что он мог частич- но контролировать свой ум. Во время проверки он просто старался привести в соответствие свои интеллектуальные данные с характе- ром, который будет лучше способствовать его цели среди Оружейни- ков. Хедрук встряхнул себя в уме. К черту, он не верит, что у них что-нибудь есть. - Итак, - сказал он, и его голос хрипло прозвучал в его ушах, - итак, я оказался на пять процентов храбрее, чем я должен быть. Я не верю в это. Храбрость зависит от обстоятельств. Трус становится львом при соответствующей побудительной причине. Его голос сам по себе вдруг стал более убеждающим. Часть ог- ня его убеждений, его стремлений, проникла в тон его слов. - Вы, - резко говорил он, - кажется, не воспринимаете то, что происходит. То, что случилось, не является просто капризом скучающей правительницы. Императрица - зрелая личность во всем, исключая незначительные мелочи, и нельзя забывать, что мы сейчас вступаем в пятый период дома Ишеров. В любой час огромные события могут извергнуться из подводных течений человеческой непоседливо- сти. Двадцать биллионов умов действуют, волнуются, мечутся. Новые рубежи науки и социальных отношений находятся за ближайшим гори- зонтом, и где-то из этой хаотической массы вырастает пятый кризис в истории цивилизации Ишеров. Только новое достижение на высоком уровне могло принудить Императрицу к таким насильственным дейст- виям на этой стадии ее карьеры. Она сказала, что через два месяца позовет меня обратно, и предположила, что это может случиться и раньше. Это будет раньше. Моим впечатлением, я не могу не подчер- кнуть этого, является то, что нам повезет, если у нас будет два дня. Две недели - это крайний срок. Он увидел, что Кадрон пытается заговорить, но продолжал, не обращая внимания на это. Его голос заполнил комнату. - Вся наличная сила Оружейных Магазинов должна быть сконцен- трирована в Столице. На каждой улице должен быть свой наблюда- тель. Флот должен находиться на расстоянии удара от города. Все это должно быть уже приведено в действие. Но что я нахожу вместо этого? Он сделал паузу, затем закончил с горечью: - Совет могучих Оружейных Магазинов тратит впустую свое вре- мя на какую-то темную дискуссию: должен или нет человек быть та- ким храбрым, каким он себя показал. Он закончил, смутно сознавая, что не убедил их. Люди сидели, не улыбаясь, с холодными лицами. Питер Кадрон спокойно заговорил: - Разница, - сказал он, - составляет семьдесят пять процен- тов, а не пять. Это очень много, и мы должны обсудить это. Хедрук вздохнул, признавая свое поражение. И почувствовал себя лучше. С кривой усмешкой он понял, почему. Против всех при- чин у него была надежда. Теперь она исчезла. Налицо был кризис, продукт развития научных сил, которые он считал под контролем. А это оказалось не так. Его жизнь теперь зависела от развития ситу- ации. Он внимательно слушал, когда Кадрон заговорил снова. - Я уверяю вас, мистер Хедрук, - говорил он со спокойной ис- кренностью, - мы все подавлены долгом, который навалился на нас. Но факты безжалостны. Вот что случилось: когда психологи обнару- жили различие, на ПП-машину были установлены две церебрально-гео- метрические диаграммы. Одна была основана на старой записи вашего мозга, другая с учетом семидесятипятипроцентного усиления каждой функции вашего мозга, каждой функции, повторяю я, не только муже- ства. Среди всего прочего это дает удивительную цифру вашего умс- твенного коэффициента - двести семьдесят восемь... Хедрук ответил: - Вы говорите, каждую функцию? Включая идеализм и альтруизм, я полагаю? Он увидел, что люди беспокойно посмотрели на него. Кадрон сказал: - Мистер Хедрук, человек, у которого так много альтруизма, будет рассматривать Оружейные Магазины просто как отдельный фак- тор в большой игре. Оружейные Магазины не могут иметь таких широ- ких взглядов, но позвольте мне продолжить. В обе церебрально-гео- метрические диаграммы, которые я упоминал, была механически вве- дена диаграмма Императрицы и, поскольку требовалась скорость, во- зможное влияние других людей на ситуацию было сведено к константе высокого уровня, дополненной простой осциллирующей переменной... Невольно Хедрук почувствовал себя заинтересованным. Его убе- ждение, что он должен прерывать Кадрона настолько часто, насколь- ко это психологически безопасно, уступило перед растущим впечат- лением от науки, которая так полно раскрыла его способности даже по отношению к ней самой. Графики могзовых и эмоциональных реак- ций, удивительные математические конструкции, корни которых ухо- дили глубоко в смутные импульсы человеческого мозга и тела. Он слушал и внимательно наблюдал, как Кадрон продолжал свою чертову речь. - Проблема, как я сказал, заключалась в том, как рассчитать, чтобы спасательная партия прибыла ко дворцу не слишком рано, но и не слишком поздно. Было определено, что график, основанный на ва- шей старой ПП-диаграмме, доказывает, что вы никогда не покинете дворец живым, если только неизвестное третьего порядка не вмешае- тся ради вас. Эта версия была мгновенно отброшена. Наука не может принимать в расчет возможность чуда. Вторая диаграмма дала цифру времени один час сорок минут с вероятной ошибкой в четыре минуты. Следовательно, приземление было совершено в один час тридцать пять минут, а в один час тридцать девять минут вы вышли из лифта. Я думаю, что это убедительное доказательство. Это было ужасно. Все эти годы, пока он жил и планировал, тщательно строя последовательность из своих надежд, он фактически уже вручил свою судьбу ПП-машине, возможно, величайшему изобрете- нию в области человеческого мозга. Отвлекшись, было, Хедрук по- нял, что говорит не Кадрон, а невысокий седоватый человек: - Ввиду того факта, что это не криминальный случай в обычном смысле этого понятия и особенно из-за прежних услуг мистера Хед- рука, я думаю, что он имеет право на гарантию, что мы принимаем всерьез то, чем занимается Императрица. Для вашего сведения, мо- лодой человек, наш состав здесь увеличен в пять раз. Возможно, в вашем возбужденном состоянии вы в свое время не заметили, что лифт от аэроплощадки прошел вниз намного дольше, чем обычно. Мы заняли семь дополнительных этажей гостиницы, и наша Организация находится в полной готовности. К несчастью, несмотря на ваш впе- чатляющий призыв, я должен согласиться с мистером Кадроном. Оружейные Магазины, являясь тем, что они есть, должны управ- ляться с таким случаем, как ваш, с жестокой решительностью. Я вы- нужден согласиться, что смерть - единственно возможный приговор. Вдоль стола люди закивали, бормоча: "Да, смерть - смерть - немедленно..." - Минуточку! - Голос Хедрука резко прозвучал над смешанным обществом. - Вы сказали, что эта комната для совещаний находится теперь в части гостиницы, занимаемой Метеоритной корпорацией? Они недоуменно уставились на него, когда он, на дожидаясь ответа, подбежал прямо к украшенной панели на тускло мерцающей стене справа от него. Все оказалось гораздо проще, чем он думал. Никто не остано- вил его, никто даже не достал бластера. Как только он достиг па- нели, он точно ткнул в нее четыре пальца и повернул их, и кольцо выскользнуло из скрытого углубления к его указательному пальцу. Одним непрерывным синхронным движением он включил вибрацион- ное устройство - и прошел через передатчик. Хедрук не стал тратить времени, осматривая знакомую комнату, в которой он оказался. Она была расположена в подземном помещении в двадцати шести сотнях миль от Столицы, заполненном тихо шумящи- ми машинами и сверкающими инструментами. Его рука сомкнулась на настенном рубильнике. Раздалось тихое жужжание, когда он замкнул его. В его уме возникла краткая картина всех исчезающих колец и устройств в гостинице "Королева Ганиэль". Они сослужили свою слу- жбу. Один впечатляющий побег - это все, на что он мог надеяться, имея дело с Оружейными Магазинами. Он повернулся и прошел через дверь. Затем в последний момент он увидел смертельную опасность и попытался отпрыгнуть назад. Слишком поздно! Двадцатифутовое чудовище прыгнуло на него. Его огромные лапы толкнули его с вращением вдоль стены. Ошеломленный, наполовину без сознания, он попытался встать - и увидел, что ги- гантская белая крыса метнулась к нему с огромными зубами, обна- женными для убийства.

Глава 4

Мрачно Хедрук ждал до последнего возможного момента. А затем рев его голоса наполнил комнату угрожающим эхом. С гулким визгом крыса метнулась прочь в дальний угол. Она притаилась там. Он уви- дел, что стремительные движения ускорили и без того быстрые жиз- ненные процессы крысы. Медленно она начала валиться на бок. Ее сверкающие глаза впились в Хедрука, когда он заковылял к крысиной загородке. Она не сделала попытки последовать за ним, и через мгновение он нажал рычаг, который управлял энергией, увеличиваю- щей ее размеры. Еще медленнее он потащился в большую комнату. Она уже заме- тила, что загородка была сломана, но не остановился, чтобы осмот- реть пролом. Потребовалось полминуты, чтобы найти существо, не увеличенное теперь физически. Наконец, он увидел шестидюймовое грязное белое пятно под сломанным стулом. Это была еще живая очень дряхлая крыса. Она слабо пошевелилась, когда он поднял ее и понес в лабораторию за крысиной загородкой. Чувство, которое воз- никло у него, имело мало общего с жалким существом, которое он поместил в обрабатывающую данные опытов машину. Это была жалость, но в широком масштабе, не к отдельному существу. Сострадание ох- ватило его всего. Он почувствовал себя вдруг очень одиноким в ми- ре, где люди и вещи жили и умирали с ужасной быстротой, эфемерные тени, которые мелькали в сильном свете солнца и исчезали навечно. С усилием он преодолел мрачное настроение и пошел проверить крысиную загородку. С четырьмя крысиными домиками все было в по- рядке. В каждом был новый выводок молодых крыс, и по их размерам он понял, что они были рождены до того, как механический процесс был прерван крысой, которая сломала загородку. Отремонтировать пролом в большой металлической загородке от- няло много времени, но в остальном процесс возобновился с автома- тической точностью, в тот момент, когда он вновь включил рычаг. Процесс был сама простота. Он начал его тысячу лет назад, помес- тив дюжину крыс - шесть самцов и шесть самок - в каждый из четы- рех специально сконструированных домиков. Пища поступала регуляр- но. Загородки содержались в чистоте. Простым скребущим устройст- вом. У природы имелись свои автоматические методы, и каждое мале- нькое белое существо появлялось и росло, добавляя свой вес к чув- ствительному балансиру, который поддерживал пол. Как только вес крысы достигал определенной точки, открывалась маленькая дверь и рано или поздно крыса выходила в узкий коридорчик за ней. Дверь закрывалась, и ни одна дверь в любом из четырех домиков не откры- валась, пока не закончится процесс. В дальнем конце коридорчика была приманка, внутри которой находился крошечный увеличитель Оружейных Магазинов. Проглоченный крысой, он разогревался от тепла крысы, ее тела, и включал реле, которое открывало дверь в загородку в сорок футов длиной и такой же ширины. Пол в маленьком коридоре двигался, и, нравилось крысе или нет, она немедленно оказывалась на открытом месте. За ней за- крывалась дверь, блокируя дорогу назад. Дополнительная пища в центре загородки включала увеличитель. Внезапно крыса раздувалась, превращаясь в двадцатифутовое чудови- ще, жизненные функции которого ускорялись почти в прямой пропор- ции с увеличением размеров. В этом ускоренном мире смерть насту- пала быстро. И, как только труп остывал ниже определенной темпе- ратуры, увеличитель отключался, пол наклонялся, и маленькое белое тело соскальзывало на транспортер, который относил его в обраба- тывающую данные опыта машину, откуда оно попадало под луч излуча- теля и исчезало. Затем процесс повторялся снова и снова. Он продолжался уже тысячу лет, и цель его была грандиозной. Где-то вдоль цепочки увеличивающие лучи вибратора намеренно сообщат крысе то, что они сделали случайно с Хедруком двадцать пять столетий назад. Крыса станет бессмертной и обеспечит ему бесценный объект для экспери- мента. Когда-нибудь, если ему повезет в поисках, все люди будут бессмертными. Карточка с данными крысы, которая чуть не убила его, оказа- лась в специальном отделении. Здесь было еще три карточки, но от- личительным свойством их данных было функционирование некоторых органов после смерти. Давным-давно он исследовал подобные случаи до изнеможения. Четвертая карточка взволновала его: прожила экви- валент в девяносто пять лет крыса, которая атаковала его! Неуди- вительно, что у нее было время вырваться. Она, должно быть, жила несколько часов как гигант. Он успокоил себя, потому что не мог заниматься этим делом сейчас. Крыса попадет не в дезынтегратор, а в специальное храни- лище, где она будет ждать его исследования в будущем. Прямо сей- час имелись другие дела, жизненно важные для существования чело- веческой расы, и он, который так упорно трудился ради будущего, никогда еще не позволял МОЖЕТ БЫТЬ мешать в решающие моменты СЕ- ГОДНЯ. Существовали дела, которые должны были быть сделаны прежде, чем Совет Оружейных Магазинов сможет полностью ликвидировать его положение и власть в Организации. Хедрук быстро надел один из своих "деловых" костюмов и всту- пил в передатчик. Он прибыл в одно из секретных помещений в Столице и увидел по своим часам, что прошло десять минут со времени его бегства из гостиницы "Королева Ганиэль". Он был достаточно уверен, что деся- тки тысяч членов Организации Оружейных Магазинов еще не уведомле- ны о том, что он теперь считается предателем. Хедрук уселся за пульт и вызвал Информационный Центр Оружей- ных Магазинов. - Говорит Хедрук, - сказал он, когда ответил оператор. - Найдите мне адрес Дерда Кершава. - Да, мистер Хедрук, - ответ был обычный и вежливый, без ма- лейшего признака, что его имя является теперь анафемой для Мага- зинов. После паузы он услышал знакомый щелчок на другом конце. Женский голос произнес: - У меня здесь дело мистера Кершава, сэр. Вы хотите, чтобы я послала его вам или прочитала для вас? - Поднимите его, - сказал Хедрук. - Я скопирую информацию, которая мне нужна. Лист из дела скользнул на экран. Он заметил внизу самый пос- ледний адрес Кершава: "1864, здание Треллиса". Остальная часть страницы была посвящена предыдущим адресам Кершава и сведениям о месте его рождения и родителях и начальном образовании, которое он получил. На правом нижнем углу страницы была отштампована золотая звезда. Это был знак награды Оружейных Магазинов, который указы- вал, что Дерд Кершав рассматривался учеными Организации, как один из двух или трех величайших людей в своей отрасли физики. - Все в порядке, - сказал Хедрук, - следующую страницу, по- жалуйста. Металлическая пластинка, во много раз тоньше, чем бумага ра- вного веса, исчезла и затем вновь появилась. Страница содержала историю жизни Кершава, начиная с того мо- мента, которым заканчивалась первая. Обучение в подростковом воз- расте, обучение в колледже, характер и оценки интеллекта, ранние достижения и, наконец, перечень научных открытий и изобретений. Хедрук не стал задерживаться, чтобы прочесть перечень откры- тий Кершава. Он мог узнать детали позднее. Он получил имя Кершава от Эдварда Гениша, А-человека, а это была удача, которая не долж- на быть теперь испорчена медленными действиями, потому что от этой случайной встречи он получил информацию, по поводу которой, как он предполагал, никто еще ничего не предпринимал. Правда, Ге- ниш не рассматривал свою догадку насчет Кершава и межзвездных пу- тешествий как полностью обоснованную, но его слова обеспечивали рабочую гипотезу. Соответственно, следующие часы или даже целый день Роберт Хедрук мог следовать ей без помехи со стороны Органи- зации. - Покажите последнюю страницу, - быстро сказал он. Страница показалась на экране. Взгляд Хедрука скользнул по перечню имен. Здесь находились имена людей, которые совсем недав- но использовали досье. Там было только два имени - Эдвард Гениш и пониже Дэн Нилан. Он смотрел на второе имя сузившимися глазами. Из-за того, что он был весь собран и возбужден, он заметил то, что он мог в обычное время упустить. За именем Гениша был отштам- пован крошечный символ. Он указывал, что А-человек использовал досье и вернул его в хранилище. После имени Нилана такого символа не было. Когда Нилан использовал это досье, и кто он? Девушка спокойно ответила на этот вопрос: - Мистер Нилан еще не закончил работу с ним, сэр. По вашему требованию мы переслали досье из его секции сюда. Одну минуту, пожалуйста. Я соединю вас с оператором. Она заговорила с кем-то, кого Хедрук не мог видеть, и он не уловил ее слов. Затем, после паузы, на экране появилось лицо дру- гой девушки. Она кивнула, когда поняла, что от нее хотят. - Мистер Нилан, - сказала она, - ждет в данный момент в Ору- жейном Магазине на Линвудской Авеню. Его первый запрос был по по- воду его брата, Гила Нилана, который, кажется, исчез около года назад. Когда мы рассказали ему, что последний адрес брата был тот же самый, что у Дерда Кершава, он запросил информацию о Кершаве. Мы как раз искали эти сведения, когда пришел ваш вызов с более высоким приоритетом. Хедрук спросил: - Тогда Нилан все еще ждет в магазине на Линвудской Авеню? - Да. - Задержите его там, - сказал Хедрук, - пока я не доберусь до магазина. Я не могу сейчас использовать передатчик, поэтому это займет пятнадцать минут. Девушка ответила: - Мы займем его на это время, дав ему нужные сведения. - Благодарю вас, - сказал Хедрук и отключил связь. С сожалением он быстро снял свой "деловой" костюм, хотя здесь не было выбора. Костюм, который действовал на том же энер- гетическом принципе, что и материалы, из которых был сделан Ору- жейный Магазин, был достаточно большим, чтобы вызвать энергетиче- ское возмущение в любой части Оружейного Магазина и быть повреж- денным ответной реакцией. Даже это не имело бы особого значения само по себе, но энергетические возмущения были опасны, когда происходили близко к коже. В Оружейные Магазины можно было вно- сить без болезненных эффектов только бластеры и кольцевые устрой- ства, но "деловой" костюм был слишком большим для этого. Был и другой аргумент не входить в костюме в Оружейные Магазины. Он вмонтировал в него устройства и изобретения, не известные Оружейникам. Возможность, что некоторые из его секретов могут быть обнаружены анализирующими детекторами, была сама по себе до- статочной причиной, чтобы оставить костюм в безопасном месте. Когда он приблизился к Линвудскому магазину, все было спо- койно. Его карплан был снабжен крайне чувствительными датчиками и если там был боевой корабль Оружейных Магазинов, парящий вне ви- димости в голубой дымке где-нибудь над городом, они обнаружили бы его. Это давало ему, по его расчетам, время около пяти минут, чтобы выйти из затруднительного положения, пока корабль разгоняе- тся и тормозится в атмосфере около поверхности Земли. Хедрук посадил свою машину за магазином и посмотрел на часы. Двадцать три минуты прошло с того момента, когда он отключил связь с Информационным Центром. А это означало, что минуло уже три четверти часа после его побега из комнаты совещаний Оружейни- ков. Предупреждение относительно него должно было уже распростра- ниться довольно широко через Организацию. Скоро наступит момент, когда будут также извещены и работники этого Оружейного Магазина. Это подгоняло его. Но, несмотря на потребность в быстрых действи- ях, Хедрук вышел из автомобиля без спешки и остановился, чтобы еще раз осмотреть магазин. Над ним сияли обычные слова: ЛУЧШЕЕ ОРУЖИЕ Право купить оружие - это право быть свободным Подобно другим таким же вывескам, она, казалось, поворачива- лась к нему, когда он шел к двери. Такая вывеска была обычным яв- лением на больших улицах, и хотя пять сотен таких вывесок могли составить настолько головокружительное зрелище, что люди перевоз- буждались светом, это было приятное ощущение и без опасных побоч- ных эффектов. Имелись пилюли, которые могли быстро нормализовать зрительные центры. Магазин стоял в окружении зеленой и цветущей растительности. Это придавало ему спокойный и идиллический характер. Все казалось нормальным, как раньше. Вывеска на окне была той же самой, что всегда. Буквы были меньше, чем на главной вывеске, но слова были такими же самоуверенными: Самое лучшее энергетичес- кое оружие во всей извес- тной части вселенной Хедрук знал, что это была правда. Он взглянул на сверкающее великолепие револьверов и ружей и на мгновение содрогнулся, осоз- нав, что прошло более ста лет с тех пор, как он в последний раз посетил Оружейный Магазин. Это само по себе делало момент более интересным для него. Он мельком подумал, что за удивительная ор- ганизация эти Оружейники и их магазины в десятках тысяч городов и селений обширной Империи Ишер, независимых, вне закона, неуничто- жимых, альтруистическая оппозиция тирании. Иногда трудно было по- верить, что каждый Оружейный Магазин является неприступной крепо- стью, что доказывали кровавые попытки, предпринятые правительст- вом Ишера давно в прошлом, чтобы сокрушить Организацию. Хедрук быстро подошел к двери. Она не открылась, когда он потянул за нее. Он уставился на дверь в испуге. Затем он понял, в чем дело. Чувствительная дверь заклеймила его потому, что на по- верхности его ума было так много мыслей о действиях, предпринятых против него Советом Оружейных Магазинов. Дверь управлялась мыслью, и ни один враг Магазинов, ни один слуга Империи никогда не будет впущен. Он закрыл глаза и заставил себя расслабиться, чтобы все нап- ряжение мысли о последнем часе ушли из него. Немного спустя он снова попытался открыть дверь. Она мягко открылась, как цветок, расправляющий свои лепест- ки, только побыстрее. Она казалась невесомой под его пальцами, подобно некоей сверхъестественно утонченной нематериальной конст- рукции, и когда он проходил, она двигалась за его пятками, не ка- саясь их, и беззвучно замкнулась позади него, как ночь в космосе. Хедрук энергично прошел через короткую нишу в большую комна- ту.

