Idx.       

Джо Л.Хенсли. ...и не совсем люди


Пер. - Т.Завьялова Z'Ha'Dum BBS (2000:12/8@X-Net)
Конечно, они победили. У них был всего один корабль против всей планеты, но они победили. Правители будут довольны. Еще одна свободная планета для колонизации - и несколько образцов для исследований. Несколько землян, которые как-то ухитрились выжить во время атаки. В корабельной рубке, у светящегося и пощелкивающего корабельного пульта беседовали двое арктурианцев. - Скажите, доктор, как самочувствие землян? - холодно спросил старший. Он аккуратно расправил свои шикарные пурпурные брюки, педантично выравнивая и без того ровные складки. - Сидят по клеткам и таращатся на каждого входящего, кэп. Отказываются от пищи. Они почти не разговаривают и очень мало двигаются. У всех неприятный, какой-то застывший взгляд, словно они в шоке. Мне кажется, что всех их нам живыми не довезти. - Слабаки! Все лабораторные показатели - хуже некуда. Наши парни совсем другие, хоть внешне они на нас и похожи. Нет, наша раса безусловно сильнее. Он задумчиво побарабанил пальцами по столу. - Ну ладно. Все равно мы не можем позволить им сдохнуть. Если понадобится, организуем принудительное кормление. Нашим ученым нужны подопытные образцы; нам еще повезло, что эти сумели пережить атаку. Разрази меня гром, если я понимаю, как им это удалось. - Однако никто из них не облучен, и ожогов тоже незаметно, - сказал доктор. - И все-таки они слабы и заторможены. - Пусть будут какими угодно, только бы довезти их живыми. Доктор как-то странно посмотрел на капитана, потом помолчал немного и нерешительно поинтересовался: - Скажите, а вы в последнее время не видели никаких необычных снов? - Снов? - недоуменно спросил капитан. - Сны запрещены Правилами. Они расслабляют. - Но другие, сэр... Некоторые из нашего экипажа жалуются... - Жалуются! Жалобы запрещены Правилами. Вы это знаете, доктор. Почему сразу мне не доложили? - Но это же такая мелочь, сэр. Мне кажется, это случай для психолога. Несколько человек обращались ко мне с жалобами на ночные кошмары. - Доктор покачал головой. - Я думаю, что это обычный страх пространства. Большинство из них первый раз в космосе. - Подготовьте список и представьте мне, - сурово сказал капитан. - Подобных типов следует исключать как можно раньше. - Слушаюсь, сэр, - ответил доктор и собрался уходить. - Минуточку, - задержал его капитан. - А они не говорили вам, что именно им снится? - Кровь, сэр. - Доктор встряхнул головой, словно сам отгонял кошмар, и стиснул свои стерильно чистые руки. - Черепа, кости и жуткие старухи, пляшущие вокруг костров. А еще им снится, что они окружены призраками, которые пытаются поймать их. - Вздор. - Разумеется, сэр. Доктор спускался вниз по ярко освещенному коридору и разглядывал членов экипажа, похожих на великолепно отлаженные машины. Каждый из них был превосходным работником и в точности походил на всех остальных: лица и тела, словно сошедшие с конвейера, сияющие белозубые улыбки, и даже сапоги одинаково сверкающие, как черные зеркала. Юные, цветущие лица, совсем не похожие на эти скелеты в трюме. Первый охранник вскинул руку в вежливом приветствии. - Да, сэр? - Проверка пленников! Дверь словно нехотя открылась, и доктор шагнул через порог. - Сэр! - Настойчивый голос заставил его обернуться. - Да? - Он уже вспомнил, что этот охранник один из тех, что приходили к нему с жалобами. - Простите, сэр, вы не могли бы попросить сменить меня? Я болен. Мне совсем плохо после этих кошмаров. Доктор равнодушно глянул в испуганные блестящие глаза. "Лучше этого не начинать", - подумал он. - Исполняйте свой долг. Я не могу освободить вас с вахты. Вы же знаете Правила. - Но, сэр! - Придете ко мне на прием, когда сдадите пост. Там мы и побеседуем. Доктор еще раз посмотрел на парня. Может, и