Idx.       

Акутагава Рюноскэ. Дзюриано Китискэ


- Пер. с яп. - Н.Фельдман. OCR & spellcheck by HarryFan, 1 October 2000
- 1 Дзюриано Китискэ был родом из деревни Ураками уезда Соноки провинции Хидзэн. Рано лишившись отца и матери, он с малых лет поступил в услужение к местному жителю Отона Сабурбдзи. Но, отроду придурковатый, он постоянно служил посмешищем для товарищей, которые помыкали им, как скотом, и принуждали выполнять самую тяжелую работу. Этот Китискэ в возрасте восемнадцати - девятнадцати лет влюбился в единственную дочь Сабуродзи - Канэ. Канэ, разумеется, не обращала внимания на чувства слуги. Вдобавок злые товарищи, быстро все подметившие, стали еще больше над ним издеваться. При всей своей глупости, Китискэ, видимо, стало невмоготу терпеть эти мучения, и однажды ночью он потихоньку бежал из ставшего родным дома. С тех пор в течение трех лет о Китискэ не было ни слуху ни духу. Однако потом он нищим оборванцем снова вернулся в деревню Ураками. И опять стал служить в доме у Сабуродзи. Теперь он не принимал к сердцу презрение товарищей и только старательно работал. Дочери хозяина Канэ он был предан как собака. Канэ уже была замужем и жила с мужем на редкость счастливо. Так без всяких происшествий миновали год-два. Но тем временем товарищи почуяли в поведении Китискэ что-то подозрительное. Одержимые любопытством, они принялись внимательно следить за ним. И действительно обнаружили, что по утрам и вечерам он крестит себе лоб и шепчет молитву. Они сейчас же донесли об этом хозяину. Видимо, опасаясь плохих для себя последствий, Сабуродзи тотчас препроводил Китискэ в управление деревни Ураками. Когда стражники вели его в нагасакскую тюрьму, он не выказывал никаких признаков страха. Нет, как говорит легенда, глуповатое лицо Китискэ в это время исполнено было такого удивительного величия, что можно было подумать, будто его озаряет небесный свет. 2 Приведенный к судье, Китискэ открыто признался в том, что принадлежит к секте христиан. Тогда между ним и судьей состоялся такой диалог: Судья. Как называются боги твоей секты? Китискэ. Принц страны Бэрэн [искаж. португ. Belem - Вифлеем], Эсу Киристосама [Эсу Киристо-сама - Иисус Христос (сама - вежливая приставка); христианство проникло в Японию во второй половине XVI в., но в 1587 г. уже было запрещено, и христиане стали жестоко преследоваться; поскольку проводниками христианства были преимущественно португальские (реже испанские) миссионеры, в язык японских христиан вошли европейские имена, названия и понятия из португальского языка, измененные согласно законам японского произношения], а также принцесса соседнего царства Санта-Мария-сама. Судья. Какого же они вида? Китискэ. Эсу Киристо, являющийся нам во сне, красивый юноша, облаченный в лиловое офурисодэ. Принцесса Санта-Мария в каидори [офурисодэ и каидори - старинные костюмы японской знати], расшитом золотом и серебром. Судья. Какие же основания к тому, что они стали богами этой секты? Китискэ. Эсу Киристо-сама влюбился в принцессу Санта-Мария, умер от любви и потому стал богом, помышляя спасти тех, кто страдает так же, как он. Судья. Откуда и от кого ты принял такое учение? Китискэ. В течение трех лет я скитался по разным местам. И тогда на берегу моря меня просветил незнакомый мне рыжеволосый человек. Судья. Какой обряд был совершен при твоем посвящении? Китискэ. Я принял святую воду и был наречен Дзюриано. Судья. А куда направился потом тот рыжеволосый человек? Китискэ. Это дивная вещь. Он ступил на бурные волны и куда-то скрылся. Судья. Твой конец близок, а ты рассказываешь небылицы! Смотри, тебе плохо придется. Китискэ. Я не лгу. Все чистая правда. Судье речи Китискэ показались странными. Они совершенно расходились с речами христиан, которых он допрашивал раньше. Однако сколько он ни допрашивал Китискэ со всей строгостью, тот упорно не отступал от того, что сказал раньше. 3 Согласно законам страны, Дзюриано Китискэ в конце концов был приговорен к распятию [в XVII в. в Японии христианство каралось смертной казнью путем распятия так же, как в средние века казнили крестьянских повстанцев, поэтому сам этот способ казни не был связан с христианством как таковым]. В назначенный день его провели по всему городу, а затем на лобном месте безжалостно пригвоздили к кресту. Крест вырисовывался силуэтом на фоне неба высоко над окружающей бамбуковой оградой. Подняв взор к небу и громким голосом возглашая молитву, Китискэ бесстрашно перенес удары копий палачей. Когда он начал молиться, в небе над его головой сгустились клубы туч и на лобное место потоками хлынул ужасающий дождь. Когда небо опять прояснилось, распятый Дзюриано Китискэ уже испустил дух. Но тем, кто стоял за оградой, казалось, что в воздухе еще разносится его голос, творящий молитву. Это была простая, бесхитростная молитва: "О принц страны Бэрэн, где ты теперь? Слава тебе!" Когда его тело сняли с креста, палачи изумились: оно источало дивный аромат. А изо рта у него, сияя свежей белизной, расцвела лилия. Такова жизнь Дзюриано Китискэ, как она рассказана в "Нагасаки-темонсю", "Коке-идзи", "Кэйкохайсекудан" [все названия хроник автором вымышлены] и так далее. И из всех японских мучеников веры это жизнь моего самого любимого святого глупца [святой глупец - калька немецкого "Heiliges Narr"; выражение заимствовано из либретто к опере Р.Вагнера "Парсифаль"]. Август 1919 г.