Глава 5

Внутри было тихо, ни звука не доносилось из деловитого днев- ного мира, из которого он пришел. Его глаза быстро привыкли к мя- гкому свету, отраженному от стен и потолка. Он быстро огляделся, и первым впечатлением было, что никого здесь нет. Это обеспокоило его, так как, казалось, указывало на то, что они не смогли задер- жать Нилана. Могло даже быть, что пришло ожидаемое предупреждение, что это была ловушка. Хедрук вздохнул и расслабился. Если это была ловушка, его шансы выбраться зависели от того, сколькими людьми они готовы были пожертвовать; они должны знать, что он будет бо- роться, чтобы избежать пленения. С другой стороны, если здесь не было ловушки, тогда нечего было зря беспокоиться. Он решил не беспокоиться, хотя бы временно, и с удивлением стал рассматривать выставочные стенды, которые стояли у стены. Хедрук подошел к одному из них около двери и всмотрелся в четыре ружья, которые были установлены внутри него. Их вид приятно взво- лновал его. Он много сделал для развития этого сложнейшего энер- гетического оружия. Некоторые виды оружия все еще носили старые имена. Их называли "револьверами" или "ружьями", но на этом сход- ство кончалось. Эти "ружья" не стреляли пулями, они излучали эне- ргию в различных формах и количествах. Некоторые из них могли убивать или разрушать на расстоянии в тысячу миль, если было нуж- но, и все же они контролировались теми же самыми чувствительными элементами, что и дверь Оружейного Магазина. Так же, как дверь отказывалась открыться для него только что, для полицейских, императорских солдат или людей, недружелюб- ных к Магазинам, так и эти "ружья" были сконструированы, чтобы стрелять только при самозащите и против определенных животных во время разрешенного сезона. Они также имели другие специальные устройства, в частности, для ускорения действий и для безопасности. Хедрук обошел стенд и увидел высокого мужчину, сидящего в кресле, почти незаметного за другими стендами. Он предположил, что это Нилан, но прежде, чем он успел подойти и представиться, его прервали. Открылась задняя дверь комнаты и появился пожилой грузный мужчина. Он подошел с извиняющейся улыбкой на лице. - Я прошу вашего прощения, мистер Хедрук, - сказал он. - Я заметил, что открылась наружная дверь, и догадался, что это вы. Но я производил механическую операцию, которую нельзя было бро- сить. С ним все еще обращались, как с важным лицом в Организации. Хедрук пристально взглянул на мужчину и решил, что ему еще не со- общили о лишении Роберта Хедрука всех привилегий Оружейных Мага- зинов. Управляющий магазином повысил свой голос: - Мистер Нилан, это джентльмен, о котором я говорил вам. Незнакомец встал, когда Хедрук и управляющий подошли к нему. - Мистер Нилан, я хочу, чтобы вы поговорили с Робертом Хед- руком, должностным лицом Оружейных Магазинов. Пока они пожимали друг другу руки, Хедрук чувствовал на себе испытующие взгляды твердых черных глаз. Лицо Нилана было сильно загоревшим, и Хедрук догадался, что он прибыл с планеты или астероида, где было мало защиты от прямых солнечных лучей. Он начал жалеть, что не потратил времени на то, чтобы узнать немного больше о Дэне Нилане и его пропавшем брате. Это было упу- щено из виду, и теперь важнейшей задачей было увести Нилана из магазина куда-нибудь, где они могли разговаривать в безопасности. Прежде, чем он заговорил, управляющий сказал: - Для вашего сведения, мистер Хедрук, мы организовали пере- дачу почты мистера Нилана с его марсианского почтового адреса. У вас будет достаточно времени, чтобы поговорить с ним. Хедрук не стал спорить. Слова прозвучали с роковым лязгань- ем. Но то, что произошло, было достаточно естественно. Женщина из Информационного Центра нашла простое решение проблемы, как задер- жать Нилана в магазине. Они предложили передать его почту с Марса с помощью передатчика Оружейных Магазинов. Они организовали небольшую задержку и добились своей цели. Возможно, что Нилана удалось бы выманить из магазина на короткое время. Но губы Нилана были упрямо поджаты, глаза немного сужены, как у человека, привыкшего быть настороже. Хедрук знал эту породу людей и считал неразумным давить на них. Предложение покинуть ма- газин могло подождать, но все же нужно было спешить. Он повернул- ся к управляющему. - Мы обсудим очень важные вопросы, поэтому я надеюсь, вы не сочтете меня невежливым, если я немедленно начну разговор с мис- тером Ниланом? Пожилой мужчина улыбнулся. - Я оставлю вас одних, - сказал он и ушел в заднюю комнату. В ближайшем углу стояло еще одно кресло. Хедрук подтащил его, пригласил Нилана сесть и уселся сам. Он начал немедленно: - Я собираюсь быть очень искренним с вами, мистер Нилан. У Оружейных Магазинов есть причина верить, что Дерд Кершав и ваш брат изобрели межзвездный двигатель. Есть доказательства, что Им- ператрица будет против раскрытия секрета такого изобретения. И, соответственно, Кершав и ваш брат находятся в серьезной опасности быть убитыми или заключенными в тюрьму. Поэтому жизненно важно найти, где они построили этот двигатель и что случилось с ними. - Он спокойно закончил: - Я надеюсь, что вы сможете рассказать мне, что вы знаете об этом деле. Нилан покачал головой. Его улыбка была ироничной, почти зло- вещей. - Моему брату не грозит опасность быть убитым, - сказал он. - Тогда вы знаете, где он? - облегченно спросил Хедрук. Нилан поколебался. Когда он наконец заговорил, Хедрук почув- ствовал, что слова были не теми, которые он намеревался произнес- ти сначала. - Что вы хотите от меня? - Ну, хотя бы, кто вы? Напряженное лицо немного расслабилось. - Мое имя - Даниэль Нилан. Я брат-близнец Гилберта Нилана. Мы родились в Лэйскайлде... Вы это имеете в виду? Хедрук улыбнулся дружеской улыбкой. - Продолжение этого. На вашем лице есть черты, которые ука- зывают, что с тех пор много чего произошло. - Прямо сейчас, - сказал Нилан, - меня можно назвать метео- ритным шахтером. Последние десять лет я был далеко от Земли. Бо- льшую часть этого времени я провел как азартный игрок на Марсе, но два года назад я выиграл метеорит у подвыпившего парня по име- ни Карью. Я из жалости отдал ему половину и мы стали партнерами. Метеорит имеет три мили в диаметре и практически представляет со- бой глыбу бериллия. На бумаге он стоит биллионы кредитов, но по- надобилась еще пара лет разработок, прежде чем он стал окупаться. Около года назад у меня была очень веская причина думать, что что-то случится с моим братом. Он замолчал. На его лице было странное выражение. Наконец он сказал: - Вы когда-нибудь слышали об экспериментах, проводимых Инс- титутом Евгеники? - Да, конечно, - ответил Хедрук, начаная догадываться. - Ка- кая-то выдающаяся работа была проделана, в частности, с близнеца- ми. Нилан кивнул. - Тогда будет легче рассказывать вам, что случилось. Он снова замолчал, затем медленно продолжал. Ученые взяли их в возрасте пяти лет. Даниэля и Гилберта Ни- ланов, идентичных близнецов, уже чувствительных друг к другу, и усилили их чувствительность до такой степени, что она представля- ла собой тесный взаимный поток жизненной энергии, мир двойного ощущения. Взаимосвязь настолько возрастала на близком расстоянии, что мысли передавались между ними с четкостью электронного потока в переговорном устройстве. Эти ранние годы были чистой радостью близкой связи. А затем, в возрасте двенадцати лет, началась попытка сделать их различными без нарушения нервной коммуникации. Подобно ребенку, брошенному в глубокий омут, чтобы утонуть или вынырнуть, он был подвергнут по- лному удару цивилизации Ишер, в то время как Гил был заботливо отгорожен от внешнего мира. После этих лет их умственная связь изменилась. Мысли, все еще могущие передаваться друг от друга, могли быть оставлены при себе. У Нилана развилось удивительно си- льное чувство старшего брата по отношению к Гилу, тогда как Гил... Мужчина замолчал, взглянул на Хедрука, затем продолжал: - Я догадался о другом пути, которым взрослел Гил, по тому, как он реагировал на мои отношения с женщинами. Это шокировало его, и я начал понимать, что у нас возникла проблема. Он пожал плечами. - Никогда не возникало вопроса, кто из нас должен покинуть Землю. В тот день, когда контракт с Институтом Евгеники закончил- ся, я купил билет на Марс. Я отправился туда в надежде, что Гил получит свой шанс на жизнь, только, - закончил он мрачным голо- сом, - это обернулось смертью. - Смертью? - спросил Хедрук. - Смертью. - Когда? - Год назад. Именно это привело меня на Землю. Я был на ме- теорите, когда почувствовал, что он умер. Хедрук сказал: - Вам понадобилось много времени, чтобы добраться сюда. Замечание прозвучало слишком резко, поэтому он быстро доба- вил: - Поймите, пожалуйста, я только пытаюсь представить ясную картину. Нилан нехотя ответил: - Мы были на дальней стороне от Солнца, и скорость метеорита почти сравнялась со скоростью Земли. Он только недавно зашел в положение, откуда мы могли рассчитать примерную орбиту для нашего грузовоза простого типа. Неделю назад Карью посадил меня на одном из дешевых северных космопортов. Он тотчас отбыл, но должен вер- нуться за мной примерно через шесть месяцев. Хедрук кивнул. Ответ был удовлетворительный. - Но что именно вы почувствовали, когда ваш брат умер? - спросил он. Нилан пошевелился в своем кресле. Это была боль, объяснил он угрюмо. Гил умер в агонии, внезапно, не ожидая этого. Сильное страдание пересекло бездну между Землей и метеоритом и скрутило его нервы. Через мгновение наступил конец тому нервному давлению, которое поддерживало даже на таком расстоянии узы между им и его братом. Он закончил: - Я не чувствовал ни малейшего ощущения с тех пор. В последовавшем молчании Хедрук вспомнил, что его время очень ограничено. Минуты необходимости сосредоточиться на словах Нилана изгнали напряжение срочности из его мозга. Теперь это нап- ряжение восстановилось. Время уходит! Нужно уходить сейчас же! Ясно сознавая, что такое Оружейный Магазин, он не смел игно- рировать импульс тревоги. И все же он откинулся в кресле и заду- мался, глядя на человека перед собой. Уходя, он хотел бы забрать с собой Нилана, а это означало, что процесс должен быть аккурат- ным. Он проделал мысленные выкладки и медленно покачал головой. - Я не вполне представляю это дело в состоянии кризиса почти год назад. Черные глаза Нилана внезапно потеряли блеск, как потускнев- ший металл. - Я заметил, что смерть одного человека редко вызывает кри- зис, - сухим голосом сказал он. - Мне неприятно говорить это в связи с моим собственным братом, но это правда. - И все же, - сказал Хедрук, - что-то произошло, потому что Кершав тоже исчез. Он не ждал ответа, а встал на ноги и подошел к контрольному пульту, который помешался на стене слева от него. Все эти минуты он ясно осознавал, что солдаты Оружейных Магазинов могут хлынуть через передатчик, который был здесь. Он не мог допустить этого, пока не организует свой уход. Хедрук встал ближе к пульту с его мигающими огоньками. Он хотел быть уверенным, что Нилан не сможет увидеть, что он делает. Он быстро включил одно из своих колец и прожег игольной величины отверстие в сложных цепях передатчика. Мгновенно крошечный огонек с края панели угас. Хедрук отвернулся от пульта более облегченно, но он так же стремился к своей цели, как и раньше. Он защищал свой фланг, ни- чего более. В Магазине был еще один передатчик, и он знал, что люди могут пройти через него в любой момент. А другие люди могут приблизиться в бронированном боевом корабле, чтобы отрезать его от карплана. Риск возрастал с каждым мгновением. Он подошел к Нилану и сказал: - У меня есть адрес вашего брата, который я хотел бы прове- рить прямо сейчас. И я хочу, чтобы вы пошли вместе со мной. - Он продолжал убедительно: - Я уверяю вас, что скорость очень важна. Вы можете рассказать остальное по дороге, а я могу завезти вас сюда потом, чтобы забрать вашу почту. Нилан встал. - Фактически осталось немного добавить, - сказал он. - Когда я прибыл в Столицу, я узнал старый адрес брата и... - Постойте, - сказал Хедрук. Он подошел к двери, которая вела в другую комнату, постучал по ней и окликнул: - Я беру мистера Нилана с собой, но он вернется за своей по- чтой. Благодарю вас за помощь. Он не стал ждать ответа, а повернулся к Нилану. - Идемте, - энергично сказал он. Нилан направился к выходу, говоря по дороге: - Я обнаружил, что мой брат нанимал фальшивую квартиру для целей регистрации. Когда они выходили из двери, Хедрук сказал: - Вы имеете в виду, что он не жил по своему зарегистрирован- ному адресу? - Хозяйка рассказала мне, - сказал Нилан, - что он не только не жил там, но разрешил ей сдавать комнату. Он проводил там один вечер в месяц, как требуется по закону, и поэтому ее совесть была спокойна. Они шли к карплану... Хедрук знал, что Нилан продолжает го- ворить, но не слушал его. Все его внимание было приковано к небу. По нему скользили карпланы, но не было длинного темного силуэта торпедоподобной конструкции, мчащегося на крыльях атомной энер- гии... Он открыл дверь своей маленькой машины для Нилана и полез после него сам. Мгновением позже он погрузился в кресло водителя и отсюда отметил, что вокруг Магазина не было никакого движения. Пока карплан поднимался в воздух, Хедрук увидел, что Нилан изучает управление. В его действиях была уверенность, которая го- ворила о его опытности больше, чем слова. Нилан уловил его взгляд и сказал: - Я вижу здесь пару новых вещей. Что это за приспособление? - Он показал на детекторную схему. Это устройство было секретом Оружейных Магазинов, тем не ме- нее оно не было особенно важным, поэтому Хедрук рискнул устано- вить его в машину, которая, вполне возможно, могла попасть в руки людей, враждебных к Магазинам. Императорское правительство имело подобное устройство, но немного другой конструкции. Хедрук ответил на вопрос Нилана встречным вопросом: - Я вижу, вы знакомы с техникой. - Я специалист по атомной технике, - сказал Нилан и добавил с небольшой усмешкой: - Институт Евгеники хорошо обращается со своими подопечными. До этого времени Хедрук считал Нилана военным из-за информа- ции, которую он мог иметь. На него произвел впечатление стойкий характер этого человека, но за свою долгую карьеру он встречал так много крепких и способных людей, что само по себе это качест- во не представляло для него особого интереса. А вот степень спе- циалиста по атомной технике изменила его отношение. Человек, ко- торый знал атомную энергетику во всем объеме, даваемом большим университетом, практически устанавливал свою собственную цену, когда приходил в промышленность. А если они когда-либо найдут ме- жзвездный двигатель, этот человек будет неоценим. Поэтому, решив, что Ниланом стоит заняться, Хедрук начал тотчас же. Он вытащил из своего кармана лист бумаги, на котором был написан последний ад- рес Кершава. Он протянул его Нилану с замечанием: "Вот куда мы направляемся". Нилан взял бумагу и громко прочитал: - Комната 1874, здание Треллиса... Великий бог! - В чем дело? - Я был там три раза, - сказал Нилан. - Я нашел адрес в че- модане брата, который находился в зарегистрированной комнате. Хедрук почувствовал, что его поиск зашел в тупик. Тем не ме- нее, его ответ безошибочно проник в глубину слов собеседника. - Три раза? - спросил он. - Эта комната была все время заперта, - сказал Нилан, - ког- да я приходил туда. Управляющий домом сообщил, что плата за нее получена на десять лет вперед, но что он никого не видел там со времени подписания контракта. Это было три года назад. - Так что вы не входили туда? - Нет, он не позволил мне, и у меня не было желания угодить в тюрьму. Кроме того, не думаю, чтобы я смог войти. Замок имел защиту. Хедрук задумчиво кивнул. У него не было намерения позволить какому-то замку остановить его. Но он мог оценить препятствие, какое представляло подобное устройство даже самому решительному человеку, у которого не было его приспособлений. В его голове бы- ла еще одна мысль. Где-то по пути он должен был попасть в одно из своих помещений и надеть "деловой" костюм. Было крайне важно за- щитить себя, хотя он не смел замедлять свои продвижения. Даже де- сять минут преимущества во времени в конечном итоге могли оказа- ться решающими. Нужно было идти на риск. Они прилетели в район, где на стоэтажном здании вспыхнула вывеска: "Дом Треллиса". Хедрук посадил карплан на крышу здания, и они оба спустились в лифте до восемнадцатого этажа. Хедруку понадобился только один взгляд на двери комнаты 1874, чтобы понять, что она действительно была хорошо защищена. Дверь и ее рама были изготовлены из аллюминиевого сплава стальной прочности. На замке была надпись, которая гласила: "При вскрытии этого замка включается сигнал тревоги у управляющего домом, на местном полицейском участке и на всех проходящих патрульных маши- нах". Оружейные Магазины разработали дюжину устройств, чтобы пере- хитрить подобные электронные механизмы. Самое лучшее из них было одновременно самым простым. Оно было основано на удивительном свойстве материи и энергии. Если цепь разрывалась - или замыка- лась - достаточно быстро - требуемая скорость была больше скорос- ти света - ток в ней в первом случае продолжал бы течь, как если бы в цепи не было разрыва, а во втором он возник бы между отда- ленными точками пространства, как если бы между ними не было рас- стояния. Этот феномен не был незначительным научным фактом. На нем был основан сложнейший передатчик материи, который сделал во- зможным существование Оружейных Магазинов. Хедрук отодвинул Нилана назад и подошел ближе к двери. На этот раз он использовал другое кольцо. И жар оранжевого пламени осветил несколько футов от точки контакта. Когда свет угас, он толкнул дверь. Она открылась со слабым скрипом давно не использу- емых петель. Хедрук перешагнул через порог в комнату двадцати фу- тов длиной и десяти шириной. В конце ее находился стол, несколько стульев и небольшое бюро. В углу позади стола был пульт связи с пустым и безжизненным экраном. Комната была настолько пустая, настолько нежилая и неисполь- зуемая, что Хедрук прошел немного вперед и остановился. Непроиз- вольно он взглянул назад, на Нилана. Игрок задумчиво изучал за- мок, наклонившись к нему. Он посмотрел на Хедрука и удивленно по- качал головой. - Как вы это сделали? Хедруку понадобилось напряжение ума, чтобы понять, что Нилан говорит о способе, которым он открыл дверь. Он улыбнулся, затем ответил: - Извините, но это секрет. - Потом добавил быстро: - Лучше войдите внутрь. Мы можем привлечь чье-нибудь внимание. Нилан с готовностью выпрямился, прошел в комнату и закрыл за собой дверь. Хедрук сказал: - Вы возьмите на себя стол, а я проверю бюро. Чем мы быстрее сделаем это, тем лучше. Его собственная работа была окончена менее чем за минуту. Бюро было пусто. Он задвинул последний ящик и подошел к столу. Нилан заглядывал в нижний ящик, и Хедрук сразу увидел, что он также пуст. Нилан вернул ящик на место и встал. - Все, - сказал он. - Что теперь? Хедрук не сразу ответил. Что-то все-таки можно было сделать. Возможно, новые нити обнаружились бы в условиях договора о найме комнаты. Можно было проверить компании, обслуживающие пульты свя- зи. Какие выводы можно было сделать из содержимого этой комнаты? Будь время, он смог бы, вероятно, восстановить очень солидный след. В этом было все дело. Времени у него не было. Он и так удив- лялся, стоя здесь, что Оружейники не поймали его до сих пор. В дни, когда он был начальником Координационного Департамента, он имел бы данные о Кершаве через несколько минут после первого сиг- нала. Казалось невероятным, что его преемник, способный, получив- ший интуиционистскую подготовку, Джон Хейл не действовал так же успешно. В чем бы ни заключалась задержка, она, вероятно, не про- длится долго. Чем скорее он уйдет, тем лучше. Он повернулся и пошел было к двери, но остановился. Если он уйдет сейчас, то куда пойдет? Медленно он осмотрел комнату снова. Возможно, его поиски не были достаточно тщательными. Возможно, в волнении он просмотрел что-нибудь очевидное. Он должен останови- ться и найти это. Сперва ничего не было. Пока его взгляд двигался от окна за столом, он отвергал каждый предмет по очереди: стол с пустыми ящиками, сама комната, пустая, за исключением минимума мебели и пульта связи. Он остановился. "Пульт связи, - сказал он громко. - Ну конечно!" Он шагнул было к нему, затем остановился, увидев глаза Нила- на, вопросительно смотрящие на него. - Быстро, - сказал он. - Встаньте к стене. - Он показал на место позади пульта связи. - Я не думаю, что он должен видеть вас. - Кто? - спросил Нилан. Но должно быть он понял, так как пошел к указанному месту. Хедрук включил пульт. Он был рассержен на себя, что не сде- лал проверку сразу. Он прожил годы в секретном мире Оружейных Ма- газинов, среди пультов связи, соединенных в определенном порядке, пультов, которые не имели номерного диска. И, следовательно, его замедленное осознание возможностей этого пульта связи было почти самоубийственно. Прошла минута, но экран оставался пустым. Две минуты - что это за звук? Он не был уверен, но, казалось, что он доносится из динамика, приглушенное движение, как будто - так и есть - шаги! Они вдруг стихли, наступила тишина. Хедрук попытался представить человека, смотрящего неопределенно на экран, не решаясь ответить. Прошла третья минута. Чувство поражения начало давить на него, так как проходили бесценные минуты. В конце пятой минуты хриплый мужской голос сказал: - Да, в чем дело? Трепет возбуждения пробежал по телу Хедрука. У него была приготовлена история, но прежде чем он смог начать, голос загово- рил снова, более резко: - Вы не по объявлению? Они сказали мне, что оно не появится до завтра. Почему они не позвонили мне и не сказали, что они сде- лали его сегодня? Голос звучал рассержено и не стал дожидаться ответа. - Вы атомный инженер? - спросил он. - Да, - ответил Хедрук. Собеседник так быстро пришел к неправильному заключению, что это позволило легко изменить историю, которую он сочинил. У него было намерение выдать себя за Дэна Нилана и объяснить, что он на- шел адрес этой комнаты в личных вещах брата. Он хотел показать себя не столько расстроенным смертью брата, сколько заинтересо- ванным в его наследстве. Он подождал, но на этот раз недолго. - Вы, должно быть, - сказал голос из пульта связи, - удивля- етесь такому странному методу найма на работу? Хедрук почувствовал смутное чувство сожаления к этому чело- веку. Тот был так уверен в необычности своих действий, что прини- мал как само собой разумеющееся, что любой другой будет так же воспринимать их. Лучший метод иметь дело с таким предположением - это подыгрывать ему. - Я удивился, - сказал он, - но решил попробовать. Мужчина засмеялся, не очень приятно. - Рад слышать это. У меня есть здесь работа, которая займет около двух месяцев, и я буду платить вам восемьсот кредитов в не- делю и не буду задавать никаких вопросов. Согласны? Хедрук думал, все более и более удивляясь. Наступил момент, когда осторожность показалась бы уместной. Он медленно сказал: - Что вы хотите, чтобы я делал? - Только то, что сказано в объявлении. Чинить атомные мото- ры. Ну, - властно добавил он, - что вы скажете? Хедрук задал самый важный вопрос: - Куда мне явиться? Наступило молчание. - Не так быстро, - наконец донесся ответ. - Я не собираюсь сообщать вам много информации, чтобы затем вы отказались от рабо- ты. Вы понимаете, что я плачу вдвое больше обычного? Вы заинтере- сованы? - Как раз такую работу я и ищу, - сказал Хедрук. Голос произнес: - Пять кварталов к северу вдоль улицы 131. Затем около девя- ти кварталов на восток к дому 1997, Авеню 232. Центр. Это высокое узкое серое здание. Вы не пропустите его. Позвоните и ждите отве- та. Поняли? Хедрук быстро записал драгоценный адрес. - Понял, - сказал он наконец. - Когда мне идти? - Прямо сейчас. - В голосе появилась угроза. - Поймите меня, я не хочу, чтобы вы ходили куда-то еще. Если вы хотите эту рабо- ту, вы доберетесь общественным карпланом, а я знаю, сколько это займет времени, поэтому не пытайтесь обмануть меня. Я жду вас здесь через десять минут. Хедрук подумал: "Боже мой, я никогда не попаду назад в свою лабораторию". И громко сказал: - Я приеду. Он подождал. Экран оставался пустым. Очевидно, собеседник не интересовался, как он выглядит. Вдруг раздался щелчок, и он по- нял, что связь отключена. Разговор закончился. Он быстро использовал одно из своих колец, чтобы быть уве- ренным, что пультом больше никто не воспользуется, и повернулся к Нилану, который вышел из-за пульта. Он улыбался, стройный мужчи- на, почти такой же высокий и стройный, как сам Хедрук. - Хорошая работа, - сказал он. - Это было чисто сделано. Ка- кой он назвал адрес? Хедрук сказал: - Идемте отсюда. Его мозг быстро работал, пока они торопливо шли к лифту. Он размышлял, что ему делать с Ниланом. Это был ценный человек, и он мог оказаться чудесным союзником для такого одиночки, как он. Но еще слишком рано доверять ему. Кроме того, не было времени сочи- нять подробную историю, которая нужна, чтобы получить поддержку Нилана. Когда подъемник вез их к крыше, Хедрук сказал: - Я думаю, что вам нужно вернуться назад в Линвудский мага- зин и забрать вашу почту, в то время как я пойду и посмотрю на неприятную личность, с которой я разговаривал. Потом снимите ком- нату в гостинице "Ишер" - я позвоню вам туда. Таким образом, мы поделим работу. На уме у него было больше, чем он сказал. Чем быстрее Нилан вернется в оружейный магазин, тем больше вероятность, что он бу- дет там прежде, чем преследователи Хедрука. И если он будет ждать в гостинице, а не в своей комнате, его будет трудней обнаружить там. То, что он не запомнил адрес, который назвал голос, ставило его в меньшую опасность. Нилан ответил: - Вы можете высадить меня на первой остановке общественного карплана. Но как насчет адреса? - Я напишу его вам, как только мы сядем в мою машину, - ска- зал Хедрук. Они были уже на крыше, и он на мгновение почувствовал ужас- ное напряжение, когда несколько карпланов повернуло и село на крышу. Но мужчины и женщины, которые выбрались из них, не обрати- ли никакого внимания на двух человек, направляющихся к карплану у края площадки. Когда они были уже в воздухе, Хедрук заметил мига- ющий знак остановки общественного карплана. Он направился к ней и одновременно вытащил листок бумаги, на котором было написано "97 улица, 131". Моментом позже они были на тротуаре. Он сложил листок бумаги и отдал его Нилану, когда они выбрались из машины. Они пожали друг другу руки. - Счастливо, - сказал Нилан. - Не возвращайтесь в комнату брата, - сказал Хедрук. Он закрыл дверь и направил машину вверх. На экране заднего обзора он видел Нилана, садящегося в общественный карплан. Невоз- можно было понять, догадался ли он, что ему дали неправильный ад- рес. Конечно, эксперты Оружейных Магазинов могли использовать ас- социативную технику, чтобы извлечь из него правильный адрес. Он, несомненно, помнит его на каком-то уровне подсознания. Но нужно будет время, чтобы уговорить его сотрудничать, и время, чтобы до- биться нужных ассоциаций. У Хедрука фактически не было возраже- ний, чтобы Магазины получили эту информацию. Пока он медленно на- правлял машину по адресу, данному ему голосом, он написал длинную записку с настоящим адресом в ней. Эту записку он поместил в кон- верт и написал: "Питеру Кадрону, Метеоритная Корпорация, гостини- ца "Ганиэль". Передать дневной почтой 6-го. Это будет завтра. При нормальных обстоятельствах он бы работал вместе с Мага- зинами. Их цели были в основном такими же, как и у него, но, к несчастью, целый Совет позволил себе испугаться одного человека, его самого. Они допустили, чтобы эмоции помешали их эффективнос- ти. Сама их медлительность в деле Кершава доказывала это. У Хед- рука не было сомнений по поводу того, что он делает. Во время кризиса он доверял только себе. Другие люди были умелыми и храб- рыми, но у них не было его огромного опыта и его готовности к бе- сконечному риску. Возможно, что он был единственным, кто по-настоящему верил, что назревает большой кризис правления Иннельды Ишер. В конечном итоге несколько минут могут составить все различие между успехом и неудачей. И никто лучше его не мог использовать эти минуты. Его машина пересекла 232 Авеню. Хедрук быстро подошел к бли- жайшему углу и опустил свое письмо, затем, удовлетворенный, нап- равился к своей цели. Прошло, как он заметил по своим часам, ровно одиннадцать ми- нут со времени разговора с будущим нанимателем. Не слишком долго. Вот это здание! Хедрук смотрел на него, нахмурившись. У него были неестественные пропорции, слишком большая длина для такой ширины. Подобно огромной серой тупой игле, оно втыкалось в небо на триста-четыреста футов - удивительно зловещее сооружение. Сна- ружи не было никаких признаков того, что происходит внутри. Прос- то единственная непримечательная дверь, которая входила на улицу. Когда он звонил в дверной звонок, он попытался представить себе Гилберта Нилана, шагающего в день его смерти по этой улице, под- ходящего к двери и исчезающего навечно. Он все еще думал об этом, когда уже знакомый хриплый голос из скрытого динамика над дверью произнес: - Вы прибыли вовремя. Хедрук спокойно ответил: - Я пришел прямо сюда. Наступило короткое молчание. Хедрук представил мужчину, при- кидывающего в уме расстояние от дома Треллиса. Должно быть, резу- льтат оказался удовлетворительным, так как он заговорил снова: - Подождите минуту. Дверь начала открываться. Хедрук увидел широкий высокий про- ход, насколько высокий, он не мог видеть с того места, где он стоял. Он забыл об этом, когда увидел, что перед ним еще одна то- лстая частично открытая дверь, сделанная из темного крапчатого металла. Вся внутренняя стена, в которой находилась эта дверь, была изготовлена из того же самого металла. Хедрук прошел через наружную дверь и остановился, когда понял, в чем дело. Вся внут- ренняя стена состояла из фуршинга, структурного стального сплава, который использовался исключительно для сверхпрочных корпусов ко- смических кораблей. Странное здание было ангаром для космического корабля. И в нем был корабль. Корабль Кершава! Это была догадка, но обстановка требовала, чтобы он действовал с такой скоростью, как если бы все его догад- ки и предположения были реальностью. Дополнительные мысли мельк- нули у него в голове. Гил Нилан, брат Дэна, умер не на Земле, а в полете через космос. Это, казалось, должно было означать, что ме- жзвездный двигатель испытывается уже целый год. Но тогда почему люди с корабля действовали таким образом? Наверняка, Кершав, изо- бретатель, не стал бы трусливо прятаться внутри, потому что он боится Императрицы или потому что кто-то погиб во время экспери- мента. Он бы знал, что может получить помощь от Оружейных Магази- нов. Всем выдающимся ученым было сообщенно по секрету, что Мага- зины открыты для них. Иногда даже "закрытая" информация передава- лась определенным, достойным доверия людям. У Хедрука возникла мрачная догадка, что Кершав также мертв. Его мысли повернулись теперь к решительному действию. Должен ли он попытаться войти внутрь, пока есть возможность? Или удалиться за драгоценным "деловым" костюмом? Ответ на эти вопросы следовал сам собой. Если он уйдет сей- час, он возбудит подозрение человека, с которым разговаривал. Ес- ли он останется и захватит корабль, проблема двигателя будет ре- шена. - В чем дело? - раздался хриплый голос в тот момент, когда он достиг этой точки своих мыслей. - Чего вы ждете? Дверь откры- та. Итак, он уже подозревает. Но в его голосе было также и воз- буждение. Этот человек, кто бы он ни был, определенно очень хочет иметь атомного инженера на корабле. Это частично дает Хедруку ко- нтроль над ним и дает возможность ответить правдоподобно: - Я только что обнаружил, что это космический корабль. Я не хочу покидать Землю. - О! - Наступила тишина. Затем голос сказал торопливо: - Минутку, я сейчас выйду. Я докажу вам, что все в порядке. Корабль не может лететь, пока его двигатели не отремонтированы. Хедрук ждал. У него была мысль, что для доказательства будет использован бластер. Вопрос был, насколько мощный. Не то, чтобы была какая-то разница: он собирался продолжать, даже если вначале у него не будет преимущества. Рано или поздно его кольцевое ору- жие предоставит ему нужную возможность. Внутренная дверь, которая была частично открыта, широко рас- пахнулась. Открылась третья дверь, и за ней, плывя в воздухе, оказался подвижный энергетический излучатель, смонтированный на антигравитационной платформе. Утолщенное дуло излучателя было на- правлено на Хедрука. Из динамика раздался напряженный твердый го- лос: - У вас, вероятно, есть оружие. Я надеюсь, что вы поняли его бесполезность против девяностотысячного зарядного орудия. Выкинь- те ваш револьвер через дверь. Хедрук, у которого не было обычного оружия, сказал: - Я не вооружен. - Распахните свою одежду. Хедрук сделал это. Наступило молчание, затем: - Все в порядке, входите. Хедрук без слов прошел через обе внутренние двери, каждая из которых по очереди лязгнула позади него с безжалостной окончате- льностью.

Глава 6

Как только Хедрук подошел, орудие отодвинулось в сторону, и в нем возник вихрь быстро сменяющихся впечатлний. Он увидел, что находится в контрольном помещении космического корабля, и это бы- ло неожиданным. Контрольное помещение находилось обычно в центре корабля. Это означало, что ангар простирается на четыреста футов под землю, столько же, сколько вверх. Это был восьмисотфутовый космический корабль, настоящее чудовище. - Ну, - голос врезался в его мысли. - Что вы думаете об этом? Медленно Хедрук повернулся к своему захватчику. Он увидел бледнолицую личность около тридцати пяти лет. Мужчина передвинул подвижной бластер выше к потолку, сам он стоял за прозрачным эне- ргетическим экраном. Он рассматривал Хедрука большими коричневыми подозрительными глазами. Хедрук сказал: - Я вижу, что здесь происходит что-то чертовски забавное. Но мне нужны деньги, поэтому я берусь за эту работу. Что вы скажете? Он попал на правильную ноту. Мужчина явно почувствовал обле- гчение. Он слабо улыбнулся и, наконец, произнес с попыткой друже- любия, которое не совсем у него получилось. - Теперь поговорим. Я думал, что вы не собираетесь входить. Хедрук ответил: - Космический корабль, помещенный здесь, в центре города, ошеломил меня. Это был пункт, как ему казалось, на который он должен был настойчиво указывать. Факт, что все это было для него странным и новым, должен был подчеркнуть, что у него не было предварительно- го знания о существовании космического корабля. Он продолжал: - Пока мы понимаем друг друга, я думаю, мы сможем сотрудни- чать. Восемьсот кредитов в неделю, не так ли? Мужчина кивнул. - И чтобы было ясно, - сказал он, - я не оставлю вам шанса сбежать отсюда раньше времени. - Что вы имеете в виду? - спросил Хедрук. Мужчина саркастически улыбнулся. Казалось, ситуация достав- ляла ему удовольствие. Его голос прозвучал холодно и уверенно, когда он произнес: - Вы будете жить на борту корабля, пока работа не будет за- кончена. Хедрук не удивился. Но он запротестовал из принципа. Он ска- зал: - Послушайте, я особенно не возражаю против того, чтобы ос- таться на корабле, но у вас слишком властная манера. Зачем? Все и так устраивает меня. Но каждую секунду вы преподносите что-нибудь новое для меня. Ну, я думаю, у меня есть право на несколько общих вопросов-фактов. - Ни черта у вас нет, - ответил мужчина. Хедрук настаивал: - Как ваше имя? Я не думаю, что вам повредит, если я узнаю, кто вы. Возникла пауза. Вытянутое лицо мужчины нахмурилось. Наконец, он пожал плечами. - Я думаю, я могу назвать вам мое имя. - Он улыбнулся с нео- жиданным ликованием. - Кроме всего, она знает его. Мое имя Рел Гриер. Это ничего не значило, кроме того, что он не Кершав. Хедруку не нужно было говорить, кто такая может быть "она". Прежде, чем он заговорил, Гриер произнес вежливо: - Пройдемте. Я хочу, чтобы вы сменили одежду. - Он, должно быть, заметил почти неуловимое колебание Хедрука. - Или, - фырк- нул он, - вы слишком застенчивы и скромны, чтобы раздеваться при свдетелях. - Я не стесняюсь, - сказал Хедрук. Он прошел в указанное место и получил рабочую одежду, в ко- торую он должен был переодеться, думая в это время: "Должен ли я попробовать оставить мои кольца? Или снять их? Он сказал громко: - Я хотел бы проверить этот изолирующий костюм, прежде чем надеть его. - Проверьте. Он будет вашим погребальным костюмом, если что- нибудь не в порядке. - Точно так, - сказал Хедрук. Разговор, хотя и краткий, уже дал ему существенно важную ин- формацию. Он взглянул один раз на костюм и понял, что он недавно был в ремонте. Эти изолирующие костюмы для атомных работ обычно многократно использовались. Если что-нибудь было не в порядке, они теряли свой блеск. Этот костюм явно сверкал, и ответ Гриера на его предложение проверить костюм указывал, что тот ничего не знает о таких вещах. Значение этого факта было огромным. Пока Хе- друк занимался костюмом, его мозг напряженно работал. Гриер гово- рил, что корабль не может летать. Если это было правдой, это мог- ло только означать, что моторы были сняты и что в двигательном отсеке была слишком большая доза радиации. Чтобы принять решение, этот пункт нужно было проверить. Он спросил об этом. Гриер кивнул, но в его глазах было осторожное выражение. Он сказал: - Да, я снял их, а затем понял, что работы оказалось слишком много, чтобы я мог один управиться. Это звучало достаточно правдоподобно, но Хедрук притворился, что не понял. - Работа достаточно простая. Гриер пожал плечами. - Я не хотел утомляться. Хедрук сказал: - Я никогда не слышал о колледже, выпустившем инженера по ремонту атомных двигателей, который не смог бы собрать их снова. Где вы учились? Гриер нетерпеливо переступил ногами. - Давайте, - сказал он ровно, - надевайте этот костюм. Хедрук быстро разделся. Он не был удовлетворен результатом своей попытки узнать, насколько хорошим механиком является Гриер. Но краткий разговор дал толчок решению, которое он должен был принять. Если в двигательном отсеке была свободная радиация, тог- да ему нельзя брать с собой кольца. Изоляционный костюм был дос- таточно эффективен, если только внутри него не было металла. Было намного безопаснее положить крошечное оружие в карман его костю- ма, как если бы кольцо было простым украшением. Еще будет возмож- ность использовать их. Потребовалось несколько секунд, чтобы сменить одежду. Теперь он шел впереди, спускаясь в недра корабля. Они пришли в царство машин. Он видел, что Гриеру доставляло удовольствие его изумление. - Корабль - это новое изобретение, - сказал он хитро. - Я продаю его. Я веду переговоры уже несколько недель с самой Импе- ратрицей. Его губы сжались, затем он продолжал: - Я решил сказать вам это по пути вниз. Это не ваше дело, но я не хочу, чтобы вы беспокоили этим свою голову и, может быть, подглядывали кругом. Вы знаете, где находитесь. Это ее идея, что- бы все было в секрете. И горе тому, кто станет ей поперек в чем- нибудь. Земля станет тесной для такого глупца, если только он не из Оружейников. Итак, все ясно? Все было намного яснее, чем думал Гриер. Великий ученый Кер- шав нанял Гриера, Гила Нилана и других, чьи имена еще не упомина- лись, помочь ему в испытании его изобретения. Где-то в пути Гриер убил всех, кто был на борту, и захватил контроль над кораблем. Хедрук поднялся из двигательного отсека в ремонтное отделе- ние этажом выше. Он начал проверять инструменты под наблюдением Гриера. В свою очередь, но более незаметно, он наблюдал за Грие- ром. Еще раз он хотел проверить, что тот знает. Наконец, Гриер снова заговорил: - Я выбрал себе место в пустой комнате над этим ремонтным отделением. Я буду находиться там большую часть времени в течение следующих двух месяцев. Не то, чтобы я не доверял вам, но пока я нахожусь там, наверху, я буду знать, что вы не бродите по кораб- лю, высматривая его секреты. Хедрук ничего не ответил. Он не хотел говорить из-за боязни, что скажет лишнее человеку, который и так уже раскрыл себя. Гри- ер, очевидно, не был ученым. И через несколько минут, как только он поднимется в комнату Гриера, проблема захвата корабля будет решена. К его раздражению, Гриер не шел на следующий этаж прямо сей- час. У Хедрука была и другая причина желать этого ухода. Одним из удивительных моментов его разговоров с Гриером было то, что тот не спросил до сих пор его имя. Хедрук не хотел называться Даниэ- лем Ниланом, он собирался заявить, что вся ситуация в целом была слишком необычной для него, чтобы открыть свое имя. Но все-таки это могло привести к осложнению и задержке. Гриер прервал молчание: - Как может человек с вашим образованием остаться без рабо- ты? Это прозвучало как начало расспросов. Так как его не спраши- вали про имя, Хедрук быстро ответил: - Я зря потратил время на других планетах. Чертов глупец! Гриер, казалось, задумался над этим, так как прошло несколь- ко минут, пока он наконец сказал: - Что привело вас назад? Тут тоже не могло быть колебаний. Если Гриер поднимается в контрольное помещение и проверит его одежду, он обнаружит имя Да- ниэля Нилана, написанное в записной книжке. Такая возможность до- лжна была быть принята в расчет. - Смерть моего брата, - ответил Хедрук. - О, ваш брат умер? - Да. Это была история, которую он с самого начала намеревался рассказать. Сейчас он мог рассказать ее, не называя имен. - Да, обычно он посылал мне деньги. Когда это прекратилось, я стал расспрашивать. Оказалось, что он пропал уже с год назад неизвестно куда. Потребуется около шести месяцев, чтобы получить наследство, но, как вы вероятно знаете, суд признает такое долгое отсутствие как доказательство смерти в эти времена, когда так много убийств. - Я знаю, - было все, что сказал Гриер. В наступившем молчании Хедрук подумал: "Пусть он поразмыслит над этим. Не будет никакого вреда, если он обнаружит запись о Ни- лане, чтобы Гриер поверил, что Дэн и Гил не питают сильных чувств друг к другу. - Уже более десяти лет, - громко сказал Хедрук, - как я не видел его. Мне все равно, мертвый он или живой. Забавно. Гриер спросил: - Вы собираетесь назад, в космос? Хедрук покачал головой. - Нет, теперь Земля моя. Здесь больше удовольствий, смеха, развлечений. - А я, - сказал Гриер после молчания, - не сменял бы мой по- следний год в космосе на все удовольствия Столицы. - У каждого свой вкус, - начал Хедрук и остановился. Его же- лание подняться с Гриером в его комнату отступило на второй план. Удивительно, как он не подумал об этом. "Мой последний год в кос- мосе". Ну конечно, Кершав, Гил Нилан, Гриер и другие совершили на этом корабле пробное межзвездное путешествие. Они были у одной из ближайших звезд, вероятно, у Альфы Центавра, Сириуса или Проциона - несмотря на всю свою долгую жизнь, Хедрук затрепетал от волне- ния, когда он перебирал в уме названия ближайших известных звезд- ных систем. Медленно эмоциональное эхо слов Гриера затихло в нем. Картина того, что произошло, была далеко не ясна за исключением одного: Гриер добровольно сообщил новый факт. Он хотел говорить. Его можно было заставить рассказать больше. Хедрук сказал: - Мне не нравится жить в космосе, разыскивая астероиды. Я уже занимался этим и я знаю. - Астероиды! - взорвался Гриер. - Вы сошли с ума! Не думаете ли вы, что Императрица Ишер заинтересовалась бы астероидами? Это дело сотни биллионов кредитов. Слышите, вы? И она собирается зап- латить их. Он начал шагать взад и вперед, явно возбужденный. Неожиданно он повернулся к Хедруку. - Вы знаете, где я был? - спросил он. - Я... Он замолчал. Наконец, он выдавил мрачную улыбку. - О, нет, - сказал он. - Вы не вытащите ничего из меня. Не то, чтобы это имело значение, но... - Он стоял и смотрел на Хед- рука. Внезапно он повернулся, поднялся по лестнице и исчез из ви- ду. Хедрук смотрел на лестницу, думая, что пришло время действо- вать. Он проверил металл потолка на прозрачность и кивнул с удов- летворением. Толщина четыре дюйма. Обычный сплав свинца с берил- лием. Проверка также показала точное место, где сидел Гриер - смутная фигура, листающая книгу. Было невозможно разобрать, чита- ет ли он. Хедрук почувствовал себя спокойным, сосредоточенным. Его единственной эмоцией было смутное мрачное удовольствие от мысли, что Гриер сидит там, хитро воображая себя контролирующим ситуа- цию. Он подкатил тяжелую полированную машину точно под то место, где сидел Гриер, и повернул ее зубчатую поверхность вверх. Затем он стал подсчитывать. Гриер весил примерно сто семьдесят фунтов. Две трети от этого составляло примерно сто сорок. Для безопаснос- ти нужен удар, который бы убил человека, весящего сотню фунтов. Гриер не выглядел физически очень крепким. Конечно, надо было принять в расчет четырехдюймовый пол. К счастью, имелась формула, основанная на коэффициенте прочности. Он произвел необходимую регулировку и нажал кнопку управления. Гриер рухнул. Хедрук поднялся наверх, где тот лежал рядом с раскладным креслом. Он проверил бесчувственное тело. Кости не сломаны, сердце бьется. Отлично. Мертвый человек не может отве- чать на вопросы. А у него было много вопросов. Потребовались значительные математические расчеты, чтобы спроектировать систему силовых линий, которые связали бы Гриера в достаточно удобном положении, позволив его рукам и ногам двигать- ся, а телу поворачиваться, и все-таки способной его удерживать вечно, если нужно.