вправду что-то серьезное? Да нет. Самый стандартный случай, отмахнулся он. И окончательно успокоился, увидев, как парень провожает его стандартным салютом. - Слушаюсь, сэр. Первая камера, вторая... пятнадцатая, и везде одно и тоже. Отрешенные лица и пристально следящие за ним мертвые глаза. Глаза поднявшихся из гроба мертвецов. Двадцать две камеры, в каждой по двое. Женщины отдельно, как и положено. Всего сорок четыре пленника. Значит, сейчас за ним следят восемьдесят восемь глаз. Он вздрогнул. "Сколько это будет в процентах? - неожиданно подумал он. - Сорок четыре уцелевших из двух миллиардов?" Он просмотрел журнал охранников. "Человек из камеры 14. Имя - Александр Грин. Чертил мелом на столе странные знаки. Мел отобрали. Не сопротивлялся". "Женщина из камеры 3. Разговаривала сама с собой. По приказу начальника ее успокоила соседка по камере. Имена: Элизабет Гот, Мег Ньюкомб". В трюме пленников царила полутьма и тишина. Свет казался каким-то сумеречным, и слышался только ритмичный рокот двигателей да цоканье сапог стражников, когда они подходили к доктору и протягивали журналы. Начальник стражи безмолвно шел за ним и, проводив доктора до двери, выслушал приказ: - Принудительное кормление. Можете добавить витамины. Сделайте всем успокаивающее. - Доктор выдержал паузу, холодно глянул на начальника, потом добавил: - Охранник восьмой секции небрежно отдал салют. Отметьте это в рапорте. - Слушаюсь, сэр. - Что еще, командир? Старший немного помялся и сказал: - Охранники нервничают, сэр. - А пленники? - ехидно спросил доктор. - Но они ведут себя так странно, сэр, - взволнованно продолжал старший. - Они еще не прошли адаптацию к условиям полета. - Но они отказываются от пищи. - Я повторяю, так как вы, старший надзиратель, похоже, меня не поняли. Они еще не приспособились к условиям полета, - доктор нарочно произнес каждое слово отдельно, словно говоря с недоумком. Начальник стражи щелкнул сапогами, и доктор быстро отошел от камер. На пленников он больше не оглядывался. Идентификатор быстро проверил его и открыл двери трюма. Он быстро вышел и, даже не заметив охранника, который, кажется, ждал его возвращения, прошел в свой кабинет при маленьком, но хорошо оборудованном госпитале. Там он совершенно обессиленный рухнул за стол. Из коридора донесся звук бегущих шагов. Затем что-то тяжело ударилось о его дверь, чуть не сорвав ее с петель. Доктор поспешил сам распахнуть ее, не дожидаясь нового удара. За ней стоял заболевший охранник, качаясь, словно пьяный. - Отойдите-ка, доктор. Вон я вижу их прямо у стены. Вон там, видите? - прохрипел парень. - Это они до меня добираются. А я им не дамся. Доктор успел заметить, как охранник выхватил пистолет. - Погоди, идиот проклятый! Человек лежал на полу, все еще упирая пистолет в ту бесформенную обуглившуюся массу, что минуту назад была его телом. Голова уцелела, и теперь открытые неподвижные глаза бессмысленно уставились на россыпи звезд за иллюминатором. Зрелище было отвратительное, но для доктора вполне привычное. Слишком много повидал он убитых из своих и чужих, чтоб придавать значение еще одной смерти. Гораздо больше его заботило, что скажут по этому поводу Правители. Он вызвал дневальных и машинально наблюдал за ними, пока они приводили в порядок его кабинет. Надо было заполнить по форме все бумаги и придумать, как доложить об этом капитану. Но, занимаясь всей этой рутиной, он неотступно думал об одном: как эта история скажется на нем? Правители потребуют объяснений. Они могут решить, что это его вина. На секунду его охватила паника, но тело продолжало совершать привычные движения и лицо оставалось бесстрастным. Твердым шагом подошел он к каюте капитана. - Ну почему он это сделал? - Капитан, казалось, был, скорее, расстроен, чем разгневан этим происшествием. - Мы