Глава 7

Хедрук провел следующие полчаса, осматривая корабль. Здесь было много закрытых дверей и заполненных складов, которые он пока пропустил. Он хотел получить общее представление о корабле, и как можно быстрее. То, что он нашел при этом поверхностном осмотре, не удовлет- ворило его. Это был корабль, который не мог покинуть ангар, ко- рабль, который к тому же опасно оставлять теперь, когда он полу- чил контроль над ним. Его могут охранять. То, что он не видел ни одного солдата Иннельды, ничего не доказывает. Императрица крайне не желала бы привлечь внимание наблюдателей Оружейных Магазинов концентрацией правительственных сил. И поэтому Роберт Хедрук прошел по явно пу- стынной улице и вошел в корабль прежде, чем командир защитных сил решился остановить его. Если эта картина близка к действительности, тогда будет фак- тически невозможно для него уйти из корабля, не схваченным для допроса. Это был риск, на который он не смел пойти. Он задумчиво спустился в комнату Гриера и увидел, что тот пришел в сознание. Мужчина смотрел на него с ненавистью и стра- хом. - Я не думаю, что вы собираетесь сбежать с этим, - сказал он дрожащим голосом. - Когда Императрица узнает... она... Хедрук оборвал его: - Где находятся другие? - спросил он. - Где Кершав и... - он поколебался, - мой брат, Гил? Коричневые глаза, которые смотрели на него, расширились. Гриер ощутимо содрогнулся, затем сказал: - Идите к черту! Но он был явно испуган. Хедрук продолжал ровным голосом: - Если бы я был на вашем месте, я стал бы беспокоиться, что случится со мной, если Императрица узнает обо всем. Лицо Гриера побледнело. Он с трудом сглотнул, затем хрипло произнес: - Не будьте глупцом! Здесь хватит на нас обоих. Мы оба раз- богатеем - но надо быть осторожными - корабль окружен. Я считал, что они попытаются послать кого-нибудь внутрь корабля, поэтому и приветствовал вас тем девяностотысячезарядным орудием - как раз на случай, если они попытаются войти тоже. Хедрук сказал: - Как насчет связи? Можно позвонить отсюда? - Только через пульт связи в здании Треллиса. - О! - сказал Хедрук и закусил губу в досаде. На этот раз он перехитрил себя самого. Казалось логичным сделать именно тот пульт бесполезным и таким образом устранить всех кандидатов на предлагаемую работу. Тогда он не ожидал, что след приведет на сам межзвездный корабль. - Кто ответит на вызов пульта связи корабля? - Парень по имени Зейдель, - ответил Гриер мрачным тоном. Хедруку потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить, где он слышал это имя прежде. За столом Императрицы, несколько меся- цев назад. Один из мужчин за столом выразил отвращение к тому, что Иннельда могла использовать такое существо. Хедрук вспомнил ее ответ: "Бог создал крыс, - ответила она, - и Бог создал Зейде- ля. Мои ученые нашли применение крысам в своих лабораториях, а я нашла применение для Зейделя. Это отвечает на ваш вопрос, сэр? - закончила она высокомерно. Мужчина, который задал вопрос, был известен своим острым языком. Он сказал: "Я вижу, у вас есть человеческие существа в ваших лабораториях, которые ставят опыты на крысах, а теперь вы нашли крысу, чтобы ставить опыты на человеческих существах". Замечание вызвало краску на щеках Иннельды, а для мужчины - две недели отстранения от ее стола. Но сейчас стало видно, что она все же использовала Зейделя. Это было неудачно, так как иск- лючало подкуп, этот важный придаток нынешнего этапа цивилизации Ишер. Хедрук не считал поражение окончательным. Он погрузил Гриера вместе с системой силовых линий на антигравитационную платформу и откатил его наверх, в одну из спальных комнат верхней половины корабля. Затем он начал второй осмотр корабля. На этот раз, хотя каждая минута была на учете - а кризис неминуем - это были не по- верхностные поиски. Он прошел через каждую комнату, используя мощную дрель для взлома замков. Личные комнаты, под контрольным помещением кораб- ля, задержали его больше всего. Но Гриер побывал здесь перед ним. Ничего не осталось, что дало бы ему ключ к судьбе прежнего владе- льца. У Гриера было достаточно времени, чтобы уничтожить доказа- тельства, и он использовал его хорошо. Здесь не оказалось ни пи- сем, ни личных вещей, ничего, что могло когда-нибудь причинить неприятности убийце. Но на носу корабля Хедруку удалось сделать ценную находку. Полностью оборудованное спасательное судно, приводимое в движение двумя копиями гигантских моторов основного двигателя. Маленькое судно - маленькое только по сравнению с самим кораблем, но оно было почти сто футов длиной - казалось, находилось в отли- чном состоянии и готово к полету. Хедрук тщательно проверил управление и заметил с волнением, что рядом с обычными органами управления находится блестящий бе- лый рычаг с напечатанными на нем буквами: "Бесконечный двига- тель". Его присутствие, казалось, указывало на то, что даже спа- сательное судно имело межзвездный двигательный механизм, встроен- ный в него. Теоретически он мог сесть за управление, поднять суд- но в воздух и устремиться в космос на скорости, не сравнимой со скоростью преследующих кораблей. Он проверил спусковые устройст- ва. Они были автоматическими, как он обнаружил. Спасательное уст- ройство просто соскальзывало со своего помоста с помощью обычного двигателя, и это движение приводило в действие электрически упра- вляемый люк. Люк открывался с огромной скоростью, и судно проно- силось через него. А люк закрывался за ним. Без сомнения, он мог теперь бежать. Хедрук выбрался из судна и вернулся в основное контрольное помещение на уровне земли. Он был в нерешительности. Через неско- лько часов после побега из императорского дворца он захватил меж- звездный корабль. Он добился успеха там, где силы Императрицы и Оружейников потерпели неудачу. Настало время быть более осторож- ным, а это вызывало ряд проблем. Как он мог передать корабль Ору- жейникам, не рискуя собой, и без того, чтобы не началась битва между войсками правительства и Оружейниками? Решающим фактором было то, что последние не получат его письмо с этим адресом рань- ше середины следующего дня. При нормальных обстоятельствах это время могло пройти без осложнений. Но, к несчастью, его видели, когда он прошел на ко- рабль. Когда Зейдель доложит об этом, Императрица станет подозри- тельной. Она прикажет Гриеру связаться со своим агентом и объяс- нить событие. Она не будет ждать очень долго. Возможно, она уже сделала несколько попыток вызвать Гриера. Хедрук уселся за пульт управления и стал наблюдать за экра- ном связи, обдумывая ситуацию. Через четверть часа раздался щелчок и начала мигать лампочка вызова, а сирена издала низкое мелодичное жужжание. Вызов продол- жался две минуты, затем прекратился. Хедрук ждал. Через тридцать минут снова раздался щелчок и процесс повторился. Схема стала яс- ной. Зейделю было приказано вызывать Гриера каждые пятнадцать ми- нут. Наверняка, если ему не ответят, будут предприняты дальнейшие действия. Хедрук вернулся в двигательный отсек и принялся восстанавли- вать двигатель. Казалось маловероятным, что ему дадут время соб- рать оба двигателя, которые были необходимы, чтобы поднять огром- ный корабль, но стоило сделать попытку. Сперва он поднимался в контрольное помещение каждый час, чтобы убедиться, что вызовы продолжаются. Но в конце концов он установил переносной пульт связи в двигательном отсеке и соединил его с пультом в контроль- ном помещении. Теперь он мог слышать вызов, не прекращая работы. Что Иннельда станет делать, когда кончится ее терпение, мож- но было только предполагать. Но Хедрук мог представить ее уже мо- билизующей флот на случай, если межзвездный корабль попытается улететь. Мощные орудия боевых кораблей собьют его прежде, чем он наберет скорость. Тогда будет покончено с надеждой человечества достичь звезд. Он должен сдерживать силы Императрицы до тех пор, пока существует хоть малейшая вероятность успеха. Тогда и только тогда сделать все возможное для победы. Но ничего нельзя было де- лать до завтрашнего полудня. В шесть часов вечера вызовы прекратились. Хедрук торопливо прошел в буфет, немного перекусил и снес бутерброды и кофе Грие- ру. Он удалил одну из силовых линий, чтобы Гриер мог свободно двигать одной рукой. В шесть двадцать девять Хедрук сел за пульт управления. Вы- зова снова не было. Или сейчас будет сделан следующий шаг, или Иннельда оставила все как есть на ночь. Но Хедрук не мог в данной ситуации полагаться на случай. Он включил только звуковую связь - видеоэкран остался темным - и набрал номер ближайшего полицейско- го участка. Он собирался притвориться, что ничего не знает о том, что происходит. Знакомый щелчок сообщил, что связь установлена. Прежде, чем человек на другом конце успел что-нибудь сказать, Хе- друк громко прошептал: - Это полицейский участок? Я нахожусь в плену на борту вроде бы какого-то космического корабля и я хочу, чтобы меня спасли. Последовала долгая пауза, затем мужчина спросил низким голо- сом: - По какому адресу вы находитесь? Хедрук назвал адрес и стал кратко объяснять, что он был на- нят для ремонта атомных двигателей, но сейчас насильно задержан человеком по имени Рел Гриер. Его ответ был прерван вопросом: - Где Гриер сейчас? - Он лежит в своей комнате наверху. - Подождите минуту, - сказал мужской голос. Возникла пауза, затем Хедрук безошибочно узнал голос Импера- трицы: - Как ваше имя? - Даниэль Нилан, - ответил Хедрук. Он добавил нетерпеливо: - Пожалуйста, поторопитесь. Гриер может прийти сюда с минуты на ми- нуту. Я не хочу, чтобы он застал меня здесь. - Почему вы не откроете двери и не уйдете? У Хедрука на это также был ответ. Он объяснил, что Гриер снял с пульта управления устройство для открытия и закрытия две- рей. - Он забрал его с собой в свою комнату, - закончил он. - Ладно. Наступила непродолжительная пауза. Хедрук представил, как быстрый ум Императрицы оценивает ситуацию и ее возможности. Она, должно быть, пришла к какому-то решению, так как сказала почти немедленно: - Мистер Нилан, ваш звонок в полицейский участок был перек- лючен в отдел правительственной секретной службы. Причиной являе- тся то, что вы неосмотрительно попали в ситуацию, затрагивающую интересы правительства. - Она добавила быстро: - Не тревожьтесь. Хедрук решил ничего не говорить. Иннельда продолжала торопливо: - Мистер Нилан, вы можете включить видеоэкран? Важно, чтобы вы увидели, с кем вы говорите. - Я могу включить его, чтобы видеть вас, но та часть пульта, которая позволяет вам видеть меня, удалена. В ее ответе появился язвительный тон: - Мы знакомы с предосторожностями Гриера по поводу его внеш- ности. Но теперь быстрее, я хочу, чтобы вы увидели меня. Хедрук включил экран и смотрел, как образ Императрицы появ- ляется на нем. Он поколебался немного, затем прошептал: - Ваше Величество! - Вы узнали меня? - Да, да, но... Она прервала его: - Мистер Нилан, вы заняли исключительное положение в великом деле. Ваше правительство, ваша Императрица требуют вашей лояльно- сти и верной службы. Хедрук сказал: - Ваше Величество, простите меня, но, пожалуйста, поторопи- тесь. - Я должна все сказать, вы должны понять. Сегодня днем, Дэн Нилан, когда мне сообщили, что незнакомый молодой человек - это были вы - вошел в корабль Гриера, я немедленно приказала казнить капитана Хедрука, шпиона Оружейных Магазинов, которого я раньше терпела во дворце. Хедруку показалось, что она немного перепутала время, а так- же смешала правду с ложью. Но не ему поправлять ее. То, что заин- тересовало его, это ее отказ торопиться. У Хедрука появилась мысль, что она рассматривает его, как неожиданную счастливую слу- чайность, но ее не слишком беспокоит, что произойдет с Дэном Ни- ланом. Она, должно быть, считает само собой разумеющимся, что она всегда может вернуться к сделке с Гриером, и она, вероятно, пра- ва. Она продолжала, ее лицо было сосредоточенным, голос тихим, но твердым. - Я говорю вам это, чтобы подчеркнуть полноту и масштаб пре- досторожностей, которые я приняла, чтобы быть уверенной в отсутс- твии помех моей воле. Считайте судьбу капитана Хедрука символом того, что случится с каждым, кто посмеет встать мне поперек в этом деле, с тем, кто не справится со своей частью работы. Теперь - что вы должны сделать. С этого момента вы солдат правительст- венной службы. Вы будете продолжать притворяться, что чините дви- гатели корабля, и на самом деле проделаете достаточную работу, чтобы убедить Гриера, что вы выполняете свои обязанности. Но в каждый удобный момент, который у вас появится, вы будете разби- рать те моторы, которые еще могут действовать. Я заверяю вас, что это возможно сделать таким образом, что только эксперт заметит что-нибудь неладное. Теперь, пожалуйста, слушайте внимательно. Как только вы па- рализуете двигательную систему корабля, при первой же возможности сообщите это нам. Достаточно одного слова. Вы можете включить ваш пульт и сказать: "Сейчас", "Готово" или что-нибудь вроде этого, и мы ворвемся внутрь. У нас имеются в исходной позиции восьмисот- миллионозарядные орудия. Таков план. Так должно быть. Через двад- цать четыре часа после его успешного завершения вы получите вели- кую награду за свою помощь. Ее напряженный голос стих, тело расслабилось, из взора исче- зло пламя. Неожиданно теплая и великодушная улыбка появилась вок- руг ее глаз и губ. Она сказала тихим голосом: - Я надеюсь, Дэн Нилан, вам все ясно? В этом не было сомнения. Несмотря на прежнее знакомство с ней, Хедрук был очарован. Он не ошибался, веря, что величествен- ная Иннельда сыграет выдающуюся роль в любом кризисе этого неус- тойчивого периода. Его мозг начал обдумывать смысл того, что она сказала, и он был потрясен. Голос Императрицы прервал его мысли. - Зейдель, прошу! Лицо, голова и плечи мужчины около сорока пяти лет заменили ее образ на экране. У Зейделя были тускло-серые глаза, тонкий клювообразный нос и губы, образующие длинную щель поперек лица. На его лице была слабая мрачная улыбка, но голос звучал ровно, когда он говорил: - Вы слышали приказания нашей славной правительницы? Этот негодяй Гриер умышленно противопоставил себя короне. У него есть изобретения, которые угрожают государству и которые должны быть тщательно скрыты от масс. Соответственно - слушайте внимательно - если это будет выз- вано необходимостью или подвернется удобный случай, вам дается разрешение убить Гриера, как врага государства, именем Ее Импера- торского Величества Иннельды. А теперь, прежде чем я отключусь, у вас есть какие-нибудь вопросы? Они считали его желание сотрудничать само собой разумеющим- ся. Хедрук понял, какой от него ожидали ответ. - Нет вопросов, - прошептал он. - Я верный подданный Ее Ве- личества. Я все понял. - Отлично. Если мы не услышим вас до одиннадцати завтрашнего дня, мы атакуем. Может быть, вы окажетесь достойным доверия Импе- ратрицы. Раздался щелчок. Хедрук отключил связь на своем конце и сно- ва спустился в двигательный отсек. Его тревожил срок, который ему назначили. Ему казалось, что он должен был задержать нападение на час или даже больше. Он принял пилюлю против сна и начал работать над двигателя- ми. Незадолго до полуночи он закончил регулировку одного из дви- гателей и, таким образом, обеспечил половину энергии, необходимой для подъема такого большого корабля, как этот, в воздух. Часы шли быстро. В девять часов десять минут Хедрук неожи- данно понял, как много прошло времени. Он прикинул, что ему нужно еще добрых два часа, чтобы закончить второй двигатель и что по одной этой причине нужна была какая-то задержка. Он покормил Гриера, торопливо съел свой завтрак и затем тру- дился над двигателем до без двадцати одиннадцать. В это время он, потный от усилий, но со все еще незакончен- ной работой, включил пульт и вызвал Зейделя. Лицо мужчины почти немедленно появилось на экране. Оно покраснело, губы подрагивали. - Да? - выдохнул он. - Нет, - сказал Хедрук. Он быстро заговорил: - Гриер только что вышел из контрольного помещения. Он был со мной все утро, по- этому только сейчас у меня появилась возможность разборки двига- телей. Это займет время до двенадцати тридцати или до часу. Лучше до часу, чтобы быть абсолютно уверенным. Я... Лицо Зейделя исчезло с экрана. Его заменило лицо Императрицы Иннельды. Ее зеленые глаза были сужены до щелочек, но голос зву- чал спокойно, когда она заговорила: - Мы согласны на задержку, но только до двенадцати часов. Оставьте связь включенной - не экран, конечно, только голос - и парализуйте двигатели вовремя! - Я попытаюсь, Ваше Величество, - прошептал Хедрук. Он зара- ботал еще час. Хедрук вернулся к требующей внимания регулировке атомных двигателей. Он видел свое потное лицо на сверкающей поверхности приспособлений, которыми он пользовался. У него уже не было уве- ренности, что работа, которую он делает, принесет какую-нибудь пользу. В небе над огромным городом будет превосходящий правите- льственный флот. И шансы на вмешательство Оружейников в последнюю минуту казались все более нереальными с каждым прошедшим мгнове- нием. Он представлял, как придет дневная почта в Метеоритную кор- порацию. Его письмо Питеру Кадрону с этим адресом будет передано быстро, но Кадрон может оказаться на совещании, он может уйти че- рез передатчик на другую сторону Земли, он может быть на ленче. Кроме того, люди не вскрывают свою почту так, как если бы от это- го зависела жизнь. Соответственно, была большая вероятность, что советник Оружейных Магазинов прочитает письмо от Роберта Хедрука в час или даже в два часа. В одиннадцать тридцать Хедрук понял, что второй двигатель не будет готов вовремя. Он продолжал работать, потому что звуки ра- боты должны были убедить Императрицу, что он выполняет распоряже- ние. Но он понял, что пришло время принять решение. Он должен был подняться к спасательному судну, которое представляло собой его надежду на бегство. А так как оно имело межзвездный двигатель, оно само по себе было таким же ценным, как и большой корабль. Ес- ли его спасти, человек достигнет звезд. Если нет, если его собь- ют, тогда... Но не было смысла думать о неудаче. Но как он мог пойти к судну, пока включен пульт связи? Если он прекратит свою шумную деятельность, она и Зейдель немедленно что-нибудь заподозрят. Ему нужно было, по его расчетам, пять ми- нут, чтобы добраться до спасательного судна. Учитывая ситуацию, это было долгое время. Настолько долгое, что, казалось, стоило попробовать добиться еще одной отсрочки. Хедрук поколебался, за- тем подошел к пульту связи. - Ваше Величество, - сказал он громким шепотом. - Да? Ответ был настолько быстрым, что у него возник в уме образ Императрицы, сидящей перед рядом устройств связи, держащей в ру- ках все нити этого предприятия. Он сказал торопливо: - Ваше Величество, для меня оказалось невозможным разобрать все двигатели ко времени, которое вы назначили мне. Здесь имеется семнадцать моторов, а я успел разобрать только девять. Вы не воз- ражаете, если я сделаю предложение? - Продолжайте. - Ее тон был уклончивым. - Моя идея заключается в том, что я поднимусь наверх и попы- таюсь вывести из строя Гриера. Я, возможно, застану его врасплох. - Да. - В ее голосе была странная нотка. - Да, вы можете. - Она поколебалась, затем твердо продолжала: - Я могу сказать вам, Нилан, что мы начинаем подозревать вас. - Я не понимаю, Ваше Величество... Она, казалось, не слышала. - Мы пытаемся со вчерашнего вечера вызвать Гриера. Раньше он всегда отвечал в течение часа или около того. И это необычно, по меньшей мере, что он даже не удостаивает нас ответом на наши по- пытки теперь. А все, что он знает, это что мы готовы принять его чрезмерные условия и любое из его абсурдных требований. - Я все же не вижу... - Позвольте мне излагать как есть, - сказала она холодно. - В этот последний час мы не хотим допускать случайностей. Вам раз- решается подняться и захватить Гриера. А фактически я приказываю вам рискнуть, как солдату, и предотвратить вывод этого корабля из ангара. Тем не менее, на случай, если наше смутное подозрение на ваш счет имеет какое-нибудь основание, я сейчас, в этот момент, приказываю начать атаку. Если у вас есть какие-нибудь тайные пла- ны, собственные, оставьте их и сотрудничайте с нами. Поднимайтесь наверх, пока идет атака, и сделайте все, что необходимо, против Гриера. Но вы должны торопиться. Ее голос стал громче, было ясно, что она отдает приказы по другим каналам связи. - Все силы в действие. Атакуйте! Хедрук услышал эту команду, когда начал подниматься по лест- нице. Ему пришлось помедлить, чтобы открыть защитную дверь, а за- тем он побежал вверх по ступеням, все еще надеясь, все еще убеж- денный, что он сможет подняться выше наземного уровня прежде, чем кто-нибудь остановит его. Затем последовал первый удар. Он потряс весь корабль. Он оказался неистовее всех самых диких предположений Хедрука. На мгновение у него потемнело в глазах, как от контузии. Он бежал наверх уже со страхом поражения в сердце. Второй титанический удар опрокинул его на пол, но он оправился и стал карабкаться снова. От третьего удара из его носа брызнула кровь, теплые струйки закапали из ушей. Четвертый удар - он смутно осознал, что был еще на полдороге к контрольному помещению - снова сбил его с ног. Он прокатился вниз на целую секцию лестницы. Пятый удар застал его, когда он стоял, шатаясь. Он понял, что проиграл, но продолжал двигать ногами и даже удивился, когда достиг следующего уровня. Шестой невыносимый взрыв послал его, вращающегося, как листок, гонимый бурей, вниз. Он тупо заметил, как огромная дверь поднялась со своих петель и лязгнула о пол. Это был седьмой удар. Подобно животному, бегущему от боли, он заполз за какую-то дверь, закрыв ее инстинктивно за собой. Он сидел там, прислонив- шись к стене, бесконечно слабый, когда крики людей проникли в его ошеломленный мозг. Голоса, подумал он, внутри корабля. Он покачал головой недоверчиво. Голоса приблизились, а затем внезапно он все понял. Они вошли внутрь. Для этого потребовалось только семь выс- трелов. Кто-то властно закричал по другую сторону двери, за которой находился он: - Быстрее! Захватите всех, кто находится на борту! Это при- каз!

Глава 8

Хедрук начал отступать. Это было медленным делом, потому что его ум не мог сосредоточиться на одной мысли, и его рефлексы рас- строились. У него дрожали колени, когда он спускался по лестнице. Вниз, вниз - возникло чувство, что он спускается в свою могилу. Он про- шел склады. Дальше должно быть ремонтное помещение, затем двига- тельный отсек, затем... А затем... Появилась надежда. Там был выход. Корабль был, конечно, по- терян. А с ним мечты биллионов человеческих существ, которые мог- ли бы пронести факел цивилизации к самым далеким звездам вселен- ной. Но все же для него здесь еще была надежда. Он добрался до двигательного отсека и забыл про все, кроме работы, которую нужно было сделать; драгоценная минута была потеряна, чтобы найти элек- трические выключатели, управляющие системой освещения и другими энергетическими функциями. В течение этой минуты стены сотряса- лись, когда очередная дверь выбивалась с отдаленным лязганьем. Крики людей раздавались все ближе. Хедрук начал нажимать на выключатели. Он хотел выключить все верхнее освещение. Это задержит их еще на несколько минут. Он на- шел шестифутовое сверло, которое ему было нужно, и покатил его на антигравитационной платформе вниз, в последнее помещение гигантс- кого космического корабля. И здесь, несмотря на спешку, помимо своей воли Хедрук остановился и посмотрел на то, что представляло собой сам межзвездный корабль. Здесь находилось сокровище, из-за которого шла вся борьба. Вчера - как давно это казалось - у него не было времени спустить- ся в это помещение. Хедрук отсоединил блок прозрачности от огром- ного сверла и сфокусировал его проникающий луч на тридцатифутовом стволе двигателя. Он увидел темный туман и понял свою неудачу - металл был слишком твердым и слишком толстым. Никакой луч прозра- чности не смог бы достичь сердцевины этого двигателя. Он повернулся и стал толкать сверло, которое хотя и ничего не весило, тем не менее, обладало массой, сопротивляющейся его напряженным мускулам. Он прошел через новую дверь нижнего люка, затем вторую, затем третью и затем остановился, ошеломленный. Он собрал все свои силы и волю для того, чтобы просверлить шестифутовую дыру через землю под крутым наклоном к поверхности. Все это оказалось ненужным. Проход уже был здесь. Цепочка тусклых ламп уходила вдаль с наклоном вверх. Не время было размышлять, почему здесь оказался проход. Хед- рук схватил блок прозрачности, протиснулся мимо ненужного теперь сверла и побежал вдоль туннеля. Угол подъема был всего около двадцати градусов. Но большое расстояние было только к лучшему. Чем дольше он уйдет от корабля перед выходом на поверхность, тем безопаснее. Он вдруг подошел к концу. Это была металлическая дверь. Ис- пользуя блок прозрачности, он смог увидеть, что за ней был пустой подвал. На двери был простой замок. Хедрук остановился посередине подвала и посмотрел на дверь. Он считал само собой разумеющимся, что Гриер вернулся со звезд довольно давно. Но здесь было другое объяснение. Не Гриер, а Кершав и другие построили этот туннель. Они тоже были осторожны в своих контактах с внешним миром. Возмо- жно, что Гриер даже не знал об этом туннеле. Конечно - Хедрук вдруг стал уверен - он никогда не оставил бы его одного в двига- тельном отсеке вчера утром так близко к выходу, если бы знал о нем. С другой стороны, контакты через пульт связи были отданы под контроль Гриеру, как общему подручному этих замечательных просто- филь. Кершав и Гил Нилан, которые подумали о всех предосторожнос- тях от внешних помех, но не сумели защитить себя от собственного помощника. Это была интересная, но академическая точка зрения на то, что произошло. Подавленный, Хедрук стал подниматься по лестнице из подвала. На полпути вверх лестница раздваивалась. Левый путь привел к украшенной двери, за которой блок прозрачности показал пустую кухню. Правый путь оказался тем, который был ему нужен. Хедрук положил блок прозрачности на ступеньки - он был боль- ше ему не нужен - затем открыл вторую дверь и вышел на яркий сол- нечный свет. Он оказался на заднем дворе большого пустого дома. Здесь находился цветущий садик, зеленый газон, гараж для карплана - все это было окружено высокой изгородью с воротами. Ворота лег- ко открывались изнутри. За ними Хедрук увидел широкую улицу. Он заторопился вдоль нее, стараясь вспомнить ее название, чтобы оценить, как далеко он находится от космического корабля. Здание это могло подсказать ему, что он должен делать, может сде- лать дальше. На углу стоял постовой со сверкающим зрительным окуляром. Он поманил Хедрука издалека. - Как идут дела? - Мы внутри, - крикнул в ответ Хедрук. - Смотри кругом вни- мательнее. - Не беспокойтесь. Здесь нас целая цепь. Хедрук повернул назад и пошел поспешно прочь. Он был в лову- шке. Улицы были перекрыты, и в любую минуту вопящая толпа вышибет последнюю из дверей, поймет, что произошло, и начнутся его поис- ки. Он перелез через высокую изгородь в другой задний двор. Пе- ред этим домом стояла линия людей в шлемах. Но теперь он направ- лялся к кораблю, и никто не пытался остановить его. И после нап- ряженной минуты он невольно улыбнулся психологии, которая позво- ляла человеку идти к центру событий, а не от него. Он смело дошел до угла улицы, откуда был виден башнеобразный ангар. Через неско- лько секунд он добрался до корабля. Никто не пытался остановить его, когда он энергично забрался в рваную дыру, проделанную ору- дием, и попал в контрольное помещение. Свет, который он выключил, снова горел. Преследователи доб- рались до двигательного отсека. Вскоре они хлынут наверх, обыски- вая корабль. Между тем, он должен был воспользоваться счастливой случайностью, которая у него появилась. Вокруг находилось неско- лько дюжин человек, одетых в стандартные изоляционные костюмы. Никто его не подозревал. Для них он был еще одним членом секретной полиции, одетым в защитную одежду для радиоактивной зоны. Бух! Звук донесся из самой глубины корабля, он подтолкнул Хедрука. Это, должно быть, была последняя дверь из двигательного отсека. Его побег только что раскрыт, и через несколько секунд будет объявлена тревога. Хедрук неторопливо подошел к лестнице, протолкнулся мимо нескольких мужчин, ждущих здесь, и начал подни- маться наверх. Он добрался до спасательного судна без всяких по- мех и быстро осмотрел его. Оно было не тронуто. Со вздохом облег- чения он уселся в кресло перед пультом управления и нажал рычаг спуска. Подобно шару, катящемуся по стеклянному желобу, маленький корабль скользнул в воздух. Старый чудесный город, видимый с высоты в полмили, сверкал в лучах солнца. Он казался очень близким, некоторые из зданий почти царапали дно его корабля во время полета. Хедрук сидел, почти ни о чем не думая. Первое удивление, что боевые корабли не атаковали его, сме- нилось убеждением, что они ждали восьмисотфутовый космический ко- рабль, а это крошечное суденышко издалека напоминало общественный карплан или прогулочный катер. У Хедрука было две цели. Первое - побег, если удастся, в од- но из своих тайных убежищ. В случае неудачи он намеревался испо- льзовать специальный двигатель судна. Темное пятно, появившееся на самом краю его экрана, испорти- ло его оптимистическое настроение. Пятно стремительно снижалось из голубого неба, превратилось в тысячефутовый крейсер. Одновре- менно ожил его канал связи. Суровый голос произнес: - Вы что, не слышали приказа приземлиться? Продолжайте дви- гаться прямо вперед, оставаясь на прежней высоте, пока не прибли- зитесь к военному аэропорту на востоке города. Сядете там или бу- дете сбиты. Пальцы Хедрука, потянувшиеся было к белому рычагу, останови- лись на полпути. В команде не было подозрений о его нахождении на судне. Взгляд Хедрука скользнул по экранам, и он увидел, что кро- ме крейсера в воздухе никого не было. Все движение было прекраще- но. Хедрук, нахмурившись, посмотрел на крейсер. Он нависал прямо над ним пугающе близко. Слишком близко. Его глаза сузились. Он понял правду, когда второй крейсер появился справа от него, а третий - слева. Первый корабль нависал над ним и скрыл приближе- ние остальных. Во второй раз его рука потянулась к белому рычагу. Он схватил его, затем замер, когда вытянутое благородное лицо Им- ператрицы появилось на экране общей связи. - Нилан, - сказала она. - Я не понимаю. Наверняка, вы не на- столько глупы, чтобы не подчиниться своему правительству. Хедрук не ответил. Он слегка наклонил свой корабль кверху. Помимо всего, окончание его разговоров с Императрицей не могло больше проходить шепотом. Хедрук должен исказить свой голос, чего он не делал многие годы. Хедрук не хотел рисковать своими будущи- ми отношениями с ней из-за неумелого притворства. - Дэн Нилан, - голос Императрицы был тихим и настойчивым. - Подумайте прежде, чем вы совершите непоправимое. Мои предложения все еще в силе. Просто посадите это спасательное судно, как при- казано, и... Она продолжала говорить, но Хедрук сосредоточился на побеге. Ее вмешательство не позволило ему точнее отрегулировать свой курс, и его маленький корабль был наклонен сейчас к южному полу- шарию в общем направлении на Центавр. Это была приблизительная цель, так как он подозревал, что ускорение, необходимое ему, что- бы оторваться от боевых кораблей, выведет его из сознания на ка- кое-то время, поэтому он должен был направиться в какое-нибудь известное ему место. - ...я предлагаю вам один биллион кредитов... Его пальцы были сжаты вокруг белого рычага, на котором были выгравированы слова: "БЕСКОНЕЧНЫЙ ДВИГАТЕЛЬ". Настало время испо- льзовать его. Движением руки Хедрук сдвинул рычаг на весь его ход. Удар был, как от кузнечного молота.

Глава 9

Медленно тянулось время. Императрица расхаживала перед зер- калом, которые окружали все помещение - высокая, красивая, моло- дая женщина. Она мельком подумала: "Как измученно я выгляжу, по- добно переработавшейся кухарке. Я начинаю чувствовать жалость к себе. Я становлюсь старой". В десятый раз она включила один из экранов и смотрела на лю- дей, работающих в двигательном отсеке космического корабля Грие- ра. У нее появилось бешеное желание закричать на них, заставить торопиться, торопиться. Неужели они не понимают, что в любой час, в любую минуту Оружейные Магазины могут обнаружить, где спрятан корабль, и атаковать всей своей мощью? Много раз в течение этого долгого утра она думала: "Уничто- жить этот корабль сейчас, пока не будет слишком поздно". Нервным движением пальца она включила экран новостей и услы- шала заявление, которое оглушило ее: "Оружейные Магазины обвиняют Императрицу, что она скрывает секрет межзвездных путешествий... Оружейные Магазины требуют, чтобы Императрица открыла людям секрет..." Она выключила экран и остановилась, на миг ошеломленная рез- кой тишиной. Спустя мгновение ей стало лучше. Они не знают! Ору- жейные Магазины не знают секрета. Правда, они как-то проникли в ее тайну. Но слишком поздно. Как только корабль будет уничтожен, - она почувствовала прилив возбуждения, - останется только один сомнительный пункт, один человек, непонятный Дэн Нилан. Но Нилан, должно быть, мертв или потерян. В течение двух се- кунд его маленький корабль покинул диапазон радарных лучей крей- серов. Техники оценили ускорение намного выше того, которое чело- век может выдержать и остаться в сознании. А если беглец будет находиться в бессознательном состоянии, это ускорение будет про- должаться неопределенное время. Так что пусть Оружейные Магазины бушуют и произносят громкие слова. Дом Ишеров пережил большие бу- ри, чем эта. Непроизвольный взгляд на экран, который показывал корабль Гриера, напомнил ей о главной опасности. Она несколько минут смо- трела на незавершенную работу, затем выключила экран. Это кошмар, - подумала она, - такое ожидание. Ранние дневные новости были более ободряющими. Все, относя- щееся к Оружейным Магазинам, было против них. Она выдавила кривую улыбку. Как низко она опустилась, если собственная пропаганда мо- гла утешить ее. Но новости подействовали, ее расстроенные нервы достаточно успокоились для встречи, которую она откладывала все утро. Допрос Гриера. Она сидела, холодная, как камень, пока этот испуганный негодяй излагал свою историю. Мужчина был почти вне себя от ужа- са, и его язык непрерывно молил о пощаде. Пока она терпела это. В его истории была единственная нить к Кершаву, Нилану и... Нилан! Она вздохнула, поняв. Вот непоколебимая стена, на которую она натолкнулась. Родственные чувства, показалось ей, объясняют то неожиданное сопротивление, которое он оказал, хотя до сих пор было неясно, как он обнаружил корабль. Как бы то ни было, в тече- ние нескольких часов он овладел кораблем. Его усилия привести двигатели в работоспособное состояние были поистине геркулесовы- ми, но шансы на успех не соответствовали огромности задачи. Это была частичная правда, и даже вовсе ложная, так как в конечном итоге она сама приказала начать атаку только из-за своей ужасной возбудимости. Логически она должна была принять его доводы для отсрочки атаки. Не было сомнений, что ей противостоял замечатель- ный человек! Она вышла из раздумий и мягко сказала Гриеру: - И где вы оставили Кершава и других? Мужчина разразился невнятной болтовней, что-то вроде того, что в системе Альфа Центавра было семь пригодных для жизни пла- нет, а три из них прекраснее, чем Земля. "...И я клянусь, я оста- вил их на одной из этих... С ними все в порядке. Первый же ко- рабль может взять их обратно. Все, что я хотел, это вернуться сю- да и продать изобретение. Но в эти времена каждый сам по себе". Она знала, что он лжет. Она чувствовала холод и безжалост- ность. Люди, которые боялись, всегда так действовали на нее. У нее появилось чувство отвращения, будто что-то нечистое было пе- ред ней. Фактически не имело значения, живы ли эти люди или мерт- вы. Но она колебалась, и потребовалась долгая секунда, чтобы по- нять, почему. Потому что - невероятно - она тоже была испугана. Не так, как он, не за себя. За свой Дом Ишеров. - Уберите его назад, в камеру, - сказала она жестоко. - Я позднее решу, что с ним делать. Но она знала, что собирается позволить ему жить. В ней вспы- хнуло презрение к своей слабости. Она уподобилась толпе, которая бесилась на улицах, требуя секрет межзвездного двигателя. Зажужжал звонок вызова. Она включила экран и ее глаза расши- рились, когда она увидела, что это адмирал Дири. - Да, - с трудом выговорила она. - Я буду прямо сейчас. Она вскочила с непривычным чувством торопливости. Космичес- кий корабль был подготовлен и ждал ее, чтобы извлечь свои секре- ты. Но в деле, подобном этому, с противостоящими ей мощными Ору- жейниками, промедление в одну минуту могло оказаться роковым. Она побежала к двери. Корабль Гриера - она продолжала называть его так за неимени- ем лучшего имени - казался крошечным в огромном военном ангаре. Но как только ее карплан в сопровождении машин охранения подлетел ближе, корабль начал обретать свои настоящие размеры. Над ней вы- растала длинная сигарообразная конструкция из испещренного метал- ла, лежащая горизонтально на подставке. Потребовалось немного времени, чтобы пройти четыреста футов через множество разбитых дверей. Ее глаза изучали гигантскую шахту двигателя. Она замети- ла, что части корпуса были освобождены от креплений, но не разоб- раны. Императрица взглянула вопросительно на офицера в форме, ко- торый стоял позади нее на почтительном расстоянии. Мужчина покло- нился. - Как вы видите, Ваше Величество, ваш приказ выполнен с точ- ностью до буквы. Ничего внутри двигателя не было тронуто, и рабо- чие, которые разбирали корпус, были выбраны вами лично. Ни у од- ного из них нет достаточных знаний, чтобы разобраться в обычном двигателе, не говоря о двигателе специального типа. - Хорошо. Она повернулась и увидела, что вошел отряд людей. Все отдали ей честь. Они начали удалять части корпуса и двигателя. Через два часа все было закончено. Секрет двигателя был тщательно упрятан у нее в голове. В конце она встала за щит, чтобы наблюдать, как энерге- тическое орудие расплавляет сердцевину двигателя в бесформенную массу. Терпение ее было бесконечно. Она держалась, пока на полу не осталась грязная куча металла, а затем, наконец, удовлетворен- но вернулась в свой карплан. Темные облака неслись по полуденному небу, когда она возвра- щалась во дворец.

Глава 10

Меленно Хедрук начал осознавать тишину вокруг себя, отсутст- вие давления, движения. Голова его немного прояснилась. Он выпря- мился в кресле управления и взглянул на экраны. Вокруг него было космическое пространство со звездами во всех направлениях. Ниче- го, кроме точек света, различающихся по яркости. И никакого дав- ления от ускорения или гравитации. Это было знакомое ощущение, но в этот раз оно казалось другим. Хедрук взглянул на БЕСКОНЕЧНЫЙ ДВИГАТЕЛЬ - он был все еще включен. Это обеспокоило Хедрука. Спи- дометр показывал невероятные цифры, автоматический календарь ука- зывал время на 28 августа 4791 года династии Ишер. Хедрук покачал головой. Он был без сознания двадцать два дня. В течение этого времени корабль двигался со скоростью более четырехсот миллионов миль в секунду. На такой скорости он преодолел расстояние между Землей и Альфой Центавра каждые восемнадцать часов. Возникла про- блема повернуть на обратный курс. Задумчиво нажал он кнопку автоматического разворота. Звезды поплыли между глазами, затем снова застыли в неподвижности. Точ- ный поворот в тысячу двести миллионов миль. При такой скорости он приблизится к Земле через двадцать два дня. Нет, погоди, не так все просто. Он не мог подвергнуть себя снова такому ускорению, которое держало его без сознания так долго. После некоторых при- кидок он установил рычаг двигателя в реверс на три четверти мак- симальной мощности и стал ждать. Вопрос был, на сколько времени он потеряет сознание в этом случае. Прошло два часа, и ничего не случилось. Его голова начала клониться, глаза закрылись, но удара торможения не было. В конце концов, устав от ожидания, Хедрук лег спать на одну из коек. Раздался толчок, который встряхнул его до костей. Хедрук с испугом проснулся, но быстро успокоился, почувствовав ровное дав- ление на свое тело. Давление было похоже на поток очень плотного воздуха. Ему очень хотелось вскочить и посмотреть на спидометр, но он сдержал себя. Хедрук чувствовал покалывающее ощущение во всем теле - элек- тронную, атомную, молекулярную, нервную, мускульную перестройку. Прошло тридцать минут, прежде чем он стал двигаться. Он подошел к пульту управления и посмотрел на экраны. Но там не на что было смотреть. Календарь показывал август, 29-е, спидо- метр снизился до трехсот пятидесяти миллионов миль в секунду. При таком торможении спасательное судно остановится через тридцать два дня, самое большее. Третий день показал снижение скорости немногим более чем на одиннадцать миллионов миль в секунду. Чувство тревоги начало мед- ленно утихать в нем, когда он увидел, что величина торможения ус- тойчиво растет от часа к часу. Становилось все яснее, что за пределом трехсот пятидесяти миллионов миль в секунду повышение или понижение скорости подчи- няется каким-то еще неизвестным могущественным законам. По мере того, как проходили дни, Хедрук наблюдал, как спидо- метр опускался все ниже и ниже, пока не достиг нуля. Он был затерян в темноте. Хедрук вернулся в контрольное кре- сло и едва успел сесть в него, когда раздался удар, который пот- ряс каждую деталь спасательного судна. Маленькое судно заверте- лось, как щепка в водовороте. Именно кресло спасло Хедрука. Легко, как перышко, оно вращалось с той же скоростью, что и корабль, держа его устойчиво и вместе с пультом управления в од- ном положении. Окружающее пространство кишело торпедообразными чудовищно огромными кораблями. Каждый экран показывал с дюжину кораблей в милю длиной, образующих длинную линию, которая полностью окружала его маленькое судно. Из этой массы машин пришла Мысль. Она ворва- лась в рубку управления подобно пузырю атомного газа и была нас- только сильной, что на мгновение показалось, что она бессвязна. Прошло несколько минут, прежде чем ошеломленный ум Хедрука понял, что титаническая Мысль была не для него, а о нем. "...!!! ( бессмысленно)... разум типа девятьсот минут... По- знавательная ценность Тензор равна... Не уничтожить ли его?" Безумная мысль возникла у Хедрука, когда он сидел, вцепив- шись в кресло. Вся эта отчаянная борьба на Земле за межзвездный двигатель оказалась ни к чему. Слишком поздно. Более великие су- щества давным-давно захватили вселенную, а остальным будет выде- лена небольшая часть в соответствии с их волей... Слишком позд- но...

Глава 11

Хедрук не знал, сколько времени он провел, сидя в кресле. Когда в конце концов он стал воспринимать окружающее снова, у не- го было ощущение, как будто он вышел из темноты. Его воля и эмо- ции вылились в четкую схему действий. Взгляд Хедрука сосредоточи- лся на экранах. Они были подобны окнам, через которые он вгляды- вался в скопище кораблей, окружавших его. Страх его был не за се- бя, а за человечество. Их было так много, слишком много. Впечат- ление от их присутствия было подавляющим. Но он был жив. Его пальцы метнулись к ручкам управления. Он нацелился в просвет между двумя огромными кораблями и решительно сдвинул белый рычаг до самого максимума. Его мозг оцепенел, так как возникла темнота - пропасть физи- ческой, но не умственной темноты. Хедрук выключил двигатель. Те- перь вокруг ничего не было, ни кораблей, ни звезд. Совсем ничего. Экраны работали, но они показывали черноту. Спустя мгновение он коснулся кнопки на пульте управления. Почти немедленно вспыхнуло слово: металл. Металл! Окруженный металлом! Это означало, что он был внутри одного из огромных чужих кораблей. Как это было сделано, предста- вляло загадку, но если Оружейники на Земле имели вибрационную пе- редающую систему, с помощью которой материальный объект мог быть послан сквозь стены на большие расстояния, тогда поглощение его спасательного судна одним из кораблей было в пределах возможного. Он, очевидно, был пленником, и в свое время узнает свою су- дьбу. Они оставили его в живых, и это означало, что они нашли в нем какую-то ценность. Хедрук оделся в космический костюм. Он чувствовал себя нап- ряженно, но решительно. Наконец, приготовившись, он открыл люк и остановился на мгновение, подумав, насколько далеко он находится от Земли, затем вышел из люка. Здесь не было гравитации, и поэтому он поплыл вниз, оттолк- нувшись от корпуса своего судна. Его фонарь посылал яркий луч вниз, высвечивая плоскую поверхность из металла, стены на неболь- шом расстоянии, резко вырисовывающиеся двери в них. Картина была естественной, даже обыкновенной. Ему нужно было попробовать все двери, и если одна откроется, пройти через нее. Первая же дверь открылась безо всяких усилий. Спустя мгновение его ошеломленный ум восстановил нервные рефлексы и он почувство- вал только сильное удивление. Он смотрел на город с высоты около двух миль. Город сверкал и сиял от скрытого источника света и был окружен садом из цвету- щих деревьев и кустов. За ним простиралась сельская местность, полная зелени, лугов и искрящихся ручьев. Все в целом мягко зак- руглялось вверх в дымку расстояния. За исключением ограниченного горизонта, это напоминало Землю. В следующий момент ошеломляющая мысль поразила Хедрука. Го- род, подумал он, земной город в корабле. Его ум не мог охватить этого. Космический корабль, который казался длиной в милю, факти- чески был по меньшей мере в пятьдесят миль и путешествовал через космос с несколькими сотнями таких же кораблей, каждый размером с планетоид и управляемый сверхсуществом. Хедрук вспомнил свою цель. Он сдерживал свои мысли на холод- ном практическом уровне, когда оценивал размеры самой большой двери. Ему показалось, что она достаточно большая. Он вернулся в спасательное судно. На мгновение у него возникли сомнения, разре- шат ли загадочные существа ему двигаться. Все зависело от того, что они хотят от него. Его сомнения прекратились, когда маленькое судно мягко скользнуло вниз, прошло через дверь и приземлилось несколькими минутами позже на окраине города. Благополучно приземлившись, он сидел, пока не утихло неприя- тное ощущение в его нервах, понимая, что именно этого они хотят от него. Не было сомнений, что над ним проводится какой-то непо- нятный эксперимент, и хотя все его предосторожности казались сме- шными, тем не менее, ими нельзя было пренебрегать. Он проверил атмосферу. Воздушное давление было немногим выше четырнадцати фу- тов, содержание кислорода - девятнадцать процентов, температура - семьдесят четыре по Фаренгейту, гравитационное притяжение - один "g". На этом он остановился, так как цифры были те же самые, что и для Земли. Хедрук снял свой космический костюм. Возможности сопротивле- ния не существовало. Существа, которые могли походя, в несколько минут, создать для него земное окружение, были неуязвимы. Он вы- шел из спасательного судна. Вокруг была тишина, перед ним прости- рались пустые улицы, покинутый город. Здесь не было ни ветерка, ни движения. Ближайшие деревья стояли в мертвом молчании, их вет- ки и листья застыли в неподвижности. Картина походила на сцену под стеклом, сад в бутылке, с его крошечной фигуркой, стоящей не- подвижно. Только он не собирался стоять здесь. Хедрук пошел к белому сверкающему зданию, широкому и длинно- му, но не очень высокому. Его стук произвел гулкий звук, и спустя мгновение он попро- бовал открыть запор. Дверь открылась сразу в вестибюль или холл, небольшую металлическую комнату. Здесь был пульт управления, кре- сло и мужчина, сидевший в нем. Хедрук остановился, когда увидел, что это был он сам, сидящий там, и что это была копия спасатель- ного судна. Хедрук напряженно приблизился, ожидая, что тело исче- знет, когда он подойдет ближе. Но оно не исчезло. Он ожидал, что его рука пройдет насквозь через это фальшивое подобие его тела, но она не прошла. Ощущение одежды было безошибочным, а плоть лица была теплой, когда он коснулся ее пальцами. Хедрук, который был в кресле, не обращал на него внимания, а продолжал смотреть на гла- вный экран пульта. Хедрук последовал за этим внимательным взглядом и вздохнул, когда увидел на экране серьезное лицо Императрицы. Итак, они вос- производили последнее появление Иннельды без звукового сопровож- дения, хотя в этот момент ее звучный голос требовал от него поса- дить спасательное судно. Он стоял, ожидая, что будет следующим номером программы, но хотя прошло несколько минут, сцена не изме- нилась. Наконец, его терпение иссякло, и он попятился назад к двери. Снаружи он остановился, поняв, как были напряжены его мускулы. Это был вымысел - то, что он видел, строго сказал он себе, сцена из памяти, воспроизведенная каким-то образом. Но почему эта сце- на? Почему не какая-нибудь другая? Он снова открыл дверь и всмотрелся внутрь. Комната была пус- та. Он закрыл дверь и быстро пошел в город, чувствуя, как тишина окутывает его. Медленно он расслабился, потому что должен был встретить лицом к лицу все, что его невидимые захватчики пригото- вили для него. Что-то в нем привлекло их интерес, и в его интере- сах было задержать их внимание до тех пор, пока он не откроет се- крета их контроля над ним. Хедрук свернул к внушительному подъезду тридцатиэтажного мраморного небоскреба. Украшенная дверь так же легко открылась, как и в первом здании, в которое он входил, не в вестибюль, а прямо в комнату. Она была больше, чем первая, в ней стояли выста- вочные стенды, а в углу сидел мужчина, вскрывающий письмо. Хедру- ка снова охватило удивление. Это был Линвудский оружейный мага- зин, а мужчина в углу - Даниэль Нилан. Сцена разговора между ним и Ниланом была готова к воспроизведению. Он шагнул вперед, чувствуя, что картина не вполне соответст- вует его памяти. Он вдруг понял, что неправильно. Нилан не читал письмо, когда они встретились в первый раз. Возможно ли, что сцена воспроизводила случившееся после? Когда он остановился позади Нилана и взглянул на письмо, ко- торое тот держал, Хедрук вдруг понял, что это действительно воз- можно. На конверте была марка марсианской почты. Это была коррес- понденция, которую Оружейные Магазины предложили переслать для Нилана, и это был Нилан после того, как они оба побывали в здании Треллиса. Но как это было сделано? Одно дело воспроизвести сцену, ко- торую они получили из его памяти, и совсем другое - сцену, в ко- торой он не участвовал и которая имела место в бесчисленных све- товых годах отсюда и почти два месяца назад. Хотя должна быть причина, почему они совершили такой подвиг для него. Он решил, что его захватчики хотят, чтобы он прочитал письмо, которое полу- чил Нилан. Он наклонился вперед, чтобы прочесть его, как вдруг в глазах замелькали пятна. Это прошло и он ощутил себя сидящим в кресле и держащим письмо. Перемена была такой внезапной, что Хедрук непро- извольно повернулся в кресле и взглянул назад. Долгие мгновения он смотрел на свое тело, которое стояло там же, застывшее в небольшом наклоне вперед с неподвижными и немига- ющими глазами. Затем он медленно осмотрел себя - одежда Нилана, руки Нилана и тело Нилана. Он начал чувствовать различие и ощу- щать мысли Нилана, интенсивный эмоциональный интерес к письму. Прежде, чем Хедрук мог привыкнуть к тому, что каким-то обра- зом его сознание было вложено в тело Нилана, тот начал читать пи- сьмо. Оно было от его брата Гила и в нем было написано: "Дорогой Дэн. Теперь я могу рассказать тебе о величайшем изобретении в ис- тории человеческой расы. Я должен был ждать до этого времени. Через несколько часов мы отправляемся, так как мы не можем допустить риска, что письмо будет перехвачено. Мы хотим поставить мир перед свершившимся фак- том. Когда мы вернемся, мы известим всех об этом, и у нас будут фильмы и другие записи для доказательства. Но перейдем к фактам. Нас семеро, возглавляемых знаменитым ученым, Дердом Керша- вом. Шестеро - ученые-специалисты. Седьмой, по имени Гриер, - не- что вроде общего помощника, который ведет журнал и записи, вклю- чает автоматическую кухню и так далее. Кершав учит его управлять кораблем, чтобы остальные были свободны от этого". Хедрук-Нилан помедлил в этом месте, чувствуя боль в душе. "Дети!" - пробормотал он угрюмо. "Взрослые дети!" Затем он поду- мал: итак, Гриер был подручным. Ничего удивительного, что он не знает техники. На мгновение Хедрук высвободил свое "я" из сознания Нилана. Он подумал, почти недоуменно: но Нилан не знал о Гриере. Как он мог думать о нем? Больше он ничего не успел подумать, так как же- лание Нилана продолжать чтение письма пересилило его волю к раз- дельному мышлению. Они читали дальше: "Я вошел в дело в результате моей статьи в Атомном журнале, которую заметил Кершав и в которой я описывал свои исследования точно вдоль линии, которая вела к его изобретению. Я могу сказать сейчас, что шансы на такое же открытие других исследователей были практически равны нулю. Оно охватывает в сво- ей сущности слишком много специальных областей. Ты знаешь, как нас учили, что имеется почти пятьсот тысяч специальных разделов науки и что, несомненно, путем умелой координации могут быть по- лучены бесчисленные новые изобретения, но ни одна известная обра- зовательная методика не может охватить даже часть этих наук, не говоря обо всех сразу. Я упоминаю это, чтобы еще раз подчеркнуть важность сохранно- сти тайны. У нас с Кершавом была беседа, и я был нанят на самых доверительных условиях. Дэн, послушай, новость абсолютно потрясающая. Мы изготовили двигатель, быстрый, как мечта. Звезды теперь завоеваны. Как толь- ко я кончу это письмо, мы отправимся к Альфе Центавра. Я чувствую себя больным и потрясенным, мне холодно и жарко при одной мысли об этом. Это грандиозно. Мир будет широко открыт. Только подумай обо всех тех людях, которые были насильно свезены на Марс, Вене- ру, различные луны, - это было необходимо, конечно, кто-то должен был жить там и добывать их богатства - но теперь есть надежда, новый шанс на более лучшие миры. Отныне человек будет распространяться без ограничений и на- вечно положит конец этим мелочным ужасным сварам по поводу част- ной собственности. С этого времени всего будет более чем достато- чно. Причина, по которой мы должны быть так осторожны, в том, что Империя Ишер будет потрясена до основания невиданной эмиграцией, которая начнется немедленно. Императрица Иннельда первой поймет это и первая попытается нас уничтожить. Мы даже не уверены, что Оружейные Магазины одобрят такую перемену. Помимо всего, они яв- ляются неотъемлемой частью социальной структуры Ишер, они обеспе- чивают контроль и равновесие и, таким образом, содействуют созда- нию наиболее стабильной правительственной системы, когда-либо изобретенной нестабильным человечеством. Поэтому, до поры до вре- мени, мы предпочитаем, чтобы они также не обнаружили наше откры- тие. Еще одна вещь. Кершав и я обсудили влияние расстояния во много световых лет на твою и мою чувствительную связь. Он думает, что скорость нашего удаления от Солнечной Системы создаст эффект внезапного разрыва ее и, конечно, будет сопровождаться страдания- ми от ускорения. Мы..." Нилан остановился в этом месте. Именно это он почувствовал тогда - страдания, затем разрыв! Гил не был мертв. Или, скорее, - мелькнула у него мысль, - Гил не умер в тот день год назад. Где- то во время путешествия Гриер... В этом месте Хедрук еще раз оторвал свое сознание от смешан- ной реакции. "Боже мой, - подумал он потрясенно, - мы части одно- го целого. Он испытывает эмоции, основанные на моей энергии, а я переживаю эти эмоции, как мои собственные. Они были бы понятны, если бы я был его братом, с которым он имел давнюю чувствительную связь. Но я не его брат. Я посторонний человек, и мы встречались только один раз". Его мысли прекратились. Возможно, для ученых чужой расы, ко- торые манипулировали их умами и телами, не было различия между Ниланом и им самим. Кроме того, большинство нервных систем у лю- дей структурно одинаково. Если оба Нилана могли "настроиться" друг на друга, тогда, очевидно, это могли сделать любые другие два человеческих существа. На этот раз Хедрук не стал оказывать сопротивления слиянию их отдельных личностей. Он ожидал, что закончит чтение письма Ги- ла. Но вместо этого письмо исчезло, и Хедрук-Нилан зажмурил гла- за, когда горячий мелкий песок хлестнул его в лицо. Он увидел, что не находится больше в оружейном магазине, и призрачный город исчез без следа. Он понял, что лежит в ровной красной пустыне под огромным палящим солнцем. Далеко с левой сто- роны через плотную дымку пыли светило другое солнце. Оно казалось намного дальше и меньше по размерам, но выглядело почти цвета крови в этом мире распыленного песка. Рядом на песке лежали дру- гие люди. Один из них с усилием повернулся - это был большой, приятной наружности мужчина, его губы двигались, но звука не было слышно. Взгляд Нилана-Хедрука упал на металлические конструкции, упаковочные ящики и пульт связи. Хедрук узнал машину для получе- ния воды. Его наблюдения были прерваны. - Гил! - вскрикнул он. - Иди скорее, - это была реакция Ни- лана. - Гил, Гил, ГИЛ! - Дэн! - донеслось откуда-то издалека. Это показалось скорее шепотом мысли в его мозгу, чем звуком. Это был усталый вздох, ко- торый пересек великую темноту. Звук возник снова, далекий, сла- бый, но ясный и направленный Нилану. - Дэн, старина, где ты? Дэн, как ты делаешь это? Я не чувст- вую связи... Дэн, я болен, я умираю. Мы находимся на уродливой планете, которая собирается подойти близко к одному из солнц Цен- тавра. Буря усилится, воздух станет горячее. Мы... о, боже!.." Разрыв был таким резким, что причинил боль, как ожег. Он был подобен удару перетянутой лопнувшей резины. Бесчисленные световые годы заполнили брешь. Хедрук понял, что "они" не присутствовали физически на той планете. Это была чувствительная связь между двумя братьями, и картина этого кошмарного мира была передана че- рез глаза Гила Нилана. Кто бы ни проделал это, он достиг фантастического контроля и понимания человеческих существ. Прошло немало времени, прежде чем Хедрук понял, что он все еще находится в оружейном магазине и все еще сжимает письмо в руках. На его глазах были слезы, но вскоре он различил письмо снова и закончил его чтение: "...Мы, вероятно, будем полностью разъединены в первый раз со времени нашего рождения. Будет ощущение пустоты и одиночества. Я знаю, ты завидуешь мне, Дэн, когда читаешь это письмо. Когда я думаю, как долго человек мечтал добраться до звезд и как снова и снова оказывалось, что это невозможно сделать, я знаю точно, как ты чувствуешь. Особенно ты, в котором живет авантюрный дух нашей семьи. Пожелай мне счастья, Дэн, и держи язык за зубами. Твоя вторая половина Гил". Когда произошла трансформация и в какой момент, Хедрук не заметил. Его первым чувством изменения было ощущение, что он не находится больше в оружейном магазине. Это не встревожило его, так как его ум был сосредоточен на мыслях и Гиле Нилане и том чу- де, которое произошло. Каким-то образом эти могущественные захва- тчики усилили почти неощутимые узы между двумя братьями и создали умственную связь через световые столетия - невероятную, мгновен- ную связь. И вместе с ними он участвовал в этом фантастическом путешес- твии. Странно, вокруг было темно. Если он не был в оружейном мага- зине, то, логически, он должен был быть в городе или где-то на корабле существ, которые захватили его. Хедрук приподнялся и по этому движению понял, что он лежит лицом вниз. Как только он двинулся, его руки и ноги запутались в сети из переплетающихся веревок. Он был вынужден ухватиться за одну из веревок, чтобы уравновесить себя. Он качался на ней в кромешной тьме. До сих пор он старался быть спокойным, изо всех сил пытаясь что-нибудь понять. Но последняя трансформация переполнила чашу. Паника поразила его подобно физическому удару. Вместо пола здесь была сеть веревок, подобно снасти на кораблях, которые плавали по земным морям в старинные времена, или подобно сети какого-нибудь кошмарных размеров паука. Его мысли остановились и холод побежал по спине. Подобно сети паука... Смутный голубоватый свет начал возникать вокруг него, и он увидел, что город действительно исчез. На его месте был неземной темно-голубой мир и паутина, мили и мили паутины. Она поднималась к далекому потолку и исчезала в сумраке. Нити простирались во всех направлениях, исчезая в полумраке как в некоем призрачном мире. И к его облегчению они сперва показались необитаемыми. У Хедрука появилось время, чтобы укрепить свой мозг против самого ужасного шока, который его высокотренированная структура когда-либо встречала лицом к лицу. Он понял, что это была внут- ренность корабля и что здесь должны быть и его обитатели. Высоко над ним вдруг что-то шевельнулось. Пауки. Он отчетли- во увидел их, огромные существа со множеством ног, и застыл от горечи. Итак, племя паукообразных существ оказалось высшим разу- мом всех времен, властелином вселенной. Внезапно, как молния, его мозг потрясла мысленная вибрация: "...Результаты негативные... Между теми существами не было физической связи... только энергия..." "Но напряжение было усилено энергией. Связь была установлена на - *** - расстояние". "Я обнаружил, что здесь не было физической связи... Холод- но". "Я просто выражал удивление, всемогущий *** (бессмысленное имя)... Здесь, несомненно, был феномен, близко связанный с посе- щением этой расы. Давай, спросим его..." "ЧЕЛОВЕК!" Мозг Хедрука, и так напряженный под тяжестью этих титаничес- ких мыслей, застонал от этой прямой волны. - Да? - наконец смог ответить он. Его голос произвел слабый звук в этом темно-голубом пространстве и был мгновенно проглочен тишиной. "ЧЕЛОВЕК, ПОЧЕМУ ОДИН БРАТ ПРОДЕЛАЛ ДЛИННОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ, ЧТОБЫ УЗНАТЬ, ЧТО СЛУЧИЛОСЬ С ДРУГИМ БРАТОМ?" На мгновение вопрос озадачил Хедрука. Казалось, что вопрос относился к тому факту, что Дэн Нилан вернулся с далекого астеро- ида на Землю, чтобы выяснить, почему оборвалась чувствительная связь с его братом Гилом. Вопрос казался бессмысленным, потому что ответ был очевиден. Они были братьями. Выросли вместе. У них было особенно близкое родство. Прежде, чем Хедрук смог объяснить эти простейшие элементы человеческой природы, в его мозгу опять раздались раскаты титанического грома: "ЧЕЛОВЕК, ПОЧЕМУ ТЫ РИСКНУЛ СВОЕЙ ЖИЗНЬЮ, ЧТОБЫ ДРУГИЕ ЧЕЛО- ВЕЧЕСКИЕ СУЩЕСТВА СМОГЛИ ОТПРАВИТЬСЯ К ЗВЕЗДАМ? И ПОЧЕМУ ТЫ ХО- ЧЕШЬ ОТДАТЬ ДРУГИМ СЕКРЕТ БЕССМЕРТИЯ?" Несмотря на растерянное состояние мыслей Хедрука, в нем на- чало возникать понимание. Эти паукообразные существа пытались по- нять эмоциональную природу человека, сами не имея способности к эмоциям. Подобно слепому, просящему объяснить ему, что такое цвет, или глухонемому, пытающемуся понять, что такое звук. Суть была та же самая. Теперь разъяснилось то, что они сделали: очевидно, бессмыс- ленное воспроизведение сцены между ним и Императрицей было пред- назначено для наблюдения его эмоций, когда он рисковал своей жиз- нью ради альтруистической цели. Таким образом и по той же причине была установлена чувствительная связь между Ниланом и им самим. Они хотели измерить и оценить эмоции в действии. Еще раз внешняя мысль прервала его: "К сожалению, один из братьев умер, разорвав связь..." "Это не является препятствием, как нет необходимости в его брате на земле теперь, когда мы установили прямую связь между на- шим пленником и мертвым братом. Главный эксперимент можно начи- нать..." "Что нужно сделать сначала?" "Дать ему свободу, конечно". Возникла непродолжительная пауза, затем мелькание. Хедрук напрягся и непроизвольно закрыл глаза. Когда он открыл их снова, он увидел, что находится в одной из своих секретных лабораторий на Земле, в той, где гигантская крыса чуть было не убила его.