в космосе, капитан, - жестко ответил доктор. - Но в космосе сейчас не одна сотня тысяч наших людей! - воскликнул капитан. - И бывает, что кое-кто из них совершает самоубийство, - непреклонно добавил доктор. - Ну, это какие-то выродки! Такого не должно быть! - Он резко махнул рукой, но, опомнившись, на стол ее опустил почти беззвучно, и от этого жест получился почти комичным. - Это против Правил, - продолжал он уже спокойнее. - И я просто обязан знать, почему он это сделал. Доктор снова принялся объяснять. - Это был его первый полет. Первый раз он оторвался от дома, понимаете? Разве это воин? Нет! Крестьянский мальчик, переодетый в мундир. Сейчас доктор был так зол на этого дурака, что, кажется, сам бы с удовольствием убил его. "А может, он это нарочно, чтоб доставить мне неприятности?" - мелькнуло у него в голове. Капитан пристально посмотрел на него. - Но почти все наши люди - это бывшие крестьянские мальчики. Я и сам когда-то пришел в армию прямо с фермы. - Лицо капитана явно отражало сомнение. С минуту они помолчали, и каюту заполнил незаметный раньше рокот двигателей. - У вас, доктор, тоже усталый вид, - сказал наконец капитан. - Вам нужно отдохнуть. Но доктор постарался не услышать этого замечания. - А может, это какое-то влияние пленников? - задумчиво сказал он. - Все, кто приходили ко мне с жалобами, близко общаются с пленными. - Но я тоже общался с пленными, - презрительно сказал капитан. "Это ты-то общался? Разок взглянул - и все! А видел ты, как они сидят неподвижно и смотрят сквозь тебя?" - зло подумал доктор. Но вслух сказал, стиснув зубы: - Конечно, сэр. - В общем, вы должны обнаружить, что там было у него не в порядке. - Слушаюсь, сэр. Я постараюсь. - Вежливая улыбка и готовность дальше нести службу. Все по Правилам. - И обо всем докладывать мне. - Конечно, капитан. - Сделайте вскрытие. Обязательно посмотрите его мозг. - Я сделаю это, сэр, - он очень старался говорить спокойно. - Мы сохраним его голову. Так положено по Правилам. - Просмотрите все еще разок, - сказал капитан, пристально глядя на него. - Найдите, что было не в порядке у него в голове, чтоб можно было заранее предусматривать подобные случаи. Я уверен, что у него было что-то не так с головой. Найдите это! - Слушаюсь, сэр. - Ноги вместе, четкий салют, разворот, спину держать прямо. Он же солдат, космонавт, арктурианец, победитель. Доктор вернулся в свой кабинет и без сил привалился к столу. Прошло минут пять, прежде чем он смог заставить себя подняться и подойти к зеркалу. Вроде ничего не изменилось. Обычное мое лицо - только такое усталое... С чего это я так устал? Он осторожно погладил лицо. Все нормально. Только морщины расползлись и стали глубже. Потрогал волосы. Такие же. Только откуда эта седина? Глаза. Да нет, они все нормально видят. Только почему они видят то, чего не может быть? И тут рухнула та стена, за которой он прятался всю жизнь, и он припомнил, какие сны ему снились и как долго уже он не позволял себе спать. Он понял все. И больше уже не мог дурачить себя. Там, в этих снах, на него ползли насекомые; огромные крысы с собачьими зубами добирались до его горла; белые красноглазые мыши усаживались у его изголовья и не сводили с него жадных голодных глаз. Отвратительные старухи водили хороводы вокруг костров, и, слыша их пронзительные крики, он сжимался от ужаса. И еще призраки, окружающие его, загнанного и беззащитного, призраки постоянно меняющие форму, тающие и растворяющиеся, едва он успевал заметить их. И тут один из его ночных кошмаров явился наяву. Он подошел к нему, присел за его стол, и доктор почему-то уже совсем его не боялся. Сейчас они вместе придумывали всякие дьявольские шутки и вместе смеялись над ними. Все так же улыбаясь, он с профессиональной точностью отыскал артерии у себя на запястьях и