Глава 12

Хедрук вскочил на ноги и осмотрел себя. На нем все еще был изоляционный костюм, который ему дал Гриер и который он надел пе- ред выходом из спасательного судна, чтобы прогуляться по "горо- ду", который паукообразные существа создали для него. Он медленно оглядел комнату, ища мельчайшие несоответствия, которые указали бы ему, что это была очередная иллюзия. Он не мог быть уверенным, хотя чувствовал себя не так, когда они манипулировали им. Тогда кругом была атмосфера нереальности. Он был подобен человеку во сне. Больше он не чувствовал этого. Он стоял, нахмурившись, вспоминая последние мысли, получен- ные от них. Одно из существ определенно указало, что ему должна быть дана свобода для следующей фазы их эксперимента. Хедрук не был уверен, что они подразумевают под свободой, потому что было ясно, что они все еще изучают его эмоциональное поведение. Но Хе- друк так часто бывал в опасности, что в конечном итоге он не поз- волил личному страху заслонить от него его цель. Тем не менее, он хотел проверить реальность своего окружения. Хедрук подошел к пульту связи в одном из кабинетов и включил канал новостей. Комментатор говорил о каких-то новых законах, об- суждаемых в Императорском Парламенте. Не было никакого упоминания о межзвездном двигателе. Если и было какое-то волнение во время его исчезновения из корабля Кершава, оно, очевидно, уже утихло. Усилия заставить Императрицу выдать секрет, казалось, были прек- ращены. Он выключил пульт и переоделся в "деловой" костюм. Он тщате- льно выбрал четыре кольцевых орудия и затем, готовый к битве, ступил через передатчик в одно из своих помещений в Столице. Он начал чувствовать себя намного лучше. В глубине мозга у него были планы эксперимента, который он собирался провести, если паукооб- разные существа попытаются снова взять контроль над ним, но он все еще беспокоился по поводу точной природы "свободы", которая была предоставлена ему. Он торопливо подошел к большому окну. Не- сколько минут Хедрук пристально смотрел на знакомый вид громадно- го мегаполиса, затем, медленно повернувшись, он подошел к пульту связи и вызвал Службу Общественных Новостей. Служба Новостей была связана с Оружейными Магазинами и обес- печивала свободное распространение информации. Девушка, которая разговаривала с Хедруком, ответила на все его вопросы, не спраши- вая его имени. От нее он узнал точно, что Императрица публично опровергла все слухи о межзвездном двигателе, и что Оружейные Ма- газины после двух недель интенсивной пропаганды внезапно прекра- тили свою кампанию. Хедрук угрюмо выключил пульт. Итак, Иннельда отбилась. Он мог понять, почему Оружейные Ма- газины прекратили оказывать давление на нее. Это привело бы к ро- сту их непопулярности, так как у них не было никаких доказа- тельств. Можно было считать само собой разумеющимся, что девянос- то процентов населения давно потеряли интерес к этому вопросу. Из тех, кто остался, большинство не знает, что делать, даже если они поверили в существование двигателя. Как кто-нибудь мог принудить правительницу Солнечной Системы раскрыть секрет? Хедрук, у которого были собственные идеи о том, как это мож- но сделать, стал еще мрачнее. У него было несколько проблем. Нуж- но было время, чтобы организовать свою кампанию, и начало его действий должно быть отложено до Дня Отдыха. Что касается паукообразных существ, они являлись неизвестным фактором, который он не мог контролировать. Он должен был дейст- вовать, как будто они не существовали. "Давай, посмотрим сейчас, - пробормотал он сам себе, - сего- дня первое октября, и завтра День Отдыха". Это потрясло его, так как означало, что у него есть всего один день, чтобы подготовиться к наиболее продолжительному физи- ческому усилию в своей карьере. Его тревожило, что приготовления были совсем непростые. Но сейчас некогда было сожалеть, что сло- жилась такая ситуация. Он вернулся в свою подземную лабораторию и начал детальное изучение большого пульта связи, который занимал весь угол его транспортной комнаты. Пульт был усеян рядами сверкающих точек, немногим более по- лутора тысяч. Понадобилось время, чтобы набрать ряд индивидуаль- ных номеров, с которыми он хотел соединиться. Семнадцать из них ответили зеленым светом. Три других мигнули красным, что означа- ло, что троих нужных людей не было на месте. Семнадцать из двад- цати - это было лучше, чем он ожидал. Хедрук выпрямился и стал смотреть на экран. - Хорошенько взгляните на меня, - сказал он. - Вы, возможно, встретитесь со мной сегодня. Он помолчал, обдумывая следующие слова. Глупо было намекать, что он говорит более чем с одним человеком. Несомненно, некоторые из слушающих его догадываются, что они не одни, но было бы ни к чему подтверждать их подозрения. Хедрук продолжал: - Ваша фирма останется открытой до завтрашнего утра. Обеспе- чьте спальные помещения, отдых и пищу для персонала. Продолжайте нормальную деятельность до обычного часа или до дальнейшего ука- зания. Служащим должна быть выплачена двадцатипроцентная надбав- ка. К вашему личному сведению, возникла аварийная ситуация, но если вам не будет дальнейших распоряжений до семи часов завтраш- него утра, считайте вопрос закрытым. Между тем, прочтите пункт 7 статуса вашей фирмы. Это все. Он щелкнул выключателем пульта и скривился, взглянув на ча- сы. По крайней мере, должно было пройти тридцать минут между зво- нком и его физическим появлением. Другого пути не было. Невозмож- но было появиться лично через минуту после сообщения. Оно должно было вызвать достаточно большую сумятицу и без дополнительного осложнения от его немедленного прибытия. Кроме того, он должен был приготовить и проглотить увеличи- тель. Он стоял, обдумывая последствия сделанного звонка. Некото- рые из исполнителей вряд ли подчинятся сразу. Он уже давно соби- рался принять меры к некоторым из них. Они слишком долго были бо- льшими боссами. Его политика позволять одной семье управлять фир- мой целые поколения, просто делая взносы в центральный фонд при отсутствии дополнительного контроля, со временем ослабляла его авторитет. Этому нельзя было помочь. Контроль над таким множест- вом людей был практически невозможен. Через полчаса, пройдя через передатчик, Хедрук оказался в сверкающей конторе. На двери, к которой он подошел, была надпись: ДЕЛОВАЯ КОРПОРАЦИЯ Собственность - триллионы кредитов Помещение Президента И.Т.Тринера Посторонним вход воспрещен С помощью своего кольца Хедрук привел в действие секретный механизм двери. Он прошел внутрь мимо хорошенькой девушки за бо- льшим столом, которая попыталась остановить его. Лучи его кольца автоматически открыли вторую дверь. Он вошел в большую комнату. Крупный мужчина с бледным лицом и бесцветными глазами поднялся из-за огромного стола и уставился на него. Хедрук не обращал на него внимания. Одно из его колец, кото- рое он надел на палец, громко зазвенело. Он медленно повел кругом рукой. Когда звонок прекратился, камень кольца указывал прямо на стену позади стола. Хорошо замаскировано, подумал восхищенно Хедрук. Ничто на стене не показывало, что за ней был спрятан большой излучатель; без своего кольца он никогда бы не обнаружил его. У него мелькнула холодная и быстрая мысль, что данное откры- тие только подтверждает его мнение об этом человеке. Частная ис- тория фирмы Тринера показывала, что он был не просто эгоистичным и безжалостным - обычная черта в век гигантских монополий, и не просто аморальным - сотни тысяч граждан Ишера совершили так же много убийств, как и Тринер, но различие в их мотивах было подоб- но различию между правдой и ложью. Тринер был похотливым негодя- ем, распутной дрянью, самим воплощением зла. Мужчина прошел вперед с протянутой рукой и сердечной улыбкой на лице. Он сказал радостным тоном: - Я не знаю, верить в вас или нет, но, во всяком случае, я хочу выслушать. Хедрук пошел навстречу протянутой руке, как бы для того, чтобы пожать ее. Но в последний момент он шагнул мимо мужчины и в одно мгновение уселся в кресло за большим столом. Он смотрел на испуганного исполнителя, размышляя угрюмо: "Тринер хочет погово- рить, не так ли? Но сперва пусть он получит урок бесцеремонности с подчеркиванием факта, что в мире есть более жестокие люди, чем И.Т.Тринер". Хедрук вежливо сказал: - Прежде, чем вы сядете в это кресло, мистер Тринер, прежде, чем мы поговорим, я хочу, чтобы ваш персонал начал выполнять ра- боту, которую вы собираетесь сделать для меня. Вы слушаете? Насчет этого не было сомнений. Тринер был шокирован, рассер- жен и смущен. Он не выглядел трусом. Хедрук и не ожидал страха. Выражение лица тринера показывало осторожность, смешанную с удив- лением. Он спросил: - Что вы хотите, чтобы было сделано? Хедрук вытащил сложенный листок бумаги из своего кармана. - Здесь, - сказал он деловито, - названия пятидесяти горо- дов. Я хочу, чтобы вся моя собственность в этих городах была пе- речислена с привязкой к авеню и улицам. Не имеет значения, в чем она заключается. Дайте только номера домов и улиц - два, четыре, шесть, восемь и так далее. Вы поняли? - Да, но... - Тринер выглядел озадаченным. Хедрук оборвал его. - Отдайте приказ. - Он посмотрел на мужчину сузившимися гла- зами, затем наклонился вперед. - Я надеюсь, Тринер, что вы пере- читали пункт семь вашего статуса? Но послушайте, этот пункт был учрежден почти тысячу лет на- зад. Вы не имеете в виду... - Вы можете обеспечить этот список или нет? Тринер вспотел. - Я думаю, да, - сказал он в конце концов. - Я не знаю, я посмотрю. Он внезапно напрягся и добавил сквозь стиснутые зубы: - Проклятие, вы не можете прийти сюда просто так и... Хедрук понял, что он уже достаточно прижал Тринера. - Отдайте приказ, - мягко сказал он. - Затем мы поговорим. Тринер поколебался. Он был потрясен, но через некоторое вре- мя, должно быть, догадался, что может всегда отменить любые свои инструкции. Он сказал: - Я использую пульт за столом. Хедрук кивнул и стал наблюдать, пока приказ не был передан помощнику шефа. После этого Тринер натянуто улыбнулся Хедруку. - В чем дело? - спросил он доверительным тоном. - Зачем это все? Хедрук сидел, холодно размышляя. Итак, управление орудием было в столе, где-то рядом с крес- лом Тринера. Хедрук задумчиво изучал обстановку. Он сидел за сто- лом спиной к орудию. Тринер был слева от него. Дверь, ведущая в приемную, была в пятидесяти футах, и за ней сидела секретарша. Стена и дверь защитят ее. Любой, кто входит, должен был бы держа- ться левее, предпочтительно позади и рядом с Тринером. Хедрук ки- внул с удовлетворением. Его взгляд не отрывался от Тринера. Нако- нец, он произнес: - Я собираюсь рассказать вам все, Тринер. - Это должно было разжечь любопытство мужчины и сдержать его нетерпение. Хедрук продолжал: - Но сперва я хочу, чтобы вы сделали еще одну вещь. У вас здесь есть помощник по имени Ройан. Попросите его прийти сюда. После того, как я поговорю с ним, у вас будет лучшее представле- ние, оставлять его в фирме или нет. Тринер озадаченно посмотрел на него. Он поколебался, затем отдал краткое распоряжение через пульт. Очень явный, звучный го- лос пообещал немедленно прийти. Тринер выключил пульт и наклонился вперед в кресле. - Итак, вы человек, скрытый за этим таинственным настенным экраном, - выжидающе сказал он. Он махнул рукой на экран за своей спиной, затем неожиданно произнес напряженным голосом: - Не стоит ли Императрица за вами? Не дом ли Ишеров владелец этой фирмы? - Нет! - твердо ответил Хедрук. Тринер выглядел разочарованным, но сказал: - Я склонен поверить этому. Дом Ишеров нуждается в деньгах и слишком постоянно, чтобы позволить сокровищу вроде этой фирмы произрастать так спокойно. - Да, это не Ишер, - ответил Хедрук и увидел смутное выраже- ние, появившееся на лице Тринера. Подобно многим людям до него, Тринер не осмеливался выступать против тайного владельца фирмы до тех пор, пока существовала вероятность, что владельцем была импе- раторская семья. Сейчас Хедрук обнаружил, что опровержение только увеличило сомнения честолюбца. Раздался стук в дверь и вошел человек около тридцати пяти лет, крупного телосложения и с энергичными манерами. Его глаза немного расширились, когда он увидел, как рассажены люди в этой комнате. Хедрук сказал: - Вы Ройан? - Да. Молодой человек вопросительно посмотрел на Тринера, но тот не поднял головы. Хедрук показал на настенный экран. - Вас информировали раньше о значении этого пульта связи? - Я читал статус корпорации, - начал Ройан, затем вдруг за- молчал. Понимание забрезжило в его глазах. - Вы не тот... - Давайте, - сказал Хедрук, - не будем устраивать представ- ление! Я хочу задать вам вопрос, Ройан. - Да? - Сколько денег, - Хедрук произнес отчетливо, - изъял из фи- рмы Тринер за последний год? Послышался шумный вздох Тринера, затем тишина. В конце кон- цов, Ройан тихо засмеялся почти мальчишеским смехом и сказал: - Пять биллионов кредитов, сэр. - Немного чересчур, не правда ли, - спокойно произнес Хед- рук, - для жалования. Ройан кивнул. - Я не думаю, что мистер Тринер считает себя на жаловании, скорее - владельцем. Хедрук увидел, что Тринер уставился на стол, а его правая рука незаметно движется к маленькой статуэтке. Хедрук сказал: - Идите сюда, Ройан. Он показал рукой и подождал, пока молодой человек не занял позицию слева от Тринера, а затем включил кольцевое управление своего увеличителя. Увеличение было небольшим, всего на дюйм вок- руг. Оно производило физический эффект в небольшом распухании грудной клетки. Что было важнее, увеличение изменяло структуру его "делового" костюма и его собственного тела. Оба становились фактически такими же неразрушимыми, как и Оружейные Магазины. Все, что произошло с ним после его бегства от Оружейников, было результатом того, что он не мог надеть этот костюм, отправ- ляясь в оружейный магазин. Хедрук почувствовал жесткость своего тела, его голос замед- лился, когда он заговорил: - Я должен сказать, что жалование было слишком высоким. Оно должно быть снижено до пяти миллионов. Тринер издал невнятный звук, но Хедрук продолжал говорить Ройану медленным металлическим голосом: - Даже несмотря на свою подчиненную структуру, фирма приоб- рела незавидную репутацию за бесцеремонность и из-за привычки ее президента хватать на улице хорошеньких женщин и тащить их в раз- личные секретные апартаменты. Он увидел последнее движение, каким Тринер схватил статуэт- ку. Хедрук поднялся, когда Ройан выкрикнул предупреждение. Огонь орудия уничтожил кресло, в котором сидел Хедрук, расп- лавил металл стола и опалил потолок. Но пламя не было настолько ярким, чтобы Хедрук не заметил вспышку бластера Ройана. Спустя мгновение последовательность событий стала ясной. Тринер, приведя в действие орудие, выстрелил в Хедрука, затем резко повернулся и вытащил свой внушительный бластер с намерением убить Ройана. Но Ройан, использовав защитную модель Оружейных Магазинов, выстрелил первым. Там, где был Тринер, сейчас была только искрящаяся пыль, ко- торая мгновенно редела, так как мощные насосы автоматически вклю- чаемые вместе с орудием, продували свежий воздух через комнату настолько быстро, что объем воздуха в комнате сменялся около пяти раз в секунду. В комнате стояла тишина. - Я не пойму, - сказал Ройан, - как вы остались живы? Хедрук выключил свой увеличитель и торопливо произнес: - Вы теперь новый президент компании, Ройан. Ваше жалование - пять миллионов кредитов в год. Какое образование вы даете ваше- му сыну? Ройан восстанавливал самообладание быстрее, чем ожидал Хед- рук. - Обычное, - ответил он. - Измените курс. Оружейные Магазины недавно опубликовали по- дробности нового курса, который пока еще не очень популярен. Он включает усиление моральных качеств. Но теперь... Когда будет го- тов перечень, который Тринер приказал сделать для меня? Или вы не знаете об этом? Смена темы разговора, казалось, опять ошеломила Ройана, но он справился с собой. - Не раньше шести. Я... Хедрук оборвал его. - Вы испытаете некоторое потрясение завтра, Ройан, но пере- несите его. Не теряйте головы. Мы вызвали гнев могущественной се- кретной организации. Нам будет дан урок. Произойдут большие раз- рушения нашей собственности, но ни при каких обстоятельствах не проговоритесь никому, что это наша собственность, и не начинайте восстановительных работ раньше, чем через месяц, или до дальней- шего указания. Он закончил мрачным тоном: - Мы должны перенести наши потери молча. К счастью, завтра - День Отдыха. На заводах не будет людей. Но помните - ЭТОТ ЛИСТ ДОЛЖЕН БЫТЬ ГОТОВ К ШЕСТИ ЧАСАМ! Он внезапно покинул комнату. Ссылка на секретную организацию годилась, как любая другая история, и, когда гигант начнет свои действия, все их несоответствия померкнут перед ужасающей дейст- вительностью. Но сперва, сейчас, еще несколько посещений, какие- нибудь из легких, затем поесть, затем высокомерный Ненсен, затем другие необходимые действия. Он убил Ненсена простым методом отражения энергии бластера Ненсена на него самого спустя час. Некогда неукротимый Лисли ока- зался безвредным старым человеком, который быстро покорился судь- бе, когда увидел, что Хедрук не склонен затягивать беседу. У дру- гих людей препятствием, которое нужно было преодолеть, являлось любопытство и умственная инерция. В четверть седьмого следующим утром Хедрук принял стимуля- тор, витамины и лег на полчаса, чтобы дать им возможность подбод- рить свое ослабевшее тело. Он съел обильный завтрак и около восьми часов отрегулировал увеличитель своего "делового" костюма на полную мощность. День Гиганта настал.

Глава 13

За несколько минут перед объявлением первых новостей Иннель- да холодно спрашивала: - Почему вы всегда нуждаетесь в деньгах? Куда они идут? Наш годовой бюджет - астрономические суммы, а все, что я когда-либо видела, так это заявления, что такая-то часть идет на одно ведом- ство, другая часть - на другое, и так далее до конца. Солнечная Система богата свыше любой оценки, годовой оборот денег составля- ет сотни биллионов кредитов, и все-таки у правительства нет де- нег. В чем дело? Задержка в поступлении налогов? В ответ была тишина. Министр финансов беспомощно оглядел длинный кабинетный стол. В конце концов, его взгляд остановился на лице принца дель Куртина. Глаза министра заблестели молчаливым призывом. Принц поколебался, затем сказал: - Эти собрания кабинета становятся однообразными. Ваше Вели- чество, все мы молчим, пока вы браните нас. В последние дни у вас вечно недовольный вид и тон жены, которая, растратив деньги свое- го мужа, ругает его за то, что у него нет больше. До нее не сразу дошло значение этих слов. Она настолько при- выкла к откровенному разговору с кузеном наедине, что не сразу осознала, что это замечание было сделано во время официального собрания кабинета, так как была слишком сосредоточена на своих собственных словах. Она сердито продолжила: - Я устала от разговоров, что у нас нет денег для обычных затрат правительства. Затраты Императорского Дома являются неиз- менными целые поколения. Любая частная собственность, которую я имею, содержится на свои прибыли. Мне говорили не раз, что наши налоги повышены до предела, и что бизнесмены горько жалуются на их тяжесть. Если эти хитрые бизнесмены проверят свои книги, они обнаружат, что имеется другая, менее очевидная утечка их ресур- сов. Я ссылаюсь на контрибуции этой наглой незаконной Организации Оружейных Магазинов, которая облагает налогом эту страну так же тяжело, как и законное правительство. Их притворство, что они то- лько продают оружие, является одним из величайших обманов. Их хи- трый метод заключается в получении поддержки рвачей среди бездум- ных масс. Всем известно, что нужно просто выдвинуть обвинение, что деловая фирма надула нас, и тайные суды Оружейных Магазинов вынесут решение в вашу пользу. Возникает вопрос: когда законная прибыль становится надувательством? Это чисто философская пробле- ма, которая может обсуждаться бесконечно. Но эти суды Оружейников слишком легко определяют сумму штрафа - утраивая ущерб - отдавая половину денег обвинителю и оставляя другую половину себе. Я го- ворю вам, джентльмены, мы должны начать кампанию. Мы должны убе- дить бизнесменов, что Оружейные Магазины - большая тяжесть для них, чем правительство. Ханжеские Оружейники будут выставлены во- рами, какими они, фактически, и являются. Она остановилась, перевела дыхание и вспомнила, что ей ска- зал ранее принц дель Куртин. Она нахмурилась. - Итак, я кажусь сварливой женой, не так ли, кузен? Растра- тив все деньги любимого мужа, я... Она резко замолчала, так как вдруг вспомнила выражение обле- гчения, которое появилось на лицах членов кабинета после замеча- ния принца. В одно мгновение она осознала то, что ранее не дошло до нее, а именно, что она была лично обвинена перед всем кабине- том. - Будь я проклята! - взорвалась она. - Итак, я за все ответ- ственна. Я трачу государственные деньги, как безответственная же- нщина... Еще раз она перевела дыхание и уже собралась продолжить, ко- гда ожил экран позади ее кресла. - Ваше Величество, срочное сообщение только что пришло со Среднего Запада. Гигантское человеческое существо в сто пятьдесят футов высотой разрушает деловые кварталы в городе Денар. - Что? - Если вы хотите, я покажу сцену. Гигант медленно отступает перед атакой подвижных частей. - Не нужно. - Ее голос был холоден и резок. Она закончила свой вежливый ответ: - Это, должно быть, какая-то роботоподобная машина, построенная сумасшедшим, и флот сможет справиться с ней. Я не могу уделять внимание этому вопросу в данный момент. Доложи- те позже. - Хорошо. Во время последовавшего молчания она сидела, как статуя, с неподвижным лицом и горящими глазами. Наконец, она прошептала: - Не может ли это быть какой-нибудь новой акцией Оружейных Магазинов? Она поколебалась, затем решительно отодвинула в уме то, что случилось. Ее мысли вернулись к теме, о которой она говорила пе- ред тем, как ее прервали. Ее слова содержали скрытое обвинение: - Принц, я правильно поняла, что вы публично возлагаете на меня ответственность за финансовые затруднения правительства? Принц холодно ответил: - Ваше Величество, вы неправильно поняли мои слова. Я указал на то, что эти собрания кабинета стали ничем иным, как сварливыми вечеринками. Ответственность перед парламентом несут различные министры, и нет никакой пользы в чрезмерном критицизме. Императрица пристально посмотрела на него и поняла, что он не имеет намерения добавить что-либо к своему первоначальному за- явлению. Она сказала быстро: - Значит, вы не считаете мое предложение проинформировать бизнесменов о воровстве, о воровской тактике Оружейных Магазинов - вы не рассматриваете его, как конструктивное? Принц так долго молчал, что она резко спросила: - Ну, да или нет? Он погладил подбородок, затем посмотрел прямо на нее. - Нет! - ответил он. Она уставилась на него широко открытыми глазами, так как это было сказано перед всем кабинетом. - Почему нет? - спросила она в конце концов своим самым бла- горазумным голосом. - Это могло бы по крайней мере уменьшить об- винения против нас, что налоги слишком высоки. - Если это сделает вас счастливее, - ответил принц дель Кур- тин, - вероятно, не будет вреда в том, чтобы начать такую пропа- гандистскую кампанию. Иннельда снова стала холодной. - Кампания на имеет ничего общего с моим счастьем, - резко сказала она. - Я думаю только о государстве. Принц дель Куртин молчал, и она смотрела на него пристально, с растущей решимостью. - Принц, - сказала она серьезно. - Вы и я кровно связаны. Мы хорошие друзья, но у нас имеются резкие разногласия по многим во- просам. Как бы то ни было, сейчас вы намекнули, что я позволяю своим частным интересам влиять на мою ответственность перед госу- дарством. Конечно, я всегда считала само собой разумеющимся, что у одного человека не может быть двух лиц, и что каждый его посту- пок отражает в некоторой степени его убеждения. Что заставило вас вдруг произнести заявление с такими намеками? Ну, я жду. - Вдруг - не совсем точное слово, - сухо ответил принц. - Больше месяца я сижу здесь, выслушиваю с растущим удивлением ваши нетерпеливые тирады. И я задаю себе один вопрос. Хотите знать, какой? Женщина заколебалась. Ответ принимал оборот, который обеспо- коил ее. Она решилась: - Скажите. - Вопрос, который я задал себе, - сказал принц дель Куртин, - был: что раздражает ее? К какому решению она пытается прийти? Ответ на него не сразу очевиден. Мы все знаем о вашей одержимости Оружейными Магазинами. Вы всегда готовы потратить огромные суммы правительственных денег на какие-нибудь действия против них. Один такой случай произошел несколько лет назад и стоил столько денег, что за него расплатились только в прошлом году. Затем, несколько месяцев назад, вы начали делать мне загадочные намеки и в конце концов попросили кабинет утвердить большую сумму денег на предп- риятие, которое вы не назвали ни тогда, ни до сих пор. Внезапно флот был распущен и появилось обвинение Оружейников, что вы скры- ваете межзвездный двигатель. Мы финансировали контрпропаганду, и дело на этом закончилось, хотя потраченные суммы были колоссаль- ны. Я все же хочу узнать, почему вы сочли необходимым создание стомиллионозарядных энергетических орудий стоимостью один биллион восемьсот миллионов кредитов каждое? Пожалуйста, поймите меня правильно. Я прошу вас объяснить это. Я заключил из некоторых ва- ших замечаний, что инцидент благополучно завершился. Остается все же вопрос: почему вы не удовлетворены? Что неправильно? Я решил, что проблема является не внешней, а внутренней, личной, а не по- литической. Чувство пустоты возникло внутри Императрицы. Но все-таки она не догадывалась, к чему он ведет. Она поколебалась, но промолча- ла. Принц продолжал: - Иннельда, вам тридцать два года. И вы не замужем. Ходят слухи - простите за упоминание - что вы имеете любовников сотня- ми, но я знаю достоверно, что эти слухи ложные. Соответственно, говоря прямо, сейчас чертовски подходящее время для вас выйти за- муж. - Не хотите ли вы предложить, - сказала она немного неестес- твенным голосом, - чтобы я созвала всех молодых людей страны, чтобы они совершили поступки отчаянной храбрости, а я выйду замуж за того, кто сделает лучший сливовый пудинг? - Это совсем не нужно, - ответил принц спокойно. - Вы уже полюбили. За столом возникло шевеление. Улыбки. Дружеские лица. - Ваше Величество, - начал один мужчина, - это самая лучшая новость, которую я услышал. - Он, должно быть, заметил выражение ее лица, потому что запнулся и замолчал. Она сказала: - Принц, я удивлена. И кто же этот счастливый молодой чело- век? - Возможно, один из самых ужасных людей, каких я встречал, но очаровывающий своей жизненной силой и вполне достойный вашей руки. Он пришел во дворец около восьми месяцев назад, и вы сразу увлеклись им, но, к несчастью, из-за его прошлой жизни, в полити- ческом смысле, в вашем уме возник кофликт между естественными же- ланиями и вашей одержимостью. Она догадалась теперь, о ком он говорит, и попыталась опере- дить его: - Конечно, вы не имеете в виду молодого человека, которого я приказала повесить два месяца назад, но потом помиловала. Принц дель Куртин улыбнулся. - Я признаюсь, что ваши горячие слова немного озадачили ме- ня, но в действительности они просто еще одна грань конфликта, происходящего в вашем уме. Иннельда холодно ответила: - Я, кажется, припоминаю, что вы не очень возражали против приговора. - Я был приведен в замешательство и, так как я внутренне ра- сположен к вашей персоне, ваши аргументы против него подействова- ли на меня. Только впоследствии я понял, что к чему. - Не думаете ли вы, что я была неискренна, отдавая приказ? Принц ответил: - В этом мире люди постоянно уничтожают тех, кого любят. Они даже совершают самоубийства, уничтожая таким образом того, кого они любят больше всех. - И что это имеет общего с конфликтом, который происходит в моем уме и из-за которого я стала сама не своя? - Два месяца назад вы говорили мне, что сообщили капитану Хедруку... - она медленно напряглась, когда впервые было упомяну- то это имя, - ...что вы пригласите его назад во дворец через два месяца. Время прошло, а вы не можете позволить себе сделать это. - Вы подразумеваете, что моя любовь потускнела? - Нет, - он был терпелив. - Вы неожиданно поняли, что приг- лашение будет поступком более значительным, чем вы представляли себе, когда в первый раз назвали этот срок. В вашем уме это будет равносильно признанию, что ситуация является точно такой, как я изложил. Иннельда встала. - Джентльмены, - сказала она со слабой терпеливой улыбкой. - Все это явилось открытием для меня. Я уверена, что мой кузен же- лает не добра, и некоторым образом замужество может явиться очень подходящим для меня. Но я сознаюсь, что я никогда не думала о ка- питане Хедруке, как о персоне, которая должна будет слушать мое ворчание весь остаток своей жизни. К несчастью, имеется другая причина, почему я колеблюсь выходить замуж, и, таким образом, третий конфликт должен быть добавлен к двум, упомянутым принцем. Я... - Ваше Величество, Совет Оружейников только что опубликовал заявление в связи с гигантом. Иннельда села. Она почувствовала смутное потрясение от мыс- ли, что она забыла о безумном титане с его кажущейся бессмыслен- ной программой уничтожения. Сейчас она ухватилась за край длинно- го стола. - Я получу копию позже, - сказала она. - В чем суть? После паузы другой, более низкой голос произнес: - Только что Советом Оружейников было опубликовано специаль- ное заявление, осуждающее действия стопятидесятифутового гиганта, разрушающего сейчас деловые районы городов Денар и Лентон. Ору- жейники заявляют, что слух о том, что гигант является машиной Оружейных Магазинов - абсолютно ложный, и они подчеркивают, что сделают все, чтобы помочь пленить гиганта. Как было доложено ра- нее, гигант... Она выключила экран быстрым движением пальцев. - Джентльмены, - сказала она, - я думаю, что вам всем лучше вернуться в свои министерства и оставаться там. Государство в опасности, и на этот раз, - она посмотрела на кузена, - ситуация не является продуктом каких-либо расчетов с моей стороны. - Она встала. - Всего хорошего, джентльмены. Как было принято, члены кабинета оставались на своих местах до тех пор, пока она не покинула комнату. Когда она вернулась в свои апартаменты, она подождала неско- лько минут, а затем позвонила принцу дель Куртину. Его лицо поя- вилось на экране почти немедленно, глаза смотрели вопросительно. - Сумасшедший? - спросил он. - Конечно, нет. Вы лучше знаете, - у нее вырвались слова: - Дель, есть какая-нибудь информация о том, чего хочет гигант? - Он хочет получить межзвездный двигатель. - О! Тогда это Магазины. Принц покачал головой. - Я не думаю так, Иннельда, - сказал он серьезно. - Они опу- бликовали второе заявление несколько минут назад, очевидно, по- няв, что их пропаганда шестью неделями ранее будет связана с ги- гантом. Они снова повторили свое требование, чтобы вы отдали дви- гатель, но отрицают всякую связь с гигантом и еще раз предлагают помочь пленить его. - Их отрицание кажется смехотворным. - Иннельда, если этот гигант продолжит разрушение, вы должны будете предпринять что-нибудь еще, кроме обвинений Оружейных Ма- газинов. - Вы придете на завтрак? - спросила она. - Нет, я собираюсь в Денар. Она с волнением посмотрела на него. - Будь осторожен, Дель. - О, у меня нет намерения быть убитым. Она внезапно рассмеялась. - Я уверена в этом. Вы скажете мне потом, что заставило вас отправиться туда. - Это не секрет. Меня пригласил флот. Я думаю, что они хотят иметь ответственного свидетеля усилий, которые они предпринимают, чтобы их впоследствии не обвинили в недостаточном старании. - Он закончил: - Пока. - До свидания, - сказала Иннельда и выключила экран. Она чувствовала себя усталой и поэтому прилегла на часок. И, должно быть, заснула, так как очнулась от звука своего личного пульта связи. Это был принц дель Куртин, выглядевший очень встре- воженным. - Иннельда, ты продолжаешь следить за действиями гиганта? Она почувствовала внезапную опустошенность. Ей все еще труд- но было понять, как такая угроза возникла из ничего, только этим утром, и теперь угрожала самой природе вещей Ишера. Она произнес- ла наконец: - Имеется что-нибудь особенное? Я была занята. - Тридцать четыре города, Иннельда. Хотя только один человек был убит, и то случайно. Но послушай об этом. Это не шутка, это серьезно. Континент начинает закипать, как разворошенный муравей- ник. Он уничтожает только маленькие предприятия, оставляя нетро- нутыми большие компании. Волна слухов ходит по этому поводу, и я не думаю, что какая-либо пропаганда поможет. - Он закончил: - Что ты скажешь по поводу спрятанного межзвездного двигателя? Есть в этом какая-нибудь правда? Она поколебалась. - Почему ты об этом спрашиваешь? - Потому, - сказал он мрачно, - что если это правда, и если поэтому появился гигант, тогда ты лучше начни думать серьезно о раскрытии секрета со всей возможной любезностью. Ты не сможешь выстоять еще один День Гиганта. - Мой дорогой, - сказала она холодным решительным тоном. - Мы выдержим сотню дней, если понадобится. Если межзвездный двига- тель будет создан, Дом Ишеров будет бороться против него! - Почему? - Потому, - с убежденной силой сказала она, - что наше насе- ление разлетится по всем направлениям. Через двести лет возникнут тысячи новых королевских фамилий и независимых правительств, пра- вящих сотнями планет, объявляя войны, как короли и диктаторы ста- рых времен. И из всех людей они будут сильнее всего ненавидеть древний Дом Ишеров, чье живое присутствие будет делать их громкие претензии смехотворными. Жизнь на Земле станет одной длинной се- рией войн против других звездных систем. - Она продолжала напря- женно: - Может показаться глупым думать о ситуации, какой она бу- дет через двести лет, но семья, подобная нашей, которая правит непрерывно более чем сорок семь веков, научилась думать в масшта- бах столетий. Когда-нибудь, когда будет разработан административ- ный метод контроля звездной эмиграции, мы сможем одобрить изобре- тение такого двигателя. До тех пор... - Она остановилась, потому что он кивал с задумчивым видом. - Ты права, конечно. Эта мысль не пришла мне в голову. Нель- зя допустить такой хаос. Но наше положение становится серьезным, серьезнее с каждым часом, Иннельда. Позволь мне сделать предложе- ние? - Да. - Ты можешь быть шокирована. Крошечная морщинка появилась на ее лбу. - Продолжай. - Ладно, слушай. Оружейным Магазинам на руку деятельность гиганта, и в то же самое время они осуждают гиганта. Давай, испо- льзуем это. - Что ты имеешь в виду? - Позволь мне вступить в контакт с ним. Мы должны обнаружить людей, стоящих за этим гигантом. - Ты подразумеваешь, работать вместе с ними? - Она почти кричала. - После трех тысяч лет вражды Императрица Ишер просит помощи Оружейников? Никогда! - Иннельда, гигант в данный момент уничтожает город Лэйкси- ди. - О! Она замолчала. В первый раз она почувствовала испуг. Велико- лепный Лэйксиди, второй после Столицы город по красоте и богатст- ву. Она попыталась представить сверкающего гиганта, сокрушающего прекрасный город. И медленно кивнула в знак согласия. Больше не было никаких сомнений - за один короткий день гигант стал наибо- лее важным фактором в развороченном мире. Затем она заколебалась. - Принц! - Да? - Капитан Хедрук оставил мне адрес. Попытайтесь связаться с ним и попросите его явиться во дворец вечером, если возможно. Кузен посмотрел на нее задумчиво, потом сказал просто: - Какой адрес? Она дала адрес, затем села, заставив себя расслабиться. Она вдруг поняла, что приняла два важных решения. Было без пяти минут пять, когда автоматически переданное со- общение от Императрицы достигло Хедрука. Просьба, чтобы он явился во дворец, испугала его. Трудно было поверить, что Иннельда так запаниковала насчет будущего Дома Ишеров. Он закончил свою разрушительную кампанию и вернулся в тайную лабораторию. Прибыв туда, он настроился на секретную волну Совета Оружейников или, скорее, на волну, которую они считали секретной, и, изменив голос, сказал: - Члены Совета Оружейников, я уверен, что вы уже поняли, ка- кое большое преимущество для ваших собственных целей дает то, что делают гиганты. Хедруку казалось, что он должен подчеркнуть существование более чем одного гиганта. Оружейные Магазины слишком хорошо зна- ли, что нормальное человеческое существо платит пятью годами жиз- ни за каждые тридцать минут в увеличенном состоянии. Он продолжал настойчиво: - Гигантам нужна немедленная помощь. Оружейники должны про- должить дело, послав добровольцев играть роль гиганта по пятнад- цать минут или полчаса. Они не должны разрушать, но их присутст- вие даст эффект непрерывности. Также важно, чтобы Магазины возоб- новили в полную силу пропаганду, чтобы заставить Императрицу вы- дать секрет межзвездного двигателя. Важно, чтобы первый гигант появился уже этим вечером. Ради прогрессивных сил человечества, не отказывайтесь. Он все еще был в своем укрытии, когда появился первый из ги- гантов, настолько быстрым был отклик. Даже слишком быстрым. Он выказывал частные планы, и у Хедрука не было сомнений, что эти планы включают решимость раскрыть личность, которая узнала их се- креты. Он даже готов был поверить, что они знают, кто она. Соответственно, настало время использовать одно из его тай- ных изобретений. Следующие двенадцать часов будут решающими, и самым главным вопросом было, позволят ли паукообразные существа использовать их.

Глава 14

Длинная улица, знаменитая Авеню Счастья мерцала, как драго- ценность, когда Гениш проходил по ней. Миля за милей драгоценнос- тей, расплывающихся в отдалении в дымку белого и других цветов. Вывески сияли выгравированными светом словами: ПОБЕДИ ФОРТУНУ придешь с десятью кредитами - уйдешь с миллионами ТВОРЕЦ АЛМАЗОВ 10 000 алмазов в сверкающем интерьере ИСПЫТАЙ СВОЕ СЧАСТЬЕ СРЕДИ АЛМАЗОВ и множество других вывесок такого же типа, пока Гениш шел дальше: РУБИНОВЫЙ ДВОРЕЦ - ЗОЛОТОЙ ДВОРЕЦ - ИЗУМРУДНЫЙ ДВОРЕЦ - сре- ди менее красочных сооружений. Наконец, он пришел к своей цели: ИМПЕРИЯ СЧАСТЬЯ ставки хоть пять пенни без ограничений А-человек помедлил, мрачно улыбаясь. Хорошо, что Императрица выбрала для свидания место, где развлекалась масса народа. Он до- лжен узнать от нее, где находится Хедрук, вытянуть эту информацию из нее и сохранить свою жизнь. Гениш рассматривал толпы молодых людей, которые входили и выходили из грохочущего здания. Их смех, звонкие молодые голоса усиливали великолепие сверкающей ночи. Все казалось нормальным, но он стоял с привычным терпением, приглядываясь к лицам, которые двигались мимо, оценивая характеры праздношатающихся по выражению их лиц, и вскоре понял ситуацию. Тротуары кишели агентами имперс- кого правительства. Гениш постоял угрюмо. Совет Оружейников настаивал, чтобы ме- сто встречи было публичным. Конечно, понятно, что правительствен- ной секретной полицией будут приняты все меры предосторожности и что Ее Величество не очень хочет, чтобы стало известно о ее кон- тактах с Оружейными Магазинами - через такое короткое время после появления гиганта. Встреча была назначена на 20.30. Сейчас было - Гениш взглянул на часы - ровно 19.55. Он остановился, где был, с растущим чувством тяжести на душе из-за того, что его долгом было попытаться поймать в ловушку Хед- рука. Судя по его сообщению, он был человеком, стоящим за гиган- том. Эта мысль была абсолютно убедительной и, как казалось Гени- шу, полностью оправдывающей страхи Совета. Хедрук показал своими действиями, что он очень опасен, и поскольку он не сделал никаких попыток объяснить свои цели, когда для этого была возможность, он должен был считаться виновным согласно приговору. Было немыслимо, чтобы человеку, обладающему основными секре- тами Оружейных Магазинов, можно было позволить оставаться на сво- боде. И если, как считал Совет, Императрица знает, где он находи- тся, эта информация должна быть хитроумно извлечена во время встречи, которую она сама предложила. Его друг Хедрук должен уме- реть. А пока он лучше зайдет внутрь и оглядится. Изнутри помещения здания искрились садами, фонтанами и меха- ническими играми. Оно было больше, чем казалось снаружи, длиннее и шире, и было наполнено мужчинами и женщинами. Многие женщины были в масках. Гениш кивнул сам себе с пониманием. Императрица будет просто еще одной женщиной в маске. Он остановился перед иг- рой, которая казалась вся объятой пламенем. Струя неистово свер- кающих чисел окружала бархатную черноту широкого стола. А-человек задумчиво пронаблюдал несколько розыгрышей, пыта- ясь каждый раз вникнуть в общую структуру игры своими сверхтрени- рованными способностями мозга. Наконец, он поставил по десять кредитов на три номера. Огонь замедлил свое вращение и стал свер- кающей колонкой цифр, одна над другой. Крупье объявил: 74, 29, 86. Пока Гениш собирал свои пятьсот десять кредитов, крупье при- стально смотрел на него. - Скажу, - проговорил он удивленным голосом, - что только второй раз с тех пор, как я за этим столом, кто-то выиграл на все три номера. А-человек улыбнулся. - Не обращайте внимания, - мягко сказал он и разочарованно пошел дальше. Он чувствовал удивленный взгляд крупье, сверливший его спину. Гениш хотел найти игру, исход которой он не смог бы предуга- дать своими специфическими способностями. И только почти через двадцать пять минут он нашел такую игру. Он подошел к огромной машине с шарами и рядом колес. Шестьдесят шаров, все пронумеро- ванные, начинали скатываться с верхнего колеса и по мере того, как колеса вращались, опускались постепенно вниз, с колеса на ко- лесо; чем дальше спускался шар, тем больше он оценивался, но то- лько немногие достигали самого конца. Наибольшим притягательным свойством этой игры, решил Гениш, было ощущение напряжения при наблюдении за спуском своего шара все ниже и ниже с неостывающим интересом и надеждой до самой пос- ледней секунды. Но игра оказалась очень простой. Шар Гениша опус- тился ниже всех четыре раза подряд. Гениш сложил в карман выигрыш и подошел, наконец, к игре, представляющей из себя шар из черного и белого цвета. Два цвета сливались в один вращающийся луч и вы- ходил или весь белый, или весь черный. Требовалось угадать, какой цвет появится из шара. Ни разу Гениш не был полностью уверен. Наконец, он сделал первую ставку на рискованное предположение, что белый цвет являе- тся символом чистоты. Белый проиграл. Он посмотрел как исчезли его монеты и решил забыть про чистоту. Черный проиграл. Позади него прозвенел мелодичный женский смех. - Я надеюсь, мистер Гениш, что с гигантом у вас получится лучше, чем с этим. Но, пожалуйста, пройдем в частную комнату. Гениш обернулся. За ним стояли трое мужчин и женщина. Одним из мужчин был принц дель Куртин. Лицо женщины под маской казалось удлиненным, а сам рот безошибочно принадлежал Ишерам. Ее глаза через щели маски мерцали зеленым светом, а знакомый золотой голос завершил процесс узнавания. А-человек низко поклонился и сказал: - Конечно, я готов. Они прошли в молчании в роскошно обставленную задрапирован- ную комнату и сели. Гениш начал первым - с вопросов, которые он хотел задать. Было странно, что случайное упоминание Хедрука не получило никакого отклика. Это удивило. Гениш откинулся назад, изучая лица трех мужчин и женщины, внутренне встревоженный. Нако- нец, он сказал очень осторожно: - У меня такое чувство, что вы утаиваете информацию. Он подумал, что вряд ли они делали это сознательно. И они, вероятно, не подозревали, что Хедрук сделал попытку отрицания. - Я заверяю вас, мистер Гениш, что вы ошибаетесь. Мы четверо обладаем всей информацией, касающейся гиганта. И конечно, любой ключ, который может обернуться указанием на его личность, находи- тся, вероятно, где-то в наших умах. Вам нужно только задавать со- ответствующие вопросы, и мы ответим. Это убеждало, и, хотя он все еще раздумывал, появилась воз- можность, несмотря на опаснось, раскрыть все карты. Гениш произ- нес медленно: - Вы ошибаетесь, считая себя единственными надежными источ- никами информации. Существует человек, возможно, величайший из живущих, экстраординарные способности которого мы, Оружейники, только начали оценивать. Я говорю о Роберте Хедруке, капитане ар- мии Вашего Величества. К удивлению Гениша Императрица наклонилась вперед к нему. Ее взгляд был пристальным, глаза блестели, губы приоткрылись. - Вы имеете в виду, - прошептала она, - что Оружейные Мага- зины считают Роберта - капитана Хедрука - одним из самых великих людей в мире? Не ожидая ответа, она повернулась к принцу дель Куртину. - Вы видите, - сказала она, - вы видите! - Спокойно, мое мнение о капитане Хедруке всегда было высо- ким. Женщина, глядя на Гениша, произнесла странно формальным то- ном: - Я прослежу, чтобы капитану Хедруку было сообщено о вашем срочном желании поговорить с ним. Она знала! Он понял это. Что касается остального - Гениш с сожалением откинулся на спинку своего кресла. Она сообщит Хедру- ку, не так ли? Он мог представить Хедрука, с усмешкой получающего это сообщение. Гениш медленно выпрямился. Его положение становилось отчаян- ным. Весь мир Оружейных Магазинов ждал результатов этой встречи. А он пока ничего не добился. Не было сомнений, что эти люди хотят избавиться от гиганта, в то время как Оружейные Магазины должны были схватить Хедрука. Иронией положения было то, что смерть Хедрука одновременно разре- шила бы обе проблемы. Гениш с усилием выдавил улыбку и сказал: - Вы, кажется, знаете что-то, касающееся Хедрука. Могу я спросить, что? К его удивлению, этот вопрос вызвал недоумение на лице прин- ца дель Куртина. - Я думал, - сказал он вежливо, - что вы с вашим умом спосо- бны сложить два и два вместе. Неужели из всех людей Солнечной Си- стемы ВЫ один не знаете, что случилось сегодня вечером? Где вы были в 15.45? Гениш недоумевал. Желая, чтобы его мозг отдохнул перед встречей, он рано прибыл в Столицу. В 15.35 он зашел в маленький ресторанчик. Выйдя оттуда через полтора часа, он посетил спек- такль, который закончился в 18.53. С этого времени он бродил по улицам, игнорируя новости. Он ничего не знал. Невероятно, полови- на мира могла быть уничтожена, а он не знал об этом. Принц дель Куртин снова заговорил: - Правда, личность человека в таких ситуациях по традиции скрывается, но... - Принц! Это был голос Императрицы. Мужчины посмотрели на нее. Она продолжала более сурово: - Не говорите больше ничего. Здесь что-то не так. Все эти вопросы о капитане Хедруке имеют скрытый мотив. Они только части- чно касаются гиганта. Она, должно быть, поняла, что ее предупреждение опоздало. Императрица замолчала и посмотрела на Гениша. В ее глазах появи- лась жалость к нему. До этого момента он никогда не рассматривал Императрицу Ишер, как человека. Гениш резко поднял руку к своему рту, загнул рукав и громко произнес в крошечный передатчик, который был прик- реплен там: - Капитан Хедрук находится в личных апартаментах Императри- цы... Они оказались быстрыми, эти трое мужчин. Они навалились на него одним согласованным порывом. Но Гениш не оказывал сопротив- ления, спокойно подчинившись аресту. Спустя мгновение он почувст- вовал облегчение от того, что он, принужденный долгом предать своего друга, тоже теперь должен умереть.

Глава 15

Разрушения состояли из пролома в основной коридор дворца и из зияющих дыр от ударов энергии вдоль коридора, где происходила битва. За спиной Императрицы принц дель Куртин с волнением сказал: - Вам нужно пойти немного поспать, Ваше Величество. Уже че- тыре часа ночи, и, так как Оружейники не ответили на наши повтор- ные вызовы, больше ничего нельзя сделать сегодня для вашего мужа, капитана Хедрука. Она безразлично махнула рукой, в ее голове была одна мысль, хотя настолько резкая, что, казалось, обладала физическими качес- твами, так болезненно было ее присутствие. Она должна вернуть его, неважно, какой ценой, она должна вернуть Хедрука назад! Когда Хедрук объявился вчера в шесть часов утра, ее ум уже успокоился. Она думала о своем решении, как о чисто логическом продукте необходимости позаботиться о наследнике Ишера. Фактичес- ки, конечно, она не думала ни о ком, кроме Хедрука, как о будущем отце ее ребенка. При первой встрече восемь месяцев назад он спо- койно заявил, что пришел во дворец с единственной целью - женить- ся на ней. Это удивило, затем рассердило и даже разгневало ее, но поставило Хедрука в специальную категорию, как единственного муж- чину, который когда-либо просил ее руки. Причина была ясна, и она иногда остро чувствовала несправедливость ситуации для других му- жчин, которые могли иметь чувство или желание. Придворный этикет запрещал упоминать этот предмет. По традиции она должна была пер- вой затронуть этот вопрос. Она никогда не делала этого. В конечном итоге, она думала только о мужчине, который сам сделал ей предложение, и вчера он пришел в ответ на ее срочный вызов и немедленно согласился жениться на ней. Церемония была простой, но публичной. Публичной в том смысле, что она произнесла свои клятвы перед экраном, чтобы весь мир мог видеть ее и слышать ее слова. Имя Хедрука не упоминалось, и он не появился на экране. Его представили, как "выдающегося офицера, заслужившего признание Ее Величества". Он был только супругом-консортом и, как таковой, должен был оставаться в тени. Только Ишеры имели значение, мужчины и женщины, с которыми они связывали судьбу, оставались частными персонами. Это был за- кон, и она никогда не считала его в чем-нибудь неправильным. Так же, как и сейчас, но почти десять часов она была женой, и ее мозг и метаболизм перестроились. Мысли, которые возникали у нее, нико- гда раньше не появлялись. Удивительные мысли о том, как она долж- на теперь выносить ребенка избранного мужчины, воспитать его, и как должен быть перестроен дворец, чтобы ребенок смог здесь жить. Сегодня вечером она рассказала мужу о назначенной встрече с Эдва- рдом Генишем и ушла с памятью о странном выражении в его глазах. И теперь эти разрушения, усиливающие чувство, что Хедрука нет, что он вырван из самого сердца Империи старыми врагами. Она слы- шала, как придворный канцлер перечислял список предосторожностей, которые были приняты, чтобы предотвратить утечку информации о на- падении на дворец. Запрещено было опубликовывать любую информацию, с каждого свидетеля была взята клятва молчания под страхом строгого наказа- ния. На рассвете ремонтные работы будут закончены безо всякого следа, и поэтому любая появившаяся история будет казаться голос- ловным слухом и будет осмеяна. Все правильно, подумала она. Иначе престижу Дома Ишеров мо- жет быть нанесен сокрушительный удар. Успех цензуры она вознагра- дит потом, но сейчас главным для нее было вернуть Хедрука назад. Медленно она оправилась от своего мрачного настроения. Ее ум очнулся от погружения в свои мысли и стал более внимательным к окружающему. Она подумала: самое важное - установить, что случи- лось, потом действовать. Нахмурившись, она осмотрела изуродован- ные стены коридора. Ее зеленые глаза вспыхнули. Она сказала с от- тенком привычной иронии: - Судя по наклонам лучевых ударов, все эти повреждения сде- ланы нашей стороной, за исключением первоначального пролома в стене. Один из офицеров мрачно кивнул. - Они пришли только за капитаном Хедруком. Они использовали особые парализующие лучи, которые опрокинули наших солдат, как кегли. Люди затем поправились без всяких вредных последствий, как и генерал Гролл после того, как капитан Хедрук заставил его, ка- залось, умереть от сердечного приступа на ленче два месяца назад. - Но что произошло? - потребовала она резко. - Приведите мне кого-нибудь, кто что-то видел. Капитан Хедрук спал, когда нача- лась атака? - Нет, - осторожно ответил офицер. - Нет, Ваше Величество, он был внизу, в подвалах дворца. - Где? Офицер неуверенно продолжал: - Ваше Величество, как только вы покинули дворец, капитан Хедрук... ваш супруг... Она сказала нетерпеливо: - Зовите его принцем Хедруком, пожалуйста. - Да, Ваше Величество. Принц Хедрук спустился вниз, в подва- лы одного из старых зданий, удалил часть стены... - Что он сделал? Нет, продолжайте! - Хорошо, Ваше Величество. Естественно, учитывая его новое положение, наша охрана оказала ему всяческую помощь в удалении ее, секции металлической стены, и переноске ее к лифту и далее, в этот коридор. - Правильно, естественно. - Солдаты сказали мне, что секция стены не имела веса, но оказывала сопротивление движению. Она была около двух футов шири- ной и шести с половиной футов длиной, и когда принц Хедрук всту- пил внутрь ее, он исчез, но затем появился снова. - Когда он что?.. Полковник, о чем вы говорите? Офицер поклонился. - Простите мою сбивчивость, мадам. Я не видел всего этого, но я сложил различные рапорты. Мой ум, конечно, настаивает на том, что самым важным является то, что я сам видел. Я реально ви- дел его входящим в ту секцию стены, исчезновение и возвращение минуту спустя... Императрица стояла растерянно. Она была уверена, что в конце концов узнает всю историю, но сейчас она казалась непостижимой, похороненной в мешанине фраз, не имеющей смысла. Капитан Хедрук спустился в подвал глубоко под дворцом, удалил секцию стены, а что потом? Она резко встала и задала этот вопрос. Полковник ответил: - А затем, Ваше Величество, он вернулся во дворец и стоял, ожидая. - Это было перед атакой? Офицер покачал головой. - Во время ее. Он был еще в подвалах, когда стена была про- ломлена сконцентрированным огнем боевого корабля Оружейных Мага- зинов. Я лично предупредил его, как начальник дворцовой охраны, что случилось. Предупреждение только заставило его поторопиться наверх, где его схватили. На короткое время она опять почувствовала себя беспомощной. Описание казалось достаточно ясным. Но оно не имело смысла. Хед- рук должен был знать, что что-то произойдет, так как он намеренно пошел в подвал после ее отъезда на встречу с Эдвардом Генишем. В этой части все было правильно и указывало на какой-то план. Странным было то, что он поднялся наверх прямо перед глазами во- оруженных сил Оружейных Магазинов и дворцовой охраны, использовал секцию стены, чтобы переправить себя куда-то, как было известно, могут делать Оружейники. Но вместо того, чтобы остаться там, он вернулся и позволил взять себя в плен. Наконец, она спросила рас- терянно: - А что случилось с секцией стены? - Она сгорела сразу после того, как принц Хедрук предупредил советника Оружейных Магазинов Питера Кадрона, который возглавлял атакующих. - Предупредил... - Она повернулась к принцу дель Куртину. - Принц, возможно, вы сможете узнать что-нибудь более осмысленное? Принц ответил спокойно: - Мы все устали, Ваше Величество. Полковник Низон был на но- гах всю ночь. Он повернулся к покрасневшему полковнику. - Полковник, как я понял, орудия Оружейников сделали пролом во внешней стене в конце коридора. Затем один из кораблей подле- тел ближе и высадил людей в коридор, людей, нечувствительных к огню наших войск - правильно? - Абсолютно, сэр. - Они возглавлялись Питером Кадроном из Совета Оружейников, и когда они достигли определенной точки коридора, там стоял, ожи- дая их, принц Хедрук. Он и принес с собой своего рода электронный щит размером шесть на два фута из тайника в подвалах. Он стоял позади него, дожидаясь, пока все не смогут видеть его действия, затем ступил внутрь экрана и исчез. Экран продолжал оставаться на месте, очевидно, удерживаемый скрытым механизмом. Через минуту после своего исчезновения принц Хедрук вышел назад из щита и, обернувшись к людям Оружейных Магазинов, предупредил Питера Кад- рона. - Это правильно, сэр. Офицер произнес ровно: - Он спросил советника Кадрона, помнит ли он законы Оружей- ных Магазинов, запрещающие любое вмешательство, независимо от причин, в место расположения Императорского Правительства, и пре- дупредил, что Совет Оружейников, весь в целом, пожалеет о своем своевольном поступке, и что его надо научить помнить, что он яв- ляется только одной из двух граней цивилизации Ишер. - Он сказал это! - Ее голос прозвучал страстно, глаза вспых- нули. Она повернулась к дель Куртину. - Принц, вы слышали это? Принц поклонился, затем обернулся снова к полковнику Низону. - Мой последний вопрос. По вашему мнению, дал принц Хедрук какое-нибудь доказательство, что он способен выполнить свою угро- зу против Оружейников? - Нет, сэр. Я мог сам застрелить его с того места, где я стоял. Физически он был, и я признаю это, совершенно в их власти. - Благодарю вас, - сказал принц, - это все. Таким образом, оставался факт, что она должна спасти капита- на Хедрука. Она ходила взад и вперед. Наступил рассвет, серый свет проник через огромное окно ее апартаментов. Она увидела, что принц дель Куртин с волнением наблюдает за ней, и замедлила свое быстрое хождение. Она сказала: - Я не могу поверить в это. Я не могу поверить, что капитан Хедрук может сказать такие вещи из бравады. Возможно, что сущест- вует какая-нибудь организация, о которой мы ничего не знаем. В самом деле... - Она посмотрела на него. - Принц, - сказала она напряженным голосом. - Он говорил мне, что никогда не был и нико- гда не будет человеком Оружейных Магазинов. Дель Куртин нахмурился. - Иннельда, - сказал он сочувственно. - Ты напрасно взвинчи- ваешь себя. Вряд ли что-нибудь существует. Человеческие существа, какие они есть, рано или поздно демонстрирует власть, которой они могут обладать. Это закон, такой же точно, как закон гравитации. Если такая организация существует, мы узнали бы об этом. - Мы, наверное, что-нибудь упускаем. Подумайте об этом. - Ее голос дрожал. - Он пришел, чтобы жениться на мне, и он победил. Это показывает масштаб организации. А эта секция стены, которую он удалил из подвала - как она попала туда? Объясните это. - Но, - сказал принц ровным голосом. - Ишеры не могут не быть смертельными врагами любой секретной организации, которая может существовать! - Ишеры, - ответила женщина ледяным тоном, - научились счи- тать себя человеческими существами и узнали, что мир очень велик, чтобы один ум или несколько могли понять его во всей полноте. Они смотрели друг на друга, два человека с натянутыми до крайности нервами. Императрица заговорила первая: - Кажется невероятным, принц, что вы и я, будучи почти бра- том и сестрой, чуть не поссорились. Я сожалею. Она шагнула вперед и взяла его за руку. Он поднял ее руку и поцеловал. На его глазах были слезы, когда он поднял голову. - Ваше Величество, - хрипло сказал он, - я прошу вашего про- щения. Я должен был помнить о напряжении, которому вы подверг- лись. Вам нужно только приказать. Мы сильны. Биллион людей вста- нут в строй по вашей команде. Мы можем пригрозить Оружейным Мага- зинам глобальной войной. Мы можем уничтожить всех, кто имеет с ними дело. Мы можем... Она безнадежно покачала головой. - Мой дорогой, вы не понимаете, что говорите. Мы живем во время, которое в нормальных условиях было бы революционным. Пов- сюду развелось зло: эгоистичная администрация, продажные суды и хищная промышленность. Каждый класс имеет свое собственное клеймо аморальных черт, которые вне контроля любой индивидуальности. Жизнь сама правит миром, мы только свидетели. До сих пор наша чу- десная наука, сложная система законов и... - Она поколебалась, затем нехотя продолжила: - существование Оружейников, как стаби- лизирующий фактор, предотвращали открытый взрыв. Но еще, по край- ней мере, поколения мы не должны раскачивать лодку. Я рассчиты- ваю, в частности, на новый метод умственного воспитания, недавно опубликованный Оружейными Магазинами, которое усливает моральные качества наряду со всеми достоинствами других методов. Как только мы освободимся от угрозы организации, стоящей за гигантами, мы... Она замолчала, испуганная выражением, которое появилось на худощавом лице принца. Ее глаза расширились. Она прошептала: - Это невозможно. Он... не может быть... гигантом. Подожди- те... Подождите, ничего не делайте. Мы можем доказать это... Она быстро подошла к своему личному пульту связи и произнес- ла усталым ровным голосом: - Приведите заключенного Эдварда Гениша ко мне. Пять минут она стояла, не двигаясь, пока дверь не открылась и не ввели Гениша. Стража удалилась по ее команде. Она уже доста- точно успокоилась, чтобы задавать вопросы. А-человек охотно отвечал ей. - Я не понимаю природы электронного щита, через который, как вы говорите, он исчез, но, да, Ваше Величество, капитан Хедрук является одним из гигантов или, - он поколебался, затем добавил медленно, - или же - эта мысль только что появилась у меня - еди- нственным гигантом. Значение колебания не ускользнуло от нее. Она спросила: - Но почему тогда он хотел жениться на женщине, чью империю он пытается разрушить? - Мадам, - спокойно ответил Гениш, - мы сами только два ме- сяца назад обнаружили, что капитан Хедрук обманывает Оружейные Магазины. Это произошло благодаря случайному открытию его исклю- чительных умственных способностей, показавших, что он - человек, для которого династия Ишер и Оружейники представляют только сред- ства для достижения цели. Что это за цель, я только начинаю подо- зревать. Если вы ответите мне на несколько вопросов, я буду спо- собен рассказать, кто такой капитан Хедрук, или, скорее, кем он был! Я говорю "был" из необходимости. Я с сожалением сообщаю, что намерением Оружейников было допросить его в специально сконструи- рованном помещении и немедленно казнить. В комнате воцарилась тишина. Способность ее тела к потрясе- ниям иссякла. Она стояла холодная и немая. Без мыслей, ожидая. Наконец, она заметила рассеянно, что А-человек представлял собой крайне ярко выглядевшую личность. Она изучала его некоторое вре- мя, затем забыла о его внешности, когда он снова заговорил: - Я имею, конечно, всю информацию о капитане Хедруке, кото- рая известна Оружейникам. Мои поиски привели к очень удивительным проблемам. Но если подобные темные пятна существуют в анналах Ишера, то я думаю, что секция стены, которую Хедрук удалил в под- вале, является окончательным доказательством. Но позвольте мне спросить: имеется ли какая-нибудь картина или фильм, любая физи- ческая запись, относящаяся к мужу Императрицы Ганиэль? - Нет! - Ее ум был ошеломлен почти до головокружения неверо- ятной догадкой. Она произнесла сбивчиво: - Мистер Гениш, он гово- рил мне, что за исключением моих темных волос, я напоминаю ему о Ганиэли. А-человек мрачно поклонился. - Ваше Величество, я вижу, что вы почти уже допустили сущес- твование невозможного. Я хочу, чтобы вы припомнили как можно да- льше вглубь времени историю вашей династии и вспомнили - чьи ис- торические записи утеряны, мужей Императриц или Императоров? - Это, в основном, мужья Императриц, - сказала она. - Именно так началась традиция, что супруг должен оставаться в неизвестно- сти. - Она нахмурилась. - Насколько я знаю, имеется только один Император, изображение которого, портрет или фильм, отсутствует. Это можно понять. Как первый в династии, он... Она остановилась, уставившись на Гениша. - Вы сошли с ума? - сказала она. - Вы сошли с ума? А-человек покачал головой. - Вы можете считать теперь это полным интуитивным решением задачи. Вам известны мои способности. Я беру факт там, факт здесь, и как только я наберу приблизительно десять процентов дан- ных, ответ приходит сам собой. Они называют это интуицией, но фа- ктически это просто способность мозга сопоставлять десятки тысяч фактов в одно мгновение и логически заполнять любую брешь, кото- рая может существовать. Одним из фактов в данном случае является то, что имеется не менее двадцати семи важных исторических записей, пропущенных в истории Оружейных Магазинов. Я сосредоточил свое внимание на кос- венных описаниях: одинаковость умственного кругозора, широта ин- теллекта была безошибочной. - Он закончил: - Вы, может быть, не знаете этого, но так же, как первый и величайший из Ишеров - это только имя, так и наш основатель - Уолтер С. де Лани - это только имя без лица. - Но кто он? - спросил принц дель Куртин недоуменно. - Оче- видно, где-то в роду этого человека возникло бессмертие? - Нет, оно возникло искусственно. Если бы оно возникло есте- ственно, то повторилось бы много раз за эти столетия. И, должно быть, это было случайно и больше не повторялось, так как все, что этот человек когда-нибудь говорил и делал, показывает неизменную и терпеливую заботу о благополучии человеческой расы. - Но, - сказал принц, - что он пытается сделать? Почему он женился на Иннельде? На мгновение Гениш замолчал. Он пристально посмотрел на жен- щину. Она - на него, щеки ее покраснели. Наконец, она кивнула, и Гениш сказал: - Ну, он пытался поддержать Ишер настоящими Ишерами. Он ве- рит в свою собственную кровь и он прав, как доказывает история. Например, вы оба только отдаленно напоминаете Ишер. Ваша кровь так разбавлена, что ваше родство капитану Хедруку вряд ли может считаться родством. Хедрук заметил мне как-то, что Императоры Ишер склонны жениться на ярких и немного неуравновешенных женщи- нах, и что это периодически ставило под угрозу династию. Именно Императрицы всегда спасали семью, выходя замуж за уравновешенных, трезвых, способных мужчин. - Предположим... - произнесла женщина задумчиво, - предполо- жим, мы сделаем предложение обменять вас на него. Гениш пожал плечами. - Вы, вероятно, получите его труп. Ее бросало то в жар, то в холод, но краткая лихорадка немно- го успокоила ее, сделала более отстраненной от чувств. - Предположим, я предложу межзвездный двигатель? Ее настойчивость, казалось, удивила Гениша. Он отступил на шаг и уставился на нее. - Мадам, - сказал он, - я не могу предложить вам того или иного интуитивного решения, ни какой-либо логической надежды. Я могу признаться, что озадачен электронным щитом, но я не могу до- гадаться, что это могло бы быть или почему это могло бы помочь ему. Что бы он ни сделал, когда он был внутри него, это, насколь- ко я знаю, не поможет ему ускользнуть через непроницаемые стены боевого крейсера Оружейных Магазинов или металлической комнаты, куда он будет помещен. Вся наука Оружейников и Империи Ишер про- тив него. - Предположим, он расскажет им правду? - сказал принц дель Куртин. - Никогда! - вспыхнула женщина. - Это будет унижение. Ни один Ишер не подумает о такой вещи. Гениш сказал: - Ее Величество права, но это не единственная причина. Я не буду объяснять, но вероятности признания не существует. Она почти не слышала его слов, когда повернулась к своему кузену, выпрямившись, с высоко поднятой головой. Она сказала яс- ным голосом: - Продолжайте попытки связаться с Оружейниками. Предложите им Гениша, межзвездный двигатель и легальное признание, включая систему, в которой существуют вместе их суды и наши - все это в обмен на капитана Хедрука. Они будут безумцами, если откажутся. Затем она заметила, что А-человек угрюмо смотрит на нее. - Мадам, - сказал он печально, - вы, очевидно, не обратили внимания на мое раннее заявление. Намерением Оружейников было убить его в течение максимум одного часа. Учитывая его предыдущий побег, это намерение должно быть выполнено неукоснительно. Вели- чайшая человеческая биография в истории закончена. И, мадам... А-человек продолжал пристально смотреть на нее. - Для вас это тоже к лучшему. Вы знаете так же хорошо, как и я, что не можете иметь детей. - Молчите! - Ее голос был хриплым от сдерживаемой ярости. - Принц, верните этого человека в его камеру. Он становится нестер- пимым, и я запрещаю вам обсуждать своего правителя с ним. Принц поклонился. - Как Ваше Величество прикажет, - холодно ответил он и пове- рнулся. - Идемте, мистер Гениш. Она подумала, может ли ее потрясти еще что-нибудь. Она стоя- ла, одинокая в своем разрушенном мире. Прошли долгие минуты, пре- жде чем она поняла, что, по крайней мере, сон может облегчить ее боль.