в паху, и продолжал смеяться, когда кровь хлынула на полированную поверхность стола... - Прощайте, доктор, - произнес чей-то голос. - Прощай, призрак, - сказал доктор. И еще не успели замолкнуть эти слова, как призрак растаял. Мертвое тело вытянулось, ботинки соскользнули с коченеющих ног, и белое бескровное лицо уставилось в потолок - удивленное и все еще улыбающееся. А скоро за ним последовали и другие - много других. После трех периодов сна корабль выглядел как после бойни. Капитан отдал приказ отобрать личное оружие, но это не помогло. Они изобретали все новые и новые способы. Члены экипажа разбивали себе головы о стальные переборки, выбрасывались в люки или прыгали в атомный конвертор. Всего три периода сна... Теперь капитан уже чуть не рычал, когда слышал за дверями каюты топот сапог дежурного. Он хорошо представлял себе встречу с Арктурианскими Правителями. Они обвиняюще тыкали в него пальцами и отправляли в камеру смертников. "Это был твой корабль", - говорили они. - Мой корабль, - соглашался он. "Доктор и половина твоей команды мертвы. Как и почему они умерли?" - Самоубийство, - отвечал он, и даже в каюте, под теплым одеялом, его начинала бить дрожь. "Но это же запрещено Правилами, капитан", - говорил спокойный осуждающий голос. - Я объяснял им это. "Но ты же капитан. В рейсе капитан отвечает за все. Так говорят Правила". - Доктор считал, что так сказывается какое-то влияние пленников. Правители рассмеялись. "Уж эта-то раса не доставит нам больше хлопот". Капитан с головой укрылся одеялом и затих. Он изо всех сил старался вообразить, как эти осуждающие голоса тонут в тут же придуманном им море, и улыбался, наблюдая, как они растворяются в штормовых волнах. И пока он так лежал, погрузившись в мечты, странные зловещие тени скользили по комнате, жались к стенам, парили под потолком. Привычный ритм работы двигателей внезапно изменился, и это тут же заставило его очнуться. Он сел на кровати. В мягком кресле за его рабочим столом сидел старик. Это был один из подопытных землян, занесенный в списки под именем Адама Манинга. - Привет! - сказал он. - Эй, стража! - взревел капитан. Но ему никто не ответил. Только машины заработали так же ритмично, как и раньше. - Они не услышат тебя, - сказал старик. И капитан без тени сомнения поверил ему. - Значит, это ваши проделки! - завопил он и приготовился прыгнуть на старика. И тут же понял, что его тело не подчиняется ему. Он даже не мог сжать кулаки. Он попробовал закричать. Но тут же в душе зазвучал голос Правителей: "Крики запрещены Правилами". Старик в кресле сочувственно улыбнулся. Что-то тихонько забормотали призраки, великое множество которых темными пятнами выделялось на фоне стерильных переборок. Они все ближе и ближе подбирались к капитану, а он мог только рычать сквозь зубы. - Кто вы такие? - наконец выдавил он из себя. - Некто, с кем вам еще не приходилось сталкиваться. Вряд ли вы поймете, даже если я вам все расскажу. Вы просто не поверите, что могут существовать такие, как мы. - Старик снова улыбнулся. - Впрочем, можно сказать, что сейчас мы - ваши Правители. Призраки осклабились, показывая длинные острые собачьи зубы. - Ваш удар был очень хорош, капитан, - тихо продолжал старик. Призраки клубились вокруг, то растворяясь, то появляясь вновь. - Ни один человек не мог выжить в ходе вашей атаки - люди и не выжили. А мы в это время были давно погребены глубоко под землей с осиновыми кольями, вбитыми в сердце. Люди неплохо нас знали и умели с нами бороться. Но ваш огонь сжег эти колья и освободил нас! Шелушащейся, худой, как у скелета, рукой он махнул призракам. И они начали неумолимо приближаться к капитану. Он не выдержал и закричал в полный голос. Но и этот крик скоро смолк. Остался только ровный рокот работающих машин. Корабль шел к Арктуру.