Глава 16

Это была не столько комната, куда поместили Хедрука, а ме- таллическая пещера. Он стоял посредине с иронической улыбкой на лице. Питер Кад- рон наблюдал за ним. Пусть они удивляются и сомневаются. Они застали его врасплох один раз неожиданным арестом. На этот раз он подготовился к нему. Его взгляд смело блуждал по лицам двадцати девяти мужчин, сидев- ших вокруг U-образного стола, который Совет Оружейников использо- вал при своих собраниях. Он ждал, пока начальник охраны не доло- жил, что пленник лишен всех колец, что его одежда заменена, а его тело подвергнуто просвечиванию и найдено нормальным, без скрытого оружия. Изложив это, командир и охрана удалились, но Хедрук все еще ждал. Он улыбнулся, когда Питер Кадрон объяснил причину предосто- рожностей, а затем медленно, спокойно шагнул вперед и встал перед открытым концом U-образного стола. Он видел, что глаза всех при- сутствующих направлены на него. Некоторые глядели удивленно, не- которые ожидающе, некоторые просто враждебно. Все, казалось, жда- ли, когда он заговорит. - Джентльмены, - сказал Хедрук своим звонким голосом, - я собираюсь задать один вопрос. Знает ли кто-нибудь из присутствую- щих, где я был, когда прошел через этот щит? Думаю, нет, иначе я был бы сразу же освобожден. Наступило молчание. Мужчины смотрели друг на друга. - Я скажу, - произнес молодой Ансил Каре, - что чем скорее будет произведена казнь, тем лучше. Сейчас его горло может быть перерезано, он может быть задушен, пуля может размозжить ему го- лову, энергетический излучатель может уничтожить его. Его тело не защищено - если нужно, мы можем даже забить его до смерти. Мы знаем, что все это может быть сделано в данный момент, но мы не уверены, учитывая его странное заявление, что это может быть сде- лано через десять минут. - Молодой советник встал. - Джентльмены, давайте действовать сейчас! Аплодисменты Хедрука прервали тишину, последовавшую за этими словами. - Браво, - сказал он, - браво. Такой хороший совет заслужи- вает, чтобы его выполнили. Доставайте ваши бластеры и стреляйте, поднимите свои кресла и обрушьте их на меня, прикажите принести ножи и пригвоздите меня к стене. Не имеет значения, что вы сдела- ете, джентльмены, вы будете в шоке. - Его глаза похолодели. - И заслуженно, к тому же. - Подождите! - Его громыхающий голос прервал попытку Дима Апала заговорить. - Я говорю! Это суд над Советом, не надо мной. Он все еще может заслужить снисхождение за свои преступные дейст- вия в Императорском дворце, если признает сейчас, не усугубляя вины, что нарушил свои собственные законы. - В самом деле, - вмешался один из советников в его речь. - Это сверх всякого терпения. - Пусть он говорит, - сказал Питер Кадрон. - Мы можем многое узнать о его мотивах. Хедрук мрачно поклонился. - Несомненно, узнаете, мистер Кадрон. Мои мотивы всецело ка- саются действий этого Совета, приказавшего атаковать дворец. - Я могу понять, - иронически сказал Кадрон, - ваше раздра- жение, что Совет не посчитался с правилом более чем трехтысячеле- тней давности, когда вы, очевидно, рассчитывали на него. И соот- ветственно, чувствовали себя в безопасности. Хедрук ответил ровным голосом: - Я не рассчитывал на правило. Мои коллеги и я... - он счел полезным еще раз упомянуть, что он был не один, - заметили с со- жалением растущее самодовольство и надменность этого Совета, а также его убежденность в безотчетности своих действий, и, следо- вательно, что он может безнаказанно насмехаться над своей собст- венной конституцией. - Наша конституция, - сказал Бэйд Робертс, самый старший из советников, - требует, чтобы мы предпринимали любые действия, не- обходимые для сохранения нашей позиции. Условие, чтобы это дела- лось без нападения на персону или резиденцию правящего Ишера, не имеет смысла. Вы заметили, что мы обеспечили отсутствие Ее Вели- чества во время атаки? - Я должен прервать, - это был председатель Совета. - Неве- роятно, пленник направляет беседу в соответствии с собственными желаниями. Я могу понять, что у нас всех есть чувство вины из-за атаки на дворец, но мы не нуждаемся в защите наших действий перед пленными. - Он произнес в микрофон: - Командир охраны, зайдите сюда и накиньте мешок на голову пленника. Хедрук спокойно улыбался, когда стража в количестве десяти человек вошла в комнату. Он сказал: - Мы сейчас будем потрясены. Он стоял совершенно спокойно, когда эти люди схватили его. Мешок поднялся и... Это случилось. Когда Хедрук во дворце полчаса назад вступил в секцию стены, которую он доставил наверх из подвала, он оказался в сумрачном мире. Он долго стоял, дав своему телу привыкнуть и надеясь, что никто не сделает попытки последовать за ним через это электронно- силовое поле. Он беспокоился не за себя. Вибрационный щит был на- строен только на его тело, и в течение всех лет, когда он был ча- стью стены в подземельях дворца, единственной опасностью было, что кто-нибудь нечаянно вступит в него и пострадает при этом. Хедрук часто раздумывал, что случится с таким неудачником. Несколько животных, которых он протолкнул через экспериментальную модель, были отброшены на десятки тысяч миль. Некоторые никогда не были возвращены, несмотря на прикрепленную бирку с обещанием высокого вознаграждения. Теперь, когда он сам был внутри, можно было не торопиться. Законы нормального времени и пространства ничего не значили в этом царстве сумрака. Он был нигде и он был всюду. Это было мес- то, где можно скорее всего сойти с ума. Он установил, что шести- часовое пребывание здесь представляло серьезную угрозу его рассу- дку. Его теперешнее вторжение не должно продолжаться больше четы- рех часов, предпочтительно три, а еще лучше - два, после чего он не должен подходить к этому разрушающему мозг устройству в тече- ние нескольких месяцев. Идея изобретения была изложена ему во время одного из его пребываний на посту председателя Совета Ору- жейников, положения с огромной властью, которое позволяло ему на- значить целую лабораторию физиков для помощи способному молодому человеку, который предложил эту идею. Простыми словами проблема заключалась в следующем: вибрационный передатчик Оружейных Мага- зинов заполнял пространственную брешь между двумя точками межпла- нетного пространства. Почему бы тогда, излагал изобретатель, не перевернуть процесс и не создать иллюзию пространства там, где его не существовало? Исследования увенчались успехом. Их изобре- татель доложил все подробности Хедруку, который обдумал все это и информировал того, что Совет решил засекретить изобретение. Само- му Совету он сделал отрицательное сообщение об изобретении. И все получилось, как он хотел. Вопрос, раз исследованный, считался те- перь закрытым и вошел в архивы Информационного Центра для предот- вращения будущих попыток повторить изобретение. Соответственно, он никогда не был больше предметом исследований Оружейных Магази- нов. Когда-нибудь Хедрук откроет его секрет людям. Не первый раз, размышлял Хедрук, стоя терпеливо и позволяя привыкнуть телу, изобретение скрывается от общества. Свое собст- венное изобретение, вибрационный увеличитель, он держал в секрете двадцать столетий, прежде чем, в конце концов, использовал его для основания Оружейных Магазинов как противовес Императорам Ишер. У него оставалось все же еще несколько других изобретений, и его основным критерием для сохранения тайны было: будет ли рас- крытие ее полезным для поступательного движения человеческого ду- ха. Или власть, которую представляло изобретение, просто поможет некоторым временным группам усилить свою тиранию? Вполне достато- чно опасных изобретений было произведено во время очередных скач- ков развития науки учеными, которые никогда не задумывались, ка- кие реальные последствия могут они иметь. Проклятье, почему биллионы людей должны умирать из-за того, что некоторые изобретатели имеют мозги, неспособные заглянуть на дюйм в человеческую природу? Конечно, были люди, которые рассматривали изобретения с точ- ки зрения своего или своей группы благополучия. Если они скрывали изобретение, как Императрица скрывала межзвездный двигатель, то их нужно было всеми силами и средствами принудить к раскрытию се- крета. Иногда решение давалось тяжело, но кто еще имел такую власть и опыт, чтобы решать? Плохим или хорошим, судьей был он. Он почувствовал, как напряжение спадает в нем. Его тело было готово. Наступило время действовать. Хедрук начал шагать в тума- не. Он мог видеть людей во дворце, застывших подобно резным фигу- ркам, как в поздних сумерках. Его время по отношению к ним не двигалось. Он не обращал никакого внимания на них, даже когда они были на его пути, он ступал сквозь их тела, как через облака га- за. Стены тоже уступали его натиску, но здесь нужна была осторож- ность. Было легко, очень легко, уйти в пол и далее в землю. Лабо- раторный эксперимент изобретателя и его помощников привел к одно- му такому несчастному случаю и повторение было нежелательно. Что- бы избежать катастрофы, исследовательский коллектив в конце кон- цов пришел к решению, что первоначальное создание нового простра- нства должно осуществляться только в небольшом объеме. Было соз- дано кольцо, которое могло увеличивать или сжимать этот объем по желанию - например, когда нужно было приникать сквозь твердые ма- териалы. Кольцо это, одно из двух - другое имело иную цель - исполь- зовалось Хедруком, когда он подошел к стене. Сначала, после каса- ния активатора кольца, последовал легкий прыжок, так как его ноги не опирались больше на пол, затем быстрое выключение активатора и мягкое приземление на землю, которая подалась, как густая грязь под его ногами. Это было легкое упражнение для мускулов. Так хо- рошо скоординированных, как у него. Он оказался в тайнике с маши- нами, которые он очень давно перенес в это пространство и спрятал во дворце. Здесь был маленький космический корабль, подъемные устройст- ва, дюжина машин, которые могли хватать и держать различное ору- жие, и, конечно, каждый механизм, каждый инструмент имел свой со- бственный эквивалент активаторов, необходимых при работе с ними. Второе кольцо и соответствующие активаторы на машинах заклю- чали в себе вторую ценную функцию изобретения. С помощью второго кольца становилось возможным двигаться назад или вперед во време- ни на небольшие расстояния. Теоретически, сдвиг времени мог дос- тигать нескольких лет, на самом деле, разрушающее воздействие этого пространства на человеческий мозг ограничивало путешествие на несколько часов назад или вперед. Хедрук обнаружил, что продвинувшись на девять часов назад и на девять часов вперед, всего на восемнадцать, тело биологически проживает те шесть нормальных часов, что оно могло вынести без последствий. Три за один. Этот метод путешествия во времени не имел отношения к колебанию системы, случайно изобретенной физика- ми Императрицы семь лет назад, в которой в теле человека концент- рировалась несбалансированная энергия времени, в результате чего путешественник во времени погибал. В этом пространстве не было времени, был только метод настройки его к нужному времени в нор- мальном мире. Хедрук поднялся в маленьком космическом корабле туда, где находился крейсер Оружейных Магазинов, рядом с проломом в стене дворца. Он направил свою машину сквозь твердый коридор крейсера, затем выключил двигатель и включил регулятор времени. Он напря- женно ждал, наблюдая за датчиком. Ожидание заняло несколько минут, огоньки датчиков вспыхнули и регулятор времени мгновенно переключился на нормальную скорость времени. Одновременно Хедрук почувствовал движение. Огромный крейсер Оружейных Магазинов поднимался, а вместе с ним он и его маленькая машина, точно сравнявшись с ним в ходе времени и доста- точно несинхронно со специальным пространством, чтобы не упасть сквозь стены крейсера. Если он был прав, в крейсере сейчас нахо- дилось два Хедрука - он сам в сумеречном мире, и он же, вернув- шийся во дворец из своего тайного путешествия, ставший пленником Оружейников и приведенный на борт крейсера. Но неразумно принимать это предположение, как само собой ра- зумеющееся. Одна из трудностей передвижения во времени заключа- лась в определении местоположения людей, в прослеживании их в то- лпе. Он однажды зря потратил весь шестичасовой период, ища персо- ну, которая ушла в театр. Соответственно, даже сейчас лучше удос- товериться наверняка. Он всмотрелся в экраны. Да, он был здесь, окруженный охраной. Хедрук, который находился там, уже вернулся из путешествия во времени и знал, что случилось. Крейсер приземлился. Пленник и охрана вышли из корабля и прошли в здание, в котором была сооружена металлическая комната с толстыми стенами. Хедрук преодолел их в своем корабле и занялся делом. Сперва он включил звуковой коллектор и, слушая разговор в комнате, выгрузил некоторые из своих машин. Когда в комнату ворвалась стража с мешком, который был прос- тейшим устройством, чтобы заставить человека замолчать, он продо- лжал ждать момента, пока его чуть не надели на голову пленника, опустил механическую руку и рванул мешок в свое пространство. За- тем он, держа пальцы на регуляторе времени, стал ждать развития событий. В самой комнате повисла напряженная тишина, наполненная ис- пуганными взглядами. Хедрук-пленник стоял спокойно, с иронической улыбкой на гу- бах, не делая усилий вырваться из рук охраны, которая держала его. Он не чувствовал жалости. Была работа, которую нужно было сделать, и он собирался выполнить ее тщательно. Он сказал ледяным голосом: - Я не буду тратить времени на словесный сор. Намерение этой организации, несмотря на то, что ПП-машина доказала мой альтруизм и добрую волю, выявляет защитный консерватизм, который всегда пы- тается уничтожить то, чего совершенно не понимает. Такой консер- ватизм должен быть проучен превосходящей силой, которая существу- ет в виде организации, способной справиться даже с могущественны- ми Оружейниками. Питер Кадрон сказал спокойно: - Оружейные Магазины не признают никакой тайной организации. Стража, уничтожьте его! В другом пространстве его более раннее "Я" просто выключило регулятор времени, в результате чего все в комнате замерло. Без спешки его раннее "Я" освободило охрану от оружия, затем продол- жило разоружение каждого члена Совета, включая удаление колец с их пальцев и устройств связи с их рук и кресел. Затем он надел наручники на их руки и сцепил их вместе в длинный ряд вокруг сто- ла. Охрану он выставил в коридор, затем закрыл и запер дверь. Вся работа не заняла нисколько времени в буквальном смысле слова. Он вернулся к пульту управления и отрегулировал свою времен- ную скорость от нуля до нормальной и стал слушать возмущенный рев людей, открывших свое положение. Воцарилась неразбериха. Цепи лязгали, люди вскрикивали в удивлении и тревоге, затем оседали в креслах, бледные и испуган- ные. Хедрук знал, что здесь было мало персонального страха за се- бя. Было ясно, что каждый из присутствующих людей с ужасом предс- тавляет конец Оружейных Магазинов. Он подождал, пока их внимание не вернулось к нему, затем за- говорил быстро: - Джентльмены, успокойтесь. Ваша великая организация вне опасности. Такая ситуация никогда бы не возникла, если бы вы не преследовали меня с такой настойчивостью. К вашему сведению, именно ваш собственный основатель Уолтер С. де Лани, предвидя опасность для государства от такого невидимого организма, как Оружейники, установил группу дружественных наблюдателей над Мага- зинами. Это все, что я скажу, за исключением того, что еще раз хочу подчеркнуть нашу дружественность, нашу добрую волю, наше не- вмешательство, пока Оружейники живут в соответствии со своей кон- ституцией. Именно конституция была сегодня нарушена в одном из своих пунктов. Он помолчал, его взгляд скользнул по их лицам, находящимся перед ним, но в уме он холодно оценивал свои слова. Это была дос- таточно хорошая история, отсутствие деталей было ее самой безопа- сной чертой. Все, что ему было нужно, это скрыть факт, что бес- смертный человек был единственным наблюдателем. Он увидел, что некоторые из людей оправились настолько, чтобы начать говорить, но он оборвал их. - Вот что нужно сделать. Первое, сохранить в тайне то, что вы узнали сегодня. Наблюдатели не хотят, чтобы было известно об их существовании. Второе, весь этот Совет должен уйти в отставку. Вы можете быть переизбраны, но не на следующий срок, а впоследст- вии. Массовая отставка послужит напоминанием всей Организации Ма- газинов, что существует конституция и что ее следует уважать. На- конец, не должно быть больше попыток досаждать мне. Завтра извес- тите Императрицу, что вы освободили меня, и потребуете от нее от- дать межзвездный двигатель. Сам я думаю, что двигатель будет пре- дложен еще раньше, без всяких требований, но дайте ей шанс быть великодушной. Когда он кончил, раздались сердитые восклицания, затем пос- ледовало молчание, снова - более тихий - шум, и опять молчание. Хедрук заметил, что трое или четверо мужчин, среди них Питер Кад- рон, не присоединились к этому выражению чувств. Именно к Кадрону Хедрук адресовал свои слова: - Я уверен, что мистер Кадрон может говорить как председа- тель. Я давно считаю, что один из самых лучших членов Совета именно он. Кадрон, крепкий мужчина лет сорока, встал. - Да, - сказал он. - Я думаю, что могу говорить, как предсе- датель, выразив мнение большинства, что мы принимаем ваши усло- вия. Никто не возразил. Хедрук поклонился и громко сказал: - Все в порядке. Номер Один, забери меня отсюда. Он, должно быть, исчез мгновенно. Они не пытались разговари- вать, эти два Хедрука, которые были ненадолго вместе в этом ту- манном полупространстве. Человеческий мозг и так очень страдал от перемещений во времени. Многочисленные эксперименты доказали это давным-давно. Хедрук сидел за пультом управления маленького кора- бля, направляя его назад во времени и к дворцу в пространстве. Другой стоял позади него, хмуро глядя вниз. Он сделал все, что мог. В результате направление событий бы- ло настолько ясным, что конечный итог не вызывал сомнений; возмо- жно, что Иннельда не отдаст межзвездный двигатель, но это не име- ет значения. Победа была очевидной. Его беспокоило, что высшие существа освободили его, чтобы посмотреть, что он будет делать. Где-то в пространстве огромный флот, управляемый паукообразной расой, остановился, чтобы изучить человека и его поступки. Захватив его в плен, они мгновенно уста- новили его родную планету и управляли им, как если бы расстояние не существовало для них. Пронаблюдав, как он добился своей перво- начальной цели, и поняв, что будет мало проку в дальнейшем наблю- дении, они, несомненно, возобновят и контроль над ним. Теоретически им могут теперь наскучить человеческие существа и они уничтожат Солнечную Систему и всех ее слишком эмоциональных обитателей. Такое уничтожение будет обычным инцидентом в их холо- дном интеллектуальном существовании. Когда он достиг этого пункта своих размышлений, Хедрук уви- дел, что они прилетели ко дворцу. Щит маячил в темных сумерках дворца светящимся пятном прямоугольной формы. Оба Хедрука стара- лись не создавать парадокса. Его более раннее "Я" ступило через щит и стало еще одной туманной фигурой в коридоре дворца. Хедрук опрыскал щит липким взрывчатым порошком и воспламенил его. Он подождал, пока тот не сгорел, затем послал свой маленький корабль через темный город к одному из своих тайных убежищ. Здесь он отрегулировал корабль к нормальной скорости времени для даль- нейшего возможного его использования, сфокусировал пространствен- ное кольцо на самом себе и вышел из корабля в помещение. Он нап- равился к комфортабельному креслу, уселся в него и воскликнул громким голосом: - Все в порядке, мои паукообразные друзья. Если у вас есть дальнейшие планы, лучше начните выполнять их сейчас. Более великая борьба была еще впереди.

Глава 17

Его первым ощущением от присутствия чужаков была мысль, не направленная к нему, но предназначенная для того, чтобы он понял ее. Мысль была по-прежнему титанически сильной, настолько неисто- вой, что его мозг содрогнулся от удара: "ИНТЕРЕСНЫЙ ПРИМЕР ЭНЕРГЕТИЧЕСКОГО ИМПУЛЬСА, ПРОДОЛЖАЮЩЕГО ДЕЙСТВОВАТЬ, КАК ЕСЛИ БЫ НИКАКИХ ВЫСШИХ СИЛ НЕ БЫЛО ПРИЛОЖЕНО..." "НЕТ! - Ответ был холодным. - ЧЕЛОВЕК ЗНАЕТ О НАС. ЦЕЛЬ, ДВИЖУЩАЯ ИМ, БЫЛА ДОСТИГНУТА, НЕСМОТРЯ НА ЕГО ЗНАНИЕ О НАС, О НА- ШЕМ ПРИСУТСТВИИ". "ТОГДА ОН ДЕЙСТВОВАЛ НЕЛОГИЧНО". "ВОЗМОЖНО, НО ДАВАЙ ДОСТАВИМ ЕГО НАЗАД, СЮДА..." Хедрук понял, что наступил критический момент. Много раз он думал о том, что будет делать, когда вернется туда вновь, и уже более минуты он делал это. Его глаза были закрыты, тело спокойно, ум расслаблен. Это не было тем крайним состоянием, которое древние индусы называли Нир- ваной, но это было глубоким расслаблением, и уже целое тысячеле- тие большие институты, изучающие мозг, использовали его для любо- го умственного тренинга. Сидя в кресле, Хедрук почувствовал ус- тойчивую и сильную пульсацию, которая сотрясала громом его мозг. Это было биение его сердца с сопутствующим ему шорохом потока крови и всех десятков тысяч мускульных напряжений с их собствен- ными крошечными звуками - и эта физическая фаза скоро прошла. Он был наедине с полным спокойствием и полным миром. Его первые впечатления были: он сидит в кресле, но в кресле своей комнаты. Через несколько секунд он понял, что кресло нахо- дится в спасательном судне, которое в свою очередь было внутри одного из огромных космических кораблей чужаков. Хедрук вздохнул и открыл свои глаза. Итак, его сопротивление потерпело неудачу. Это было очень плохо, но, конечно, он не так уж и рассчитывал на успех. Хедрук продолжал сидеть в многофункци- ональном кресле управления, потому что расслабление было его еди- нственным способом сопротивления, и он намеревался продолжать его. Хедрук подавил возникшее возбуждение, когда он понял, что случилось. Процесс расслабления сработал в некоторой степени. Па- укообразные существа доставили его обратно в его спасательное су- дно, но их воздействие на его мозг было частично сломлено, и не- которые из иллюзий исчезли из нео. Первая из них была, что здесь находится более одного кораб- ля. Сейчас, свободный от их контроля, он мог видеть, что здесь был только один. Второй иллюзией было, что его спасательное судно находится внутри их корабля. Теперь он видел, что это не так. Его мысли прервались. "Человек, не вынуждай нас уничтожить тебя". Он ожидал мысленного вмешательства, инстинктивно съеживаясь в предчувствии титанического удара. Шок оказался отличным от ожи- даемого. Мысль чужака утратила силу. Она оказалась далекой, сла- бой. Хедрук почувствовал удивление, затем изумленное понимание. Это было реальностью. Раньше они, должно быть, установили с ним мгновенную и полную мыслительную связь. Теперь их мысли приходи- лось достигать его снаружи. Его положение показывало постепенное улучшение. Паукообразные существа, которые казались настолько превосходящими его, теперь с каждым мгновением теряли свою значи- мость. Четыреста кораблей стали одним. Кажущийся непостижымым ум- ственный контроль уменьшился теперь до приемлемых размеров. У не- го не было сомнения, что их угроза уничтожить его была на физиче- ском уровне. Они имели в виду, что используют энергетические лучи против него. Но все же ситуация была такой же опасной, как и раньше. Он должен играть свою роль осторожно и ждать удобного случая. Он ждал, и вскоре пришла мысль, направленная к нему: "Это правда, что ты успешно освободился от нашего умственно- го контроля и обнаружил, что здесь только один корабль. Тем не менее, мы намерены еще раз использовать тебя, и, следовательно, ты должен сотрудничать с нами под угрозой немедленного уничтоже- ния в случае отказа". "Конечно, - сказал Хедрук, - я сделаю все, что требуется, если только не имеется в виду такой вид сотрудничества, как пре- доставление своего тела для расчленения". "Мы намерены, - пришел быстрый ответ, - продолжить изучение близнецов Ниланов. Так как вы были подключены к их родственной связи, когда были под нашим контролем, мы можем обойтись без бли- знеца на Земле и работать прямо через вас. Это будет не больно, но вы должны уступить себя для исследований". Хедрук запротестовал: "Я слышал, как один из вас сказал, что Гил Нилан умер. Это было прежде, чем меня вернули на Землю. Как я могу работать с ме- ртвым человеком?" Ответ был ледяным: "Пожалуйста, позвольте нам самим справиться с проблемой вос- становления клеток. Вы подчиняетесь нам?" Хедрук заколебался "А вы собираетесь оставить меня живым - потом?" "Конечно, нет". Он ожидал этого ответа, но тем не менее, это было потрясени- ем. "Я не понимаю, с какой стати вы ожидаете от меня сотрудниче- ства на такой основе?" "Мы сообщим вам о моменте смерти. Это даст вам эмоциональное возбуждение, которого вы жаждете, и таким образом, будет соответ- ствовать вашим потребностям". Хедрук ничего не отвечал некоторое время. Он был очарован. Эти чудовища думали, что они доставят удовольствие человеку, ска- зав ему, когда он должен будет умереть. Так вот насколько они продвинулись в исследовании эмоциональной человеческой природы! Казалось невероятным, что кто-нибудь мог так заблуждаться. Интел- лектуально отношение этих существ к жизни и смерти, должно быть, представляло собой крайний стоицизм. Вместо того, чтобы попытать- ся укусить руку, которая тянулась уничтожить его, каждый паук, вероятно, проверял все способы побега и, не найдя подходящего, принимал смерть без борьбы. Наконец, Хедрук сказал со сдержанной яростью: - Вы, кажется, чрезмерно хорошего мнения о себе. Вы находи- тесь в корабле размером с маленькую луну. Вы, очевидно, пришли от интеллектуально высшей цивилизации. Мне хотелось бы увидеть пла- нету, которая произвела вас, ее промышленность, ее жизнь. Это бы- ло бы интересно. Вне сомнения, ваша система логики хорошо подхо- дит для вас, но вы ничего не поняли в человеке, если думаете, что все, в чем я заинтересован, это узнать, когда меня убьют. "А что вам еще хотелось бы знать?" В вопрошающей мысли чувствовался интерес. Хедрук ответил устало: - Все в порядке, вы победили. Мне хотелось бы узнать, когда я смогу что-нибудь поесть. "Пища! - Его собеседник взволновался. - Ты слышишь это, *** (бессмыслица)! "Что интереснее всего, - пришла другая мысль, - в критичес- кий момент потребность в пище возрастает. Это кажется значитель- ным". Хедрук сказал: - Что вы хотите, чтобы я сделал? "Уступил". - Как? "Подчинился. Думая о мертвом теле". Он вдруг подумал: бедный Гил, лежащий безжизненно в бескрай- нем море песка, его клетки уже съежились от повышающейся темпера- туры по мере того, как планета движется ближе и ближе к одному из своих двух солнц. Страдания кончились. Останки не чувствовали бо- ли от тепла, раздражающих уколов песчинок, не чувствовали жажды и голода, не испытывали страха и беспочвенных надежд. Смерть пришла к Гилберту Нилану, как и ко всем людям. Боже, благослови его. Хедрук намеренно остановил эту интенсивную эмоциональную ре- акцию. - Постойте, - сказал он, удивленный, - я начинаю чувствовать так, как если бы я был его братом. "Это, - пришла мысль, - одна из удивительных особенностей человеческого существа, то, как одна нервная система отвечает на импульс другой системы. Сенсорный аппарат, участвующий в этом, не имеет аналога в мире разума. Но теперь сядь и осмотрись кругом". Хедрук посмотрел на экран. Он увидел, что сцена изменилась. Большой корабль, пленником которого он был, поднялся выше, его огромный корпус заполнял передний и задний экраны и был виден та- кже на верхних правом и левом экранах. Там, где он находился пре- жде, теперь была пропасть пространства, и в этой бездне плыло два белых солнца. Сперва они были крошечными, немного ярче звезд, но они росли. И далеко слева появилось еще одно крошечное солнце. Две большие звезды достигли уже шести дюймов в диаметре. Они ка- зались сначала совсем рядом друг с другом, затем раздвинулись бо- льше. Одна из них подвигалась все ближе и увеличивалась в разме- рах. Второе солнце отходило все дальше и дальше влево. Приборы показывали, что оно находится на расстоянии трех биллионов миль. Дальнейшие измерения показали, что угловой диаметр обоих солнц системы был больше, чем у Солнца, хотя только одно из них было ярче. Третье солнце было просто пятнышком света вдали. Хед- рук нахмурился. Он поискал и нашел вскоре красную точку вдали, четвертое солнце этой системы. Он начал чувствовать возбуждение, когда мозг чужака направил свой холодный импульс на него снова: "Да, человек, ты прав. Это солнца системы, которую ты назы- ваешь Альфа Центавра. Два ближайших - Альфа А и Альфа В. Третье солнце - это Альфа С, а красная точка является, конечно, незначи- тельной Проксимой Центавра, известной как ближайшая звезда к Сол- нечной Системе. Эта планета, описывая цифру восемь, вращается по очереди вокруг звезд Центавра - Альфы А и Альфы В. Она совершает этот путь с необычной скоростью в три тысячи миль в секунду. В своей эксцентричной орбите она проходит очень близко от каждой звезды. Сейчас она подходит к Альфе А, и мы должны работать, если хотим оживить мертвое тело..." - Если хотим что? - спросил Хедрук. Ответа не было, но он и не был нужен ему. Он откинулся в своем кресле и подумал: ну, ко- нечно, это было очевидно с самого начала. Я принял как само собой разумеющееся, что они собираются установить некую чувственную связь между живым и мертвым телом, но это предположение основыва- лось на моем убеждении, что человек, который был мертв два дня, не только мертв, но и начал разлагаться. Он почувствовал искреннее благоговение. Тысячи лет он стара- лся продлить жизнь живых людей до некоторого приближения к бес- смертию, которого он достиг случайно. Сейчас здесь были существа, которые могли, несомненно, не только разрешить эту проблему, но могли также воскресить мертвого. Удивительно, это открытие заслонило его надежду, что ему удастся как-нибудь выжить, несмотря на их решимость убить его. Он пытался вообразить какие-нибудь способы перехитрить их, способы, основанные на их крайне логичном отношении к действительности. Но в то время, как это все еще казалось единственно возможным выхо- дом, его планы стали очень слабым шансом. Их научные достижения делали результат крайне сомнительным. "Сейчас ты должен, - сказал умственный импульс, - подчинить- ся следующей фазе". Он лежал под ярким светом. Где он находился, или где они внушали ему, что он находится, у него не было понятия. Его тело удобно лежало на чем-то мягком. Он лежал спокойно, полный решимо- сти осуществления своих собственных намерений, и смотрел на свет. Он сиял из черноты нал ним или - его мысль сделала причудливый оборот - может быть, он смотрит вниз на него? Это не имело значе- ния. Здесь был только свет, сияющий из темноты, сияющий, сияющий. Это не был, заметил он через некоторое время, белый свет, он, ка- залось, не имел определенного цвета. Он не был ни ярким, ни теп- лым. Его мысль остановилась, он вздрогнул. Это сделала мысль о тепле, которая принесла сознание, каким холодным был свет. Свет был ледяным. Открытие было подобно сигналу. "Эмоция, - сообщил издалека импульс мозга паука, - это проя- вление энергии. Она действует мгновенно на любом расстоянии. При- чиной, почему связь между близнецами уменьшилась по интенсивнос- ти, является их взаимное ожидание, что она должна так уменьшить- ся. Ожидание было почти неосознанным. Их нервные системы естест- венно почувствовали увеличение расстояния, когда один из них отп- равился к Центавре. Инстинктивно они отказались от связи, хотя эмоциональное отношение между ними оставалось таким же сильным, как и прежде. А теперь, так как вы стали частью этой связи... Во- зобновляем ее". Казалось, все произошло мгновенно. Хедрук увидел, что он ле- жит на травянистом берегу рядом с ручьем. Вода журчала на камнях. Мягкий теплый ветерок дул ему в лицо, и сквозь деревья слева от него поднималось над горизонтом величественное солнце. Вокруг не- го на земле были ящики и упаковочные коробки, несколько машин и несколько спящих мужчин. Ближайшим из лежащих был Гил Нилан. Хед- рук попытался снова вернуть контроль над своим мозгом, думая от- чаянно: "Успокойся, ты, глупец, это только образ, вещь, которую они вложили в твой мозг. Гил находился на песке, на той жуткой планете, направляющейся в ад. Это придуманный мир. Земля в свое самое лучшее летнее время". Прошло несколько секунд, тело Гила Нилана спало с покраснев- шим лицом, шумно дыша, как если бы не могло надышаться. Слабая мысль пришла в мозг Хедрука. - Вода, - сказал он, - о, боже, вода! Хедрук не думал этого. Он буквально швырнул себя в поток. Его сложенные руки так дрожали, что драгоценная влага проливалась на зеленую траву. Наконец, пришло благоразумие и он поискал в од- ном из ящиков и нашел банку. Он держал ее, давая воде течь струй- кой в рот Гила Нилана. Несколько раз изнуренное тело содрогалось от ужасного кашля. Но это тоже было к лучшему. Мертвые мускулы возвращались к жизни. Хедрук мог чувствовать медленное биение се- рдца Гила, мог видеть все умственные картины, которые возникали у него в мозгу. Это была чувствительная связь, которая до сих пор принадлежала исключительно двум братьям. Гил зашевелился. "Э, Дэн, - в мыслях Гила было огромное удивление, - старый дьявол! Откуда ты взялся? - С Земли, - громко произнес Хедрук. Позднее он объяснит ему, что он не Дэн. Ответ, казалось, был единственным, что нужно Гилу. Он вздох- нул, улыбнулся и, повернувшись набок, погрузился в глубокий сон. Хедрук начал шарить в ящиках, ища питательные таблетки. Он нашел пакет быстро усваиваемой пищи и протолкнул таблетку в рот Гила. Они, подумал он, постепенно растворятся. Удовлетворенный, что он сделал все, что мог в данный момент, он повернулся к другим муж- чинам. Он напоил водой каждого из них по очереди, а затем дал пи- тательные таблетки. Хедрук только кончил эту работу, как мысль паука коснулась его. "Ты видишь, он помогает другим тоже! Проявляемая эмоция не является только взаимным сочувствием близнецов". Больше ничего, только это замечание. Но оно остановило Хед- рука в его действиях. Не то, чтобы он забыл про пауков, но память о них была отодвинута назад срочностью других событий. А теперь действительность вернулась. Он смотрел в голубое небо, на это ве- личественное желто-белое солнце и ненавидел паучий народ. Но он понял, что похож на дикарей старых времен, потрясающих своими ку- лаками и выкрикивающих проклятия злым демонам, притаившимся в не- бесах. Он успокоился и снова накормил своих подопечных, на этот раз жидкостью, изготовленной из высокопитательного фруктового концен- трата, разбавленного водой. Один из мужчин, высокий, приятный че- ловек, ожил достаточно, чтобы недоуменно улыбнуться ему, но не задал никаких вопросов, и Хедрук не стал ничего говорить. Когда пациенты снова заснули, Хедрук забрался на ближайшее самое высо- кое дерево и осмотрел окрестности. Но кругом были только деревья и холмы, а далеко-далеко, почти теряющаяся в дымке, широко свер- кала вода. Что заинтересовало его больше всего, так это пятна же- лтого цвета на дереве в четверти мили вдоль ручья. Он опустился на землю и пошел в некотором возбуждении вдоль ручья. Дерево ока- залось дальше, чем он думал, потому что когда он вернулся назад с полным контейнером фруктов, солнце уже прошло зенит. Но прогулка пошла ему на пользу, он почувствовал себя лучше, живее, и к нему пришла мысль: Гил и Кершав, должно быть, посетили эту планету. Они, наверное, пробовали эти фрукты и, как только они достаточно оправятся, смогут сказать ему, съедобны ли эти же- лтые плоды. Здесь, может быть, даже есть портативный анализатор в одном из упаковочных ящиков. Если он и был, Хедрук не смог найти его. Но он обнаружил множество инструментов, включая раеорддер для коммуникационных дисков, используемый для исследования и пометки мест приземления. Они, вероятно, оставили множество таких дисков в различных точках своих приземлений. Солнце опустилось ниже к горизонту. Вскоре второе солнце появилось на небе, крошечный бледный шар. Ненадолго стало теплее, но воздух остыл, когда большое солнце скрылось за горизонтом и наступила "ночь". Она была похожа на пасмурный день на Земле с призраком солн- ца, проглядывающего через тяжелые облака, только небо здесь было безоблачным, и не было влажности пасмурного дня. Дул мягкий вете- рок. Появилось третье солнце, но его тусклый свет, казалось, ни- чего не прибавил. Показалось несколько тусклых звезд. Светлый су- мрак начал действовать Хедруку на нервы. Он ходил вдоль берега ручья и подумал, в конце концов: как долго будет это... Это ис- следование продолжаться? И почему они хотят убить его? Он не намеревался направлять эту мысль, как вопрос, своим захватчикам, но, к его удивлению, тотчас получил ответ. Казалось, он приплыл к нему из тусклого безоблачного неба, точный и совер- шенно бездушный. "Мы являемся не совсем тем, чем кажемся, - сказал паук. - Наша раса не представляет собой один из успехов Природы. В этом корабле, фактически, остатки нашего народа. Все присутствующие здесь бессмертны, победители в борьбе за существование на нашей планете. Любой из нас является наилучшим в какой-либо одной обла- сти, что устраняет всякую конкуренцию. Мы намерены оставаться жи- выми, и наше существование должно остаться неизвестно никаким другим расам во вселенной. Поэтому, тот, кто узнал о нас, должен умереть. Это ясно?" Хедрук не ответил, так как здесь, наконец, была полностью понятная логика. Он должен быть убит, потому что знает слишком много. "Нашим намерением, - сказал ему холодный ум, - является про- ведение последнего исследования сенсорного аппарата человека на основе того, что мы получили через вас, и затем покинуть эту часть пространства навечно. Исследование займет некоторое время. Вы, пожалуйста, потерпите. В это время не будет ответов на ваши мелочные вопросы. Ведите себя соответственно". Это тоже было ясно. Хедрук вернулся медленно в лагерь. Высо- кий, устало выглядевший мужчина, который улыбнулся ему ранее, уже сидел. - Хелло, - сказал он жизнерадостно, - мое имя Кершав. Благо- дарю за спасение наших жизней. - Вы благодарите меня слишком рано, - резко ответил Хедрук. Но звук человеческого голоса вызвал волнение и идею. Он ра- ботал теперь, когда появилась надежда, с большей интенсивностью. Каждое мгновение он ждал уничтожения. Сама по себе работа была достаточно проста. С помощью бластера Гила он нарезал дере- вья на маленькие диски около дюйма толщиной. Диски он вкладывал в исследовательскую машину, которая печатала на одной из сторон ка- ждого диска сообщение, объясняющее местонахождение Хедрука и его товарищей и описывающее паучий народ и угрозу, которую он предс- тавлял. Этим дискам он сообщил антигравитационный импульс и наб- людал, как они плывут вверх, в небо, на десять футов, двадцать, пятьдесят, до того уровня, для которого были отрегулированы их атомы. Их разносило случайными потоками воздуха. Некоторые висели неподалеку, заставляя его сердиться за медлительность, с которой они рассеивались. Некоторые исчезали из вида с удивительной быст- ротой. Многие из них будут задержаны склонами холмов, другие бу- дут парить годами, возможно, столетиями, являясь добычей любого ветерка, и с каждым прошедшим часом их будет все труднее найти. Паучьему племени потребуется чертовски много времени, чтобы поме- шать распространению сведений о его существовании. Проходили дни, и скоро не осталось сомнения, что прошло дос- таточно времени, чтобы диски широко рассеялись. Его пациенты выздоравливали медленно. Было очевидно, что их тела не способны усваивать как следует пищу, которую он давал им, и они нуждаются в медицинской помощи. Кершав первым достиг удов- летворительного состояния и захотел узнать, что произошло. Хедрук показал ему текст на одном из дисков, которые он, в течение трех недель, периодически продолжал посылать. Кершав прочитал его, за- тем задумался. - Итак, вот кто против нас, - сказал он медленно. - Почему вы думаете, что диски могут помочь? Хедрук ответил: - Пауки - логичные негодяи. Они примут свершившееся как факт. Проблема заключается в том, когда распространение дисков достигнет точки, где они поймут, что не смогут найти их все. Ино- гда я раздумываю, насколько сложным должно быть распространение, прежде чем они примут его как решающий фактор. Причина, по кото- рой они не трогают нас до сих пор, заключается в том, что они сейчас находятся около Земли, изучая эмоциональную структуру че- ловека. По крайней мере, таким было их намерение, и они мне гово- рили, что не будут со мной разговаривать некоторое время. Я ду- маю, что они слишком далеко отсюда для их способа телепатии. - Но что они сделают потом? - спросил Кершав. Было трудно объяснить, чему научило его собственное общение с пауками, но Хедрук сделал попытку. Он старался не касаться сво- ей деятельности на Земле и закончил словами: - Я могу прервать их умственный контроль в любое время, так что единственной угрозой для меня является физическая сила. - Как вы объясняете их способность переместить вас назад, в спасательное судно, несмотря на ваше сопротивление? - Я могу только предположить, что нервная система инерционна в своей перестройке. Я оказался в спасательном судне прежде, чем мой метод борьбы фактически вступил в действие. Когда он стал по- могать, они поняли, что случилось, и пригрозили уничтожить меня, если я не буду сотрудничать. - Как вы думаете, удалась ли им попытка понять эмоциональную природу человека? Хедрук покачал головой. - Тысячи лет человек пытался овладеть своими эмоциональными импульсами с намерением, конечно, не исключить эмоции из жизни, а направить их туда, где они послужат здоровью и разуму: секс, лю- бовь, добрая воля, энтузиазм, индивидуальность и так далее. Оче- видно, имеются аспекты существования, которые, возможно, неизвес- тны паукообразным существам. Я не вижу, как они смогут когда-либо что-нибудь понять, особенно потому, что у них нет метода опреде- ления различия между человеком, который желает рискнуть своей жи- знью по какой-нибудь причине, и человеком, который рискует ради заработка. Неспособность понять разнообразие человеческой натуры является основным их недостатком и навечно будет препятствовать настоящему пониманию. Кершав задумался. Наконец, он сказал: - Каковы наши шансы на спасение? Хедрук ответил хмуро: - Достаточно хорошие. Пауки сказали, что они определенно по- кидают эту часть космического пространства, особенно, если у них будет причина верить, что скоро большие корабли с Земли установят регулярные полеты к Центавру. По-моему, Императрица отдаст межз- вездный двигатель, и в наши дни быстрого производства появятся сотни двигателей, установленных на космических кораблях в течение нескольких недель. А само по себе путешествие сюда может быть со- вершено меньше, чем за два дня, если нужно. - Я думаю, - сказал Кершав, - нам лучше заняться делом. Вы уже выпустили много дисков, но еще несколько тысяч не повредит. Вы режьте деревья и изготавливайте диски, а я буду кормить ими машину. Он замолчал и сделал странное движение. Его взгляд дико мет- нулся поверх головы Хедрука. Хедрук резко повернулся и уставился в небо. Он увидел корабль. На мгновение он подумал, что это ко- рабль пауков, видимый издалека. Затем большие буквы на корпусе привлекли его внимание. Буквы гласили: СОЛНЦЕ - ЦЕНТАВР - 719 Корабль был недалеко от них. Он медленно снижался. Он проп- лыл над ними на высоте в полмили, затем медленно повернул назад, по направлению к ним, в ответ на зов их пульта связи. Он доставил их на Землю через сорок один час полета. Хедрук принял предосто- рожности, чтобы Кершав и Гил Нилан представляли его, как брата Гила, и таким образом, он приземлился без происшествий в Столице и проследовал в одно из своих убежищ. Через несколько минут он подсоединил свой пульт связи к сис- теме передатчиков. Таким окольным путем он вызвал Оружейников.

Глава 18

На экране появилось лицо Питера Кадрона. Он не смотрел на экран в момент подключения, а разговаривал с воодушевлением с кем-то, кто был вне поля зрения Хедрука. Звука не было, и Хедрук не стал гадать, о чем говорит бывший советник. У него оказалось время снова подумать, как Кадрон отнесется к нему. Почти месяц прошел с той ночи, когда он был вынужден дейст- вовать против Оружейников с целью самозащиты. Несмотря на его ли- чное уважение к большинству советников, он не жалел ни о чем. Бессмертный человек Земли мог считать свою жизнь достаточно цен- ной для ее спасения. Плохой или хороший, но он был тем, что есть, и весь мир должен считаться с ним, пока он может защитить себя. Кадрон повернулся к экрану и замер, когда увидел, кто перед ним. Затем он торопливо включил звук. - Хедрук, - сказал он, - это вы! - Улыбка удовольствия поя- вилась у него на лице. Его глаза сияли. - Хедрук, где вы были? Мы пытались связаться с вами всеми средствами. Хедрук ответил: - Каков мой статус по отношению к Оружейникам? Кадрон выпрямился. - Меня уполномочили, - сказал он, - извиниться перед вами за наши истерические действия против вас. Мы можем только полагать, что были охвачены паникой. Я лично извиняюсь за то, что произош- ло. - Благодарю. Это означает, что больше, без сомнения, не бу- дет интриг? - Наше слово чести, - воскликнул Кадрон. - Хедрук, послушай- те, мы сидим, как на иголках, ожидая, когда вы позвоните. Импера- трица, как вы знаете, отдала межзвездный двигатель без всяких ус- ловий на следующее утро после атаки. Хедрук узнал об этом на корабле по пути на Землю. - Продолжайте. Кадрон был возбужден. - Мы получили от нее самое замечательное предложение. Приз- нание Магазинов и участие в правительстве. Это капитуляция по пе- рвому разряду. Хедрук сказал: - Вы отказались, конечно? - Э? - Кадрон уставился на него. Хедрук продолжал твердо: - Вы не имеете, конечно, в виду, что Совет решил принять предложение. Вы должны понимать, что никогда не может быть дости- гнуто согласие между двумя такими диаметрально противоположными силами. - Но, - запротестовал Кадрон, - это одна из вещей, которую вы предложили сами, как причину для вашего визита во дворец. Хедрук сказал: - Это заблуждение. Во время кризиса цивилизации мы должны иметь кого-то одновременно и в Магазинах, и во дворце. Подождите! Он продолжал звонким голосом: - Оружейные Магазины представляют постоянную оппозицию. Не- достатком оппозиции в старые времена всегда было то, что она строила планы прихода к власти, слишком часто их критицизм был нечестным, их намерения злыми, они жаждали власти. Оружейные Ма- газины никогда не должны позволить таких эмоций у своих сторонни- ков. Пускай Императрица перестраивает свой собственный хаос. Я не говорю, что она ответственна за развращенное состояние Империи, но для нее пришло время предпринять энергичную чистку. В течение всего этого времени Оружейные Магазины должны оставаться в сторо- не, заинтересованные, но поддерживающие свои великие принципы за- щиты повсюду, сквозь всю галактику, тех, кто угнетен. Изготовите- ли оружия должны продавать свое оружие и оставаться вне политики. Кадрон сказал медленно: - Вы хотите, чтобы мы... - Продолжали свой обычный бизнес, не более, не менее. А те- перь, Кадрон, - Хедрук улыбнулся, - передайте мои лучшие пожела- ния бывшему Совету. Я намерен отправиться во дворец через час, и никто из вас не услышит от меня больше ни слова. Прощайте все вы и всего хорошего. Он выключил пульт резким движением и сел со своей старой- старой болью. Еще раз он отходил прочь. Наконец, он подавил чувс- тво одиночества в душе и привел свой карплан во дворец точно че- рез час. Он уже позвонил Иннельде и был тотчас допущен в ее апар- таменты. Хедрук смотрел на нее через полузакрытые веки, когда они го- ворили. Она напряженно сидела возле него, высокая, изящная женщи- на с удлиненным лицом, чьи зеленые глаза скрывали ее мысли. Они сидели под пальмой в саду, который был приемной комнатой на трид- цать четвертом этаже. Мягкий ветерок обдувал их. Он дважды поце- ловал ее и понял, что ее скованность имеет внутренние мотивы, ко- торые он должен узнать. Она приняла поцелуи с пассивностью рабы- ни. Хедрук выпрямился. - Иннельда, в чем дело? Она молчала, и он настойчиво продолжал: - Первое, что я увидел, когда вернулся, было то, что принц дель Куртин, который был буквально твоей правой рукой, изгнан из дворца. Почему? Слова, казалось, подняли ее из какой-то глубины. - Мой кузен имел безрассудство критиковать меня и выступать против моего проекта. Меня не должны травить даже те, кого я люб- лю. - Травить тебя? Он? Это не похоже на принца. Молчание. Хедрук посмотрел на нее искоса, затем сказал нас- тойчивым тоном: - Ты практически махнула рукой на межзвездный двигатель, и сейчас, когда я с тобой, я не чувствую, что это что-нибудь для тебя значит. В течение последовавшего долгого молчания к нему впервые пришла мысль о причине ее скованности. Возможно ли, что она узна- ла правду о нем? Прежде, чем он заговорил, раздался ее тихий го- лос: - Возможно, все, что мне нужно действительно сказать, Ро- берт, это то, что здесь будет наследник Ишера. Упоминание о ребенке почти не задело его. Она узнала, вот что имело значение. Хедрук вздохнул. - Я забыл. Ты захватила Гениша, не так ли? - Да, я захватила его, и ему не понадобилось намного больше информации, чем он уже имел. Несколько слов, и интуиция сработа- ла. - Что ты собираешься делать? Она ответила отстраненным голосом: - Женщина не может любить бессмертного человека. Такая связь уничтожит ее душу, ее ум. - Она продолжала: - Я поняла сейчас, что никогда не любила тебя. Ты очаровал меня и, возможно, оттал- кивал меня немного, к тому же. Хотя я и горжусь, что избрала те- бя, не зная ни о чем. Это показывает огромный жизненный инстинкт нашей линии. Роберт! - Да? - Те, другие Императрицы, на что была похожа твоя жизнь с ними? Хедрук покачал головой. - Я не скажу тебе. Я хочу, чтобы ты не думала о них. Она сказала насмешливо: - Ты думаешь, я ревную? Нет... совсем нет. - Она добавила отстраненно: - С этого момента я - семейная женщина, которая на- мерена заслужить уважение и привязанность своего ребенка. Импера- трица Ишер не может жить по-другому. Но я буду осуждать тебя. - Ее глаза потемнели. Она сказала с неожиданной суровостью: - Я до- лжна все это обдумать. Оставь меня сейчас, слышишь? Иннельда протянула руку, и она показалась ему слабой и мяг- кой под давлением его губ. Хедрук нахмурившись прошел в свои апа- ртаменты. Сидя здесь один, он вспомнил о Генише. Он сделал вызов через Информационный Центр Оружейников и попросил А-человека прийти во дворец. Часом позже двое мужчин сидели друг перед другом. - Я понял, - сказал Гениш, - что мне не собираются ничего объяснять. - Позже, - сказал Хедрук. - Что вы собираетесь делать? Или, скорее, что вы сделали? - Ничего. - Вы имеете в виду... - Ничего. Я понял, что это знание может сделать со средним или даже высшим человеческим существом. Я никогда не скажу ни слова Совету и никому другому. Хедрук почувствовал облегчение. Он знал этого человека, его выдающуюся сущность. За этим обещанием не было страха, просто аб- солютная честность мировоззрения, равного которому ничего больше нет. Он увидел, что глаза Гениша внимательно изучают его. А-чело- век сказал: - С моими способностями я, вполне естественно, не нуждался в проверке воздействия эффекта бессмертия на человека. Но вы делали это, не так ли? Где это было? Когда? Хедрук с трудом сглотнул. Память обжигала как огонь. - Это было на Венере, - сказал он ровным голосом, - в самом начале межпланетных путешествий. Я организовал изолированную ко- лонию ученых, рассказал им всю правду и посадил их работать, что- бы помочь мне открыть секрет бессмертия. Это было ужасно... - Его голос выражал смятение. - Они не могли спокойно наблюдать мою ве- чную молодость, когда сами старели. Этого не должно повториться никогда снова. Он содрогнулся, и А-человек быстро сказал: - Как будет с вашей женой? Хедрук молчал несколько минут. Потом он сказал: - Императрицы Ишер в прошлом всегда гордились связью с бес- смертным человеком. Ради детей мирились со мной. Больше я ничего не могу сказать. - Его мрачность усилилась. - Я иногда думаю, что должен жениться чаще. Бессмертие, может быть, повторится. Это всего лишь моя тридцатая женитьба. У меня как-то не хватает реши- мости, хотя, - он поднял голову, - я разработал отличный метод старения моей внешности, достаточный, чтобы производить психоло- гический эффект на тех, кто на самом деле знает правду. Выражение лица Гениша заставило Хедрука спросить: - В чем дело? А-человек сказал: - Она любит вас, я думаю, и это ухудшает дело. Видите ли, она не может иметь ребенка. Хедрук встал из своего кресла и шагнул к А-человеку, как ес- ли бы намеревался столкнуться с ним. - Вы серьезно? Почему же она сказала мне... Гениш был бледен. - Мы, Оружейники, изучаем Императрицу с детства. Сведения о ней, конечно, доступны только трем А-людям и членам Совета. В этом нет сомнения. Взгляд А-человека был прикован к Хедруку. - Я знаю, это разрушает ваши планы, но не воспринимайте это- го так серьезно. Принц дель Куртин - следующий в семейной линии и может продолжить ее. Я думаю, что появится другая Императрица че- рез несколько поколений, и вы сможете жениться на ней. Хедрук прекратил свое хождение. - Не будьте таким черствым, - сказал он, - я думаю не о се- бе, а о женщинах Ишер. Их черты не видны ясно в Иннельде, но они в ней есть. Она не отдаст ребенка, и это именно то, о чем я бес- покоюсь. - Он повернулся к А-человеку. - Вы абсолютно уверены? Не играйте со мной, Гениш. А-человек сказал твердо: - Хедрук, я не играю. Императрица Ишер умрет при рождении ребенка и... - Он остановился, его глаза были прикованы к точке за спиной Хедрука. Хедрук медленно повернулся и увидел женщину, которая стояла там. Женщина сказала холодным голосом: - Капитан Хедрук, вы возьмете вашего друга, мистера Гениша, и покинете дворец в течение часа, чтобы не возвращаться до тех пор, пока... Она остановилась и стояла мгновение как статуя. Затем закон- чила поспешно: - Никогда не приходите сюда, я не могу этого выдержать. Про- щайте! - Подожди, - резко воскликнул Хедрук, - Иннельда, ты не дол- жна иметь этого ребенка! Он говорил перед закрытой дверью.

Глава 19

Именно дель Куртин вызвал Хедрука во дворец в последний день. - Мы хотим, - прошептал принц, - послать кого-нибудь к ней. Она должна послушаться здравого смысла. Мои друзья собираются по- советовать ее новому доктору Телингеру допустить вас к ней. Оста- вайтесь в своих комнатах, пока вас не позовут. Ожидание было тягостным. Хедрук расхаживал по ковру, покры- вающему пол, думая о месяцах, прошедших со времени его изгнания из дворца. Фактически, хуже всего были последние дни. Слухи широ- ко распространились кругом. Никаких официальных известий не было, как это стало известно, невозможно было сказать определенно. Он слышал их, идя в ресторан, который посещал иногда. Он слышал их, проходя по тихим улицам. Они разносились слабым ветерком и возни- кали едва слышно над гулом разговоров в карпланах. Они не были злыми. Слухи просто сообщали, что скоро появится наследник Ише- ров, и возбужденный мир ждал объявления. Они не знали, что этот день настал. Кризис начался в десять часов ночи. Сообщение от до- ктора Телингера привело Хедрука в королевские апартаменты. Телингер оказался человеком среднего роста, с тонким лицом, которое сморщилось от неудовольствия, когда он приветствовал по- сетителей. Хедрук знал, что доктор Телингер был не виноват ни в чем, кроме беспомощности. Он был доставлен во дворец на смену до- ктору Сноу, которого удалили после тридцатилетней службы придвор- ным врачом. Хедрук вспомнил, как однажды за обеденным столом Ин- нельда ругала доктора Сноу, называя его "устаревшим практиком, который все еще представляет себя доктором на основании того, что помог мне появиться на свет". Не было сомнения, что старый доктор Сноу точно обрисовал ей ситуацию. И Иннельде не понравилось это. И также не было сомне- ний, как понял Хедрук, слушая доктора Телингера, что новому док- тору ни разу не позволили слишком тщательного осмотра. Она хорошо выбрала. Он выглядел человеком, который слишком благоговел перед ней, чтобы преодолеть сопротивление коронованного пациента. - Я только что обнаружил правду, - лепетал он Хедруку. - Она находится под воздействием обезболивания. Принц Хедрук, вы должны уговорить ее. Или ребенок, или она, а ее убеждение, что она оста- нется жить, крайне необосновано. Она угрожает мне, - закончил он растерянно, - смертью, если ребенок не выживет. Хедрук сказал: - Разрешите мне поговорить с ней. Она лежала в постели, спокойная и бледная. Ее дыхание каза- лось настолько незаметным, что она казалась уже мертвой. Доктор поместил маску с микрофоном над ее спокойным, но внимательным ли- цом. Бледный тиран, подумал Хедрук. Бедный несчастный тиран, сло- мленный внутренними силами, слишком огромными, чтобы ей справить- ся с ними. Он сказал нежно: - Иннельда... - Это... ты... Роберт... - произнесла она медленно. - Я го- ворила... им... не... разрешать... тебе... приходить... - Твои друзья любят тебя. Они хотят сохранить тебя. - Они... любят... меня... Они думают, что я... дура... Но я докажу им. Я останусь жить, но и ребенок должен жить. - Принц дель Куртин женат на чудесной и красивой женщине. У них будут замечательные дети, будущие наследники. - Никакой ребенок, кроме моего... и твоего... не будет пра- вить Ишером... Разве ты не видишь, что только прямая линия имеет значение. Здесь никогда не было разрыва. Его не должно быть и те- перь. Разве ты не понимаешь? Хедрук стоял, опечаленный. Он видел это даже более ясно, чем она. В древние времена, когда под различными вымышленными именами он уговаривал Императоров Ишер жениться на женщинах, которые были жизненно важными для династии, тогда не казалось вероятным, что черты характера Ишер станут настолько сильными. И эта несчастная женщина не понимала, что ее ссылки на "линию" были только предло- гом. Она хотела своего собственного ребенка. Такова была простая правда. - Роберт... ты останешься... и подержишь мою руку? Он остался и наблюдал, как убывают ее жизненные силы. Ждал, пока смерть не пришла к ее холодеющему телу, а младенец не начал раздражать его своим хриплым ревом. На расстоянии в половину светового года летел корабль в нес- колько миль длиной. Внутри него мысли передавались от мозга к мо- згу: "...Второе исследование почти так же тщетно по своим резуль- татам, как и первое. Мы знаем некоторые законы, но почему этот правитель, который обладал миром, отдал свою жизнь за ребенка? Ее доводы, что именно она должна продолжить свою линию, логически необоснованы. Это только вопрос незначительной разницы в атомной структуре. Многие мужчины и женщины могли бы сохранить ее племен- ную прогрессию". "Может быть, вернуть ее к жизни и сделать запись эмоциональ- ной реакции на ее окружение..." "...*** исследовал нашего бывшего пленника Хедрука и оказа- лось, что тот аннулировал гениальным методом логику, которая тре- бовала его уничтожения. Соответственно, мы должны покинуть галак- тику в течение одного периода..." "Все, что мы узнали, это то, что это раса, которая будет править вселенной". СОДЕРЖАНИЕ ОРУЖЕЙНИКИ................................................... 3 ГЛАВА 1................................................. 3 ГЛАВА 2................................................. 8 ГЛАВА 3................................................. 19 ГЛАВА 4................................................. 32 ГЛАВА 5................................................. 39 ГЛАВА 6................................................. 55 ГЛАВА 7................................................. 61 ГЛАВА 8................................................. 71 ГЛАВА 9................................................. 76 ГЛАВА 10................................................ 79 ГЛАВА 11................................................ 81 ГЛАВА 12................................................ 91 ГЛАВА 13................................................ 100 ГЛАВА 14................................................ 110 ГЛАВА 15................................................ 115 ГЛАВА 16................................................ 125 ГЛАВА 17................................................ 134 ГЛАВА 18................................................ 145 ГЛАВА 19................................